Добро пожаловать на форум "GROZNY SITY"!!! Войдите или зарегистрируйтесь!
У нас есть много из того, что вам понравится! Мы будем вам рады!
«Нефритовый сокол» 48109a7273ba

Вы не подключены. Войдите или зарегистрируйтесь

На страницу : 1, 2  Следующий

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз  Сообщение [Страница 1 из 2]

1«Нефритовый сокол» Empty «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 6:39 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
«Нефритовый сокол»


Роберт Торстон


[Вы должны быть зарегистрированы и подключены, чтобы видеть эту ссылку]
Посмотреть профиль

2«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 6:44 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
Пролог


Джоанна никогда не помнила своих снов. Порой ей даже казалось, что она их не видит, но в последнее время все переменилось. Практически с того дня, когда кланы заключили перемирие с Внутренней Сферой, ей постоянно что-нибудь снилось, причем воспоминания о снах с неотступностью привидения преследовали Джоанну даже днем.
Чаще всего ей снилось одно и то же — усталая, на негнущихся, тяжелых, словно покрытых многослойной броней ногах, из последних сил она продирается сквозь колючий, раздирающий кожу кустарник. Кругом темнота... Раздвинув покрытые длинными иглами ветки низеньких деревьев, она вспомнила, как много лет назад совершала марш-броски вот по таким же зарослям. Как давно это было! Кажется, уже прошло несколько десятилетий. После того как Джоанну взяли из сиб-группы, ее воспитанием занялся инструктор, начинающий полнеть крепыш по имени Барнак, больше всего любивший мучить своих подопечных. В тот день Джоанна точно так же тащилась, еле переставляя ноги в высоких, тяжелых ботинках, пробираясь сквозь плотный кустарник. И когда она подошла к опушке леса, на нее с необычайной ловкостью, на которую иногда способны толстяки, прыгнул Барнак. Он очутился перед Джоанной внезапно, схватил ее за горло и прижал к стволу могучего дерева, в ветвях которого прятался.
Рыча и изрыгая проклятия, как это делали все воины Клана Нефритовых соколов в бою, он бил Джоанну о ствол дерева и повторял, что она худший из курсантов, которых он когда-нибудь видел. Барнак орал, что она неспособная дура и он скорее подохнет, чем позволит ей сдать выпускные экзамены. У нее нет выдержки и сил, даже хилый курсантишка побьет ее, и была бы на то его, Барнака, воля, он давно бы занес ее в одну из низших каст клана как самое никчемное существо, обременяющее и его и остальных.
— У тебя нет ни единого шанса пройти испытание на звание воина, безмозглая слабосильная тварь. Ты недостойна даже слизывать грязь с моих ботинок! — Барнак бил и бил Джоанну. Кора дерева рвала ее одежду, царапала спину, оставляя на коже множество кровоточащих ран. Позже, уже глубокой ночью, когда она приплелась в казарму, ее друг долго натирал девушку обезболивающей мазью. Да, это был настоящий друг. Джоанна попыталась вспомнить, как его звали и что с ним стало впоследствии, но безуспешно.
— Проси пощады, мразь, — хрипел Барнак. — Проси немедленно, или я вышибу твои куриные мозги. Не видеть тебе боевого робота как своих ушей! В приступе ярости и отчаяния Джоанна ударила Барнака ногой в живот, и он отступил. Ненамного, всего на шаг, но этого оказалось достаточно. Завизжав, она бросилась на него, нанося по всему телу мучителя беспорядочные удары. В то время ее слабенькие кулачки не могли причинить Барнаку серьезных неприятностей, и Джоанна плакала от сознания собственного бессилия. Ей так хотелось стереть с рожи ненавистного Барнака эту холодную презрительную ухмылку. Джоанна сжала кулаки и с силой ударила Барнака по лицу. Брызнула кровь, и Джоанна с радостью ощутила теплые липкие капли на своих руках. Но ее ликование длилось недолго: вскрикнув от боли, Барнак набросился на нее и избил Джоанну до полусмерти. Уже потом, лежа на сырой траве и страдая от острой, пронизывающей все тело боли, с опухшим от побоев лицом, Джоанна увидела на физиономии Барнака большой лиловый синяк под глазом, небольшую рваную рану на щеке и самодовольно улыбнулась. Вид запекшейся на толстой роже Барнака крови хотя и немного, но все-таки утешил ее самолюбие.
После окончания учебы Джоанна, единственная из всей сиб-группы успешно сдавшая последнее испытание, подошла к Барнаку с вызывающим видом, усвоенным от него же.
— Что ты хочешь сказать мне, птенчик? — спросил Барнак.
— Признайся, наставник Барнак, что ты был не прав.
— Не прав? — удивился он. — И в чем же?
— Ты называл меня неспособным курсантом?
— Да, называл.
— Так признай, что ты был не прав, или дерись со мной в круге равных. Он засмеялся:
— Нет, сейчас я не буду с тобой драться. А то, что ты слышала от меня в лесу, я говорил для твоей же пользы.
— Как это для моей пользы? Что ты хочешь этим сказать?
— Ты ненавидела всех подряд и поэтому часто ошибалась. Ненависть должна быть целенаправленной, и я направил ее на себя. С того случая в лесу ты уже никого не замечала, кроме меня, даже остальных членов своей сибгруппы. Ярость сжигала твою душу, ты стала упорно тренироваться и делала это со злостью, я бы даже сказал, с утроенной злостью. Твоя ненависть стала целенаправленной, и поэтому все, что ты ни делала, ты делала прекрасно.
— Ты самоуверенная сволочь, — прошипела Джоанна.
— Надеюсь, что ты права, — ответил Барнак. — И желаю тебе пореже попадаться мне на глаза.
Так и случилось. За исключением нескольких церемоний, посвященных окончанию военного училища, Джоанне больше не доводилось видеть Барнака. Но, исчезнув из поля зрения, он не выходил из ее мыслей. Когда пришло время и Джоанна сама стала инструктором, то своих подопечных она муштровала с такой же жестокостью, что и Барнак. Джоанна переняла и дополнила его методы, она била и оскорбляла курсантов, унижала их, доводила до бешенства, заставляя тренироваться не щадя себя. И ее уроки пошли им на пользу, Джоанна считалась лучшим инструктором, вырастившим много сильных, отважных воинов, лучших в Клане Нефритовых соколов.
Но в своих снах она еще продолжала бояться Барнака. Может быть, этот человек и сейчас прячется между толстыми ветками деревьев и собирается неожиданно спрыгнуть прямо на плечи Джоанны. Она понимала, что продолжать бояться старого наставника глупо — тот уже давно переведен в низшую касту. Джоанне казалось, что в этом лесу ее окружают странные, неведомые создания с холодными, злыми глазами. Она вышла на поляну и почувствовала, что идти стало легче. Вскоре Джоанна уже могла лететь и полетела. Через несколько минут она приземлилась на лугу, заросшем незнакомой разноцветной травой, и пошла. С каждым шагом идти становилось все легче. и легче, Джоанна высоко взлетала, не забывая осторожно осматриваться по сторонам.
Впереди, в нескольких километрах от себя, она увидела сражающихся роботов и воинов. На глазах Джоанны развалился «Бешеный Пес». Части робота неестественно долго висели в воздухе и, рухнув, покатились по земле. Джоанна увидела элементала, карабкающегося по плечу робота. Ловко орудуя топором, свирепый воин вгрызался в его броню.
Джоанной овладело сильное желание стать участником этой битвы, и она стремительно понеслась туда. Рассекая воздух, воин птицей неслась над лугом. Джоанна понимала, что то, к чему она хочет присоединиться, — всего лишь битва за родовое имя. Она участвовала в таких схватках не раз. В последней, в которой ее вынудили сражаться, она выиграла все поединки, кроме одного, и это только усугубило ее горечь и еще больше разозлило. По мнению многих клановцев, Джоанна была уже стара для схваток за кровное имя, немногие поставили бы на нее, но сама она думала иначе. Она заслужила кровное имя и будет драться за него. В любом возрасте!
Не защищенная броней боевого робота, практически безоружная, Джоанна тем не менее смело бросилась в схватку. Нанося яростные, точные удары руками и ногами, она расшвыривала противников, заставляя их кричать от боли. В процессе боя Джоанна обнаружила, что не потеряла способности летать, и, высоко подпрыгнув, опустилась на плечо могучего робота. Разорвав его броню, она просунула руку внутрь и повредила систему координации. Беззащитный робот упал. Джоанна взялась за следующего. Она побеждала роботов, лишала их возможности двигаться, оборачивала их оружие против них же и жгла броню машин. В дикой злобе она даже свалила одного из роботов, с силой ударив его по груди. Падая, он потащил за собой другого робота,, тот — следующего, и теперь перед Джоанной лежала целая куча боевых машин. Джоанна взгромоздилась на эту гору металла и издала победный крик.
Стоя наверху, Джоанна чувствовала горячий металл. Обжигая ее ноги, он, казалось, доходил до самого сердца.
Джоанна радостно смотрела вниз, на придавленных громадами роботов высоких, мускулистых элементалов и на водителей роботов, не успевших вылезти из кабин. Вид их безжизненных обугленных тел наполнял Джоанну восторгом и упоением битвы. Джоанна задрожала от восхищения. Она победила, она добилась кровного имени. Подняв кверху руки, она дико закричала.
— Рано радуешься, ты еще не победила, — раздался откуда-то металлический голос. Джоанна всмотрелась в покрытое клубами дыма поле боя.
— Это ты, Эйден? — закричала она. Он вскоре появился. Ступая твердо и уверенно, с небрежной улыбкой на лице, полковник направлялся к Джоанне.
— Вот мы и снова встретились, Джоанна, — отчетливо произнес он.
— Почему ты здесь? — удивилась Джоанна.
— Потому что ты должна победить меня.
— Биться с тобой? С какой стати?
— В живых остались только мы с тобой, — не меняя выражения лица, ответил Эйден.
— Но что ты здесь делаешь? — крикнула Джоанна.
— Пытаюсь завоевать родовое имя.
— Оно у тебя уже есть.
— Но я хочу еще и твое, то, за которое ты бьешься.
— Это нечестно, — возмущенно отозвалась Джоанна. — У меня была возможность, и я ее использовала. Я победила!
— Честно это или нет, но таков закон клана, воут, Джоанна? Спорить было бесполезно, оставалось только драться.
— Но ты мертв, Эйден, — попыталась возразить Джоанна. — Тебя убили на Токкайдо.
— Совершенно верно. Поэтому-то ты и должна драться со мной.
— Не буду!
— Тогда ты проиграла. Ты снова проиграла, безмозглая.
— Так мне говорил только Барнак, ты никогда не разговаривал со мной в таком тоне.
На какое-то мгновение Джоанне показалось, что перед ней стоит ненавистный Барнак, но видение тут же исчезло.
— Хорошо, я буду драться с тобой. Откуда-то снизу выплыла винтовка, Джоанна схватила ее и, где бегом, а где скользя по гладкой поверхности роботов, спустилась на землю и пошла навстречу Эйдену. По мере того как она приближалась к противнику, он начал изменяться. Кожа воина приобрела серый оттенок и превратилась в металл, глаза стали холодными и свирепыми, а лицо — угловатым, словно кабина боевого робота. Сам он начал расти ввысь и вширь, и вскоре перед Джоанной во всей своей ужасающей мощи стоял боевой робот «Матерый Волк», в котором он, Эйден, и погиб.
— Это нечестно, — закричала Джоанна. — Посмотри, у меня только винтовка!
— Это битва, Джоанна, — прозвучал громовой голос. — Здесь нужно забыть о честности.
Она вскинула винтовку и в бессильной ярости начала посылать в него пулю за пулей.
— Извини, Джоанна, — снова раздался голос Эйдена, и он направил на нее свое смертоносное оружие. Выстрелы отбросили Джоанну назад, и она упала на спину. Женщина видела, как «Матерый Волк» подошел ближе и занес над ней гигантскую ногу. Снизу эта нога казалась большим облаком. Еще мгновение — и оно начало стремительно падать, приближаясь к Джоанне. Вот сейчас, еще немного — и оно опустится на нее, раздавит, сомнет, превратит в пыль... Джоанна проснулась в холодном поту. Сон был такой явственный, что некоторое время она ничего не могла понять — сон это или явь. Джоанна недоумевала, проснулась она или все еще продолжает спать. «Матерый Волк» Эйдена Правда оказался всего лишь легким облачком тумана.
Джоанна увидела, что спит прямо на улице, на голой земле, подложив под голову сумку с инструментами. Как она попала сюда? Что случилось? Может быть, она слишком много выпила вчера и свалилась, не дойдя нескольких метров до собственного дома? Джоанна покачала головой. В клане не приветствовали пьянство среди воинов. Образ их жизни тщательно контролировался, и стимуляторы применялись крайне редко. Врачи говорили, что возбуждать воина должно само сознание того, что он воин. Но Джоанна пила, уже в течение многих лет она регулярно употребляла крепкое вино и особой напиток, называемый «плавитель». Голова у Джоанны болела, поэтому она с удовольствием выпила бы сейчас чего-нибудь.
Женщина с трудом поднялась. Ноги затекли и сильно болели, словно Джоанна и впрямь всю ночь продиралась сквозь эти чертовы кусты. Стоя на негнущихся ногах, Джоанна вспомнила о новых водителях боевых роботов, присланных на замену погибшим на Токкайдо. Они не были похожи на нее, но разве может кто-нибудь быть таким, как она! Главное, что они мало походили на тех, кого Джоанна знала раньше. Речь шла о новом поколении воинов — смелых, горячих, не слишком довольных перемирием и изобретательных в яростных, свирепых атаках. Вне всякого сомнения, они были настоящими бойцами, но совершенно другими по характеру. Непонятно почему, но, несмотря на все их достоинства, Джоанне они не нравились.
— Я их ненавижу, — прошептала она. Эйден, казалось, прочно вселился в ее сознание.
— Да ты всех ненавидишь, Джоанна, — услышала она его тихий голос.
Да, почти всех, — вслух произнесла она.
Посмотреть профиль

3«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 6:46 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
Западная учебная зона, Паттерсен, Судеты

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов


1 июля 3057 г.


— Что ты сказал? Они не хотят служить с нами? — взвилась Джоанна. Ее лицо напряглось, а всегда злые глаза расширились и приобрели угрожающее выражение. Глаза у Джоанны были почти бесцветные, только временами, при определенном освещении, они немного серели, и в эту минуту их можно было сравнить с кусками стали, вылетающими из артиллерийского орудия.
— Да, они не хотят служить с нами, звездный капитан Джоанна, — повторил звездный командир Жеребец — Вы правильно меня поняли, хотя я этого не говорил. Джоанну бесили растущая беззаботность и веселье Жеребца. Его, похоже, не только не раздражало ухудшение общей обстановки в последнее время, но даже радовало. Никогда не сходящая с бледного лица полуулыбка с каждым днем становилась все шире и лучезарней.
— Ну, ладно, я сама догадалась. Командир должен иногда догадываться, о чем ему говорят.
— Не буду с тобой спорить по этому поводу, — охотно согласился Жеребец.
— Хватит, Жеребец, я начинаю уставать от твоего сарказма, — рявкнула Джоанна.
— Прошу прощения, капитан.
Жеребец потер щеку тыльной стороной ладони, словно ища кончики своих недавно сбритых усов. Осталась только борода, которая, по неоднократным замечаниям Джоанны, старила Жеребца, но хотя замечания относительно возраста воинами клана обычно воспринимались как оскорбления, Жеребец в ответ на едкие фразы Джоанны только посмеивался.
Вот и сейчас, стоя рядом с водителем боевого робота Дианой, также входящей в звезду Джоанны, он снова еле заметно улыбался. Трое заслуженных ветеранов Клана Нефритовых соколов расположились на пригорке, собираясь приятно провести погожий денек в унылом и неприютном мире, называемом Судеты. А день выдался действительно великолепный — хотя и холодноватый, но на редкость безветренный и солнечный. Воинам не потребовалось надевать зимнюю одежду, на них была обычная помятая боевая униформа со знаками отличия. Правда, в зонах перемирия на эти знаки никто не обращал внимания.
Джоанна и Жеребец полулежали на короткой колючей траве, опираясь на локти. Диана сидела, прислонившись спиной к дереву. Кора его была бугристой и вдавливалась в спину, но Диана едва ли замечала это неудобство. В полукилометре от клановцев, внизу, у самого подножия холма, возвышались останки завода по производству боевых роботов и запчастей к ним, превращенного в руины. Помещения цехов и мастерских были почти разрушены в результате нападения на планету. Целыми остались одни стены; испещренные осколками бомб и снарядов, они стояли одиноко посреди руин. Кое-где виднелись крыши зданий, пробитые и покореженные. Из выбитых окон торчали погнутые балки и опоры. Сейчас завод напоминал кладбище с раскрытыми могилами и торчащими из них телами. Это были роботы, изуродованные, с оторванными конечностями, они валялись по всей территории бывшего завода. Куски боевых машин, словно кости воинов на поле битвы, громоздились неровной кучей. Мрачность, жутковатость картины подчеркивалась неестественностью изгибов рук и ног, повсюду лежали оторванные и разбросанные взрывами головы. Одни из них валялись на боку, другие стояли прямо, словно тела их находились на земле и ожидали прихода похоронной команды. Части роботов напоминали фрагменты гигантских статуй — доказательство и свидетельство могущества былых правителей.
Жеребец медленно прочитал отрывок из какой-то поэмы, в которой говорилось о древнем царе и стоящей в поле голове. Сравнение получилось очень удачное, только остальные никак не могли понять, на что намекает звездный командир. Посреди обломков боевых роботов стояли покореженные машины. Порывы ветра носили по двору разрушенного завода части роботов. Будь он посильнее, воины услышали бы легкий металлический звон, издаваемый сталкивающимися деталями. В такие дни Джоанне казалось, что останки боевых роботов стонут и скрежещут в бессильной ярости, оплакивая свои погубленные жизни. Когда-то их единственным занятием была война. Они верно служили водителям Клана Нефритовых соколов, помогая ему захватывать новые миры и одерживать славные блестящие победы. Как и люди, они были умными и смелыми. С полным правом их можно тоже считать клановцами. Джоанна смотрела на застывшие исполинские головы и думала, что и в ее жизни что-то сломалось. Когда-то она и ее товарищи мечтали о бесконечной войне, но кланы заключили с Внутренней Сферой перемирие, и вот уже несколько лет они бездельничают, выполняя унизительную для ветеранов гарнизонную службу, время от времени совершая перелеты на другие миры. Джоанна тосковала: жизнь складывалось не совсем так, как ей хотелось бы. Она оглядела сидящих рядом товарищей. Как и все ветераны, они были недовольны тем, что происходит, и жаждали задач, достойных их знаний, умений и боевых качеств. Джоанна вздохнула, стараясь унять раздражение.
— Так, значит, ты говоришь, они не имеют желания служить с нами? — снова спросила она Жеребца, делая ударение на последнем слове.
— На это у них причин больше, чем у тебя плохих привычек, капитан, — ответил тот. Честно говоря, разговаривать Джоанне совсем не хотелось. Она чувствовала, что взвинчена, и старалась поменьше общаться с товарищами, чтобы ненароком не сорваться на крик. К сожалению, в последнее время сдерживаться становилось все труднее и труднее. Чтобы успокоиться, она пригладила длинные волосы — от постоянных влажных судетских ветров они загрубели, спутались и напоминали моток тонкой проволоки. Джоанна видела, что даже цвет их изменился, из светло-серых они превратились в темные. Правда, Джоанне нравилось это изменение. Перед самым вторжением и перемирием Джоанну не заботили такие мелочи, как цвет волос, теперь же она, словно какая-нибудь кухарка, следила за тем, чтобы волосы не посветлели, иногда ей в голову приходила мысль покраситься. Джоанна считала, что женщина-воин не должна пользоваться косметическими средствами, но иногда ловила себя на том, что ей хочется хотя бы попробовать, что из этого выйдет. «Куда мне, старухе, готовиться», — думала она в такие моменты и, махнув рукой перед зеркалом, отворачивалась.
— Слушай, Жеребец, — сказала Диана, отстранившись от дерева, — мне кажется, что ты скоро совсем чокнешься. Ты что, не можешь говорить прямо? Мне, кстати, тоже интересно послушать про новичков, особенно тех, кто решил нас оскорбить. Диана окинула Жеребца взглядом, который вполне можно было назвать теплым. Так смотрят друг на друга любовники, хотя, несмотря на многочисленные возможности, Жеребец и Диана никогда ими не были. Диана видела в Жеребце друга, родственника, не совсем любимого, но нужного и полезного. Диана, как и Жеребец, была вольнорожденной, и это их связывало, всю жизнь они прожили, страдая от позора и борясь с ним. Они участвовали во многих битвах и всегда побеждали, но, как бы ни были велики их храбрость и умение, «своими» их не признавал никто. Даже самые никчемные из вернорожденных считали себя особями высшего порядка: ведь они произошли от отборных генов, хранящихся в лаборатории клана. Общаясь с вольнорожденными, всем своим поведением они постоянно подчеркивали, что между ними пролегает не тонкая грань, а непреодолимая пропасть. Существовал даже такой анекдот: «Можно ли вернорожденного превратить в вольнорожденного? Можно, если выбросить мозги».
Когда Жеребец глядел на Диану, то видел в ней такого же отверженного, как и он, и, следовательно, своего друга. Жеребец вспомнил еще одного человека, тоже вольнорожденного, героя Клана Нефритовых соколов, Эйдена Прайда. Диана была очень похожа на него, но в этом Жеребец не видел ничего удивительного, в генетике вольнорожденных иногда наблюдается некоторая логика. Тогда как сходство между вернорожденными, принадлежащими к одной сиб-группе, достигалось усилиями врачей, вольнорожденные наследовали свою внешность от родителей. Жеребец никогда не видел Пери, мать Дианы, но он, пожалуй, лучше, чем кто-либо, знал ее отца. Диана была очень похожа на него, хотя, конечно, поскольку Пери принадлежала к той же сиб-группе, Диана в какой-то степени походила и на нее. Черты лица у Дианы были такие же, как и у Эйдена Прайда, только значительно мягче. По мнению Жеребца, ее вполне можно назвать красавицей. Она напоминала ему давно живших женщин, их портреты он видел в книжках по истории мира и искусства. Жеребец собрал целую библиотеку таких книг и часто их рассматривал. Чтение книг, особенно но их собирательство, не то чтобы не приветствовалось в клане, но не считалось почтенным занятием, однако Жеребец привык к книгам и не мыслил своего существования без них. Эйден тоже коллекционировал книги, он, кстати, и заразил собирательством Жеребца. Правда, библиотеку приходилось прятать от посторонних глаз и читать в основном ночью, но Жеребца это не только не смущало, даже наоборот: занятие чтением книг казалось ему еще интереснее.
— Эти новички, Диана, принадлежат к новому поколению, — наконец заговорил он. — Мне кажется, их рановато вытолкнули из гнезда, они еще не совсем готовы стать Соколами.
— Ты слишком мягок в своих оценках, Жеребец. Их птенчиками-то назвать и то рано. Хотя, я согласна с тобой, воины они неплохие. — Диана помолчала. — Такого бойкого молодняка я еще не видела.
— Они придурки вольнорожденные, — прорычала Джоанна, и голос ее напоминал рык загнанного в клетку зверя.
У Дианы перехватило дыхание, ей и раньше случалось слышать такие откровенные высказывания в адрес вольнорожденных. Но она знала, что Джоанна уважает ее как воина, и не приняла оскорбления на свой счет.
— Эти так называемые придурки прекрасно проявили себя и заслужили право называться воинами, звездный капитан Джоанна, — возразила она. — Они прошли испытание и теперь являются воинами.
Джоанна не поняла иронии.
— Для меня эти вольнорожденные всегда останутся придурками, какие бы испытания они ни прошли. Что бы там ни делали в их сиб-группах, я буду всегда считать их слабоумными и не изменю своего мнения никогда. А если они в чем-то и преуспели, то это значит, что система где-то дала сбой. В какой-то сиб-группе это возможно, но их достоинства — всего лишь исключение, подтверждающее общее правило. Жеребец рассмеялся:
— Ты принижаешь науку клана. Пополнение прибыло из разных сиб-групп. Надеюсь, ты не хочешь сказать, что вся научная программа саботируется введением недоброкачественной ДНК?
— Ты считаешь свою фразу шуткой, воут?
— Ут. Мне понравилась идея использования плохой ДНК для разрушения некоторых цепочек.
— За такие слова я могу тебя наказать, Жеребец.
Можешь, но не станешь.
— Не будь таким самонадеянным. Я вернорожденный воин клана и горжусь этим. Да здравствует клан!
— Да здравствует клан! — отозвался Жеребец и прибавил с воодушевлением: — И да здравствует Эйден Прайд!
Джоанна отвернулась, ее покоробила насмешка Жеребца над клятвой клану. «В последнее время он слишком много себе позволяет», — подумала она, но сарказм в голосе Жеребца был почти незаметен, так что Джоанна решила не обращать на него внимания. Она вспомнила, что прибывшая молодежь тоже говорит именно так: «Да здравствует Эйден Прайд!», словно это какой-то пароль.
— Придурки, они относятся к нему как к Богу. — Джоанна презрительно сжала губы.
— Это лучше, чем если бы они никого не признавали. Может, что-то хорошее сделают, — сказал Жеребец.
— Они не способны сделать что-нибудь хорошее, — отрезала Джоанна. — Кстати, Эйден Прайд сам набил бы им морды за то, что они так превозносят его. Перед глазами Джоанны всплыла торжественная церемония принятия генетического материала Эйдена Прайда в генетический банк клана. Зрелище было очень волнующим, особенно если учесть, что почти всю свою жизнь Эйден считался существом низшего порядка. Теперь же его положение в ряду величайших воинов клана узаконивалось. Если бы он умер до вторжения сил клана во Внутреннюю Сферу, валялся бы он сейчас где-нибудь в грязи на забытой всеми планете, а не считался бы героем битв за Токкайдо. И его генетический материал догнивал бы вместе с ним. Конечно, основной генетический материал в наличии имеется, его носителем является Диана, но о том, что она дочь Эйдена, знают очень немногие. Не исключено, что дети Дианы... Нет, от таких мыслей голова идет кругом. «Странные штуки выкидывает с нами жизнь, — думала Джоанна. — Судьба воина зависит в основном от времени и вероятностей». Джоанна, как и многие другие, восхищалась Эйденом, но понимала, что ему просто повезло — он оказался на Токкайдо случайно, волею судьбы. Потому что случайно и очень кстати, прямо перед самой экспедицией на Токкайдо, он выиграл кровное имя! Его ведь даже не поставили в качестве кандидата на битву за кровное имя. Комиссия просто решила поразвлечься, добрать еще одного участника из воинов, не прошедших квалификационный отбор. Среди них устроили битву, и Эйден победил. Чистая случайность! Если бы не этот утешительный приз, не видать бы ему кровного имени как своих ушей! А что потом? Потом его, вполне естественно, послали на Токкайдо, доказывать свое превосходство, что он и сделал. Почему? Да потому, что его инструктором когда-то была Джоанна, вот почему! Это она воспитала из него того легендарного воина, которому поклоняется весь клан.
Джоанна была возмущена до глубины души. Ей, человеку, давшему клану великого воина, не удавалось выиграть кровное имя в течение многих лет. В каких только кровопролитных сражениях она не участвовала, но всегда проигрывала, пусть самой последней, но проигрывала.
«Это судьба, и биться с ней глупо. Плюнуть на все, забыть. Это самое лучшее. Но почему я все время думаю об этом? Пора свыкнуться с тем, что мне придется умереть без кровного имени. Что ж, не я первая, не я последняя». Так думала Джоанна, сидя на колючей, жесткой траве.
Посмотреть профиль

4«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 6:48 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
Западная учебная зона, Паттерсен, Судеты

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов

1 июля 3057 г.



Диана видела задумчивый, устремленный вдаль взгляд Джоанны, жесткую и горькую линию сомкнутых губ и поняла, что женщина размышляет о своей не совсем удачно складывающейся жизни. Непонятно почему, но Диана вдруг почувствовала себя виноватой и отвернулась. Она снова перевела взгляд на разрушенный завод и мастерские. Она словно воочию увидела голову «Матерого Волка», того самого боевого робота, в котором ее отец встретил смерть на Токкайдо. То время Диана помнила плохо, поскольку находилась в действующей армии, в постоянных битвах. Тогда в одном из сражений ее «Грифон» был поврежден и она потеряла сознание. Буквально в последние минуты битвы Джоанна сказала Эйдену, что Диана — его вольнорожденная дочь, но Диана уже не слышала, что он ей на это ответил. Судя по всему, Эйден поверил тому, что в минуту откровенности сообщила ему Джоанна. Но прежде всего, вступив в неравную схватку с противником и выиграв ее, он помог, и не только Диане, но и другим воинам клана, бежать. После смерти Эйден Прайд удостоился чести и славы, а его генетический материал был помещен в банк клана. Раздумья Дианы были прерваны появлением у подножия холма пятерых воинов. Поглощенная своими мыслями, девушка даже не заметила, как молодые люди здесь оказались. Она слышала, как один из воинов, показывая в сторону ветеранов, что-то сказал и остальные громко захохотали в ответ. Воины хохотали долго, строя рожи и подталкивая друг друга. Диане показалось, что Джоанна совершенно права: эти новички — придурки и шуты гороховые. Новобранцы явно не стоили той чести, которую им оказали, прислав на замену смелых Нефритовых соколов, убитых во время вторжения. «Они ничего не знают, а ведут себя так, будто их генетический материал уже находится в банке клана», — презрительно подумала Диана. Воины стали быстро подниматься, ступая в ногу, они шли плотной шеренгой. Диана ухмыльнулась, она видела, что во всем вызывающем поведении новичков, даже в их четкой походке, сквозит плохо скрытый апломб.
— Сопливые показушники, — пробормотала она сквозь зубы, разглядывая приближающиеся фигуры новоприбывших воинов. Одеты они были в облегающие блестящие костюмы, которые водители роботов обычно носили в выходные дни и во время тренировок по рукопашному бою. Диагональная полоса на груди показывала, к какой сиб-группе принадлежат воины. У плеча на ленту был приколот значок клана — парящий сокол. И одежда, и полосы — все было отутюжено и идеально пригнано. Диана никогда не слышала, чтобы клановцы открыто демонстрировали свою принадлежность к той или иной сиб-группе. Раньше у плеча предпочитали носить знаки отличия и доблести. Показывать что-то иное казалось Диане просто смешным.
— Что тут нужно этим дуракам? — лениво проговорила Джоанна.
— Едва ли их появление грозит нам неприятностями, — заметил Жеребец. — Пусть потешатся на солнышке, воут?
— К чертям тебя со всеми твоими воутами! — огрызнулась Джоанна. — Сейчас я им покажу, как раздражать меня.
— Успокойся, Джоанна, — ответил Жеребец.
— Ты что, невежественный вольнорожденный, забыл мое звание? Жеребец расхохотался:
— О, простите меня, звездный капитан.
— Заткнись, Жеребец, и завтра же подавай рапорт о переводе. Я возражать не буду!
— Зачем? — удивился Жеребец. — Мне и здесь неплохо.
— Жеребец, я ненавижу тебя! — рявкнула Джоанна.
— Не больше, чем других, — спокойно ответил Жеребец. Джоанна хмыкнула и уже спокойнее спросила:
— Как зовут того кретина, который идет чуть впереди остальных?
— Чолас, — ответила Диана. — Говорят, он неплохой боец.
— А кто остальные?
— Самый высокий — это Ронан. Слово «высокий» мало подходило к гиганту с громадными мускулами. Его странные, словно застывшие, хитроватые глаза казались свирепыми и большими на татуированном лице, издали больше напоминавшем маску.
— Чуть поменьше — Кастилья.
«Гибкая, но широковатая в бедрах, такую в ближнем бою победить будет несложно», — подумала Джоанна, рассматривая женщину-воина. Ее можно было бы назвать красивой, если бы не жесткие складки возле губ.
— Ту, темноволосую, зовут Галина, — продолжила Диана, кивнув в сторону крупной женщины с большими, почти как у Ронана, мускулами. Следующим шел Фредерик. Он был ни высоким, ни низким, ни красавцем, ни уродом. «Ни то ни се», — подумала Диана. Наблюдая за Чоласом, поднимавшимся впереди всех, она любовалась его внушительной фигурой. Высокий и мускулистый, грациозный в движениях, он производил хорошее впечатление. Несколько дней назад они спарились, но с той ночи Чолас ни разу не заговорил с Дианой, сторонился ее, и она подумала, что он, может быть, недоволен ею. Диане, впрочем, было все равно, повторно ложиться с ним в постель она не собиралась.
— Звездный капитан Джоанна, — сказал, подходя к ветеранам, Чолас, — мы ищем вас. Лента на его груди была особенно яркой — желтой с оранжевыми и красными полосами, так в его сиб-группе обозначались змеи, готовые к атаке.
— Для чего это я вам понадобилась, воин? — недовольно прохрипела Джоанна.
— Полагаю, что вскоре вам необходимо прибыть на базу. В воздушное пространство планеты вошел «падун», скоро он должен приземлиться. Вам очень захочется встретить его.
— Очень захочется? — повторила Джоанна. — С какой это стати? Кто там должен прилететь? Докладывайте, воин. — Джоанна даже не пыталась скрыть своего презрения к Чоласу. Брезгливо усмехаясь, она осматривала новичка.
— Потому что на нем прилетает удивительный человек, чудо-герой воинства Клана Нефритовых соколов.
— Чего? Воинства? — переспросил Жеребец и захохотал. Чолас подошел к нему и сказал с явной злобой в голосе:
— Я вижу, ты смеешься. Почему?
— Да так просто, приятель. Это слово мне показалось очень... многозначительным и красочным.
Чолас не понял сарказма Жеребца. Немного помолчав, он ответил:
— Я рад, что тебе так показалось, вольнорожденный. Он отвернулся и не заметил, как добродушная улыбка на лице Жеребца сменилась выражением недовольства.
— Прилетает наш новый командир соединения, — продолжал Чолас, обращаясь к Джоанне. — И я должен сказать вам, что это очень известный офицер. На испытаниях за получение звания командира он сражался с тремя противниками и победил. Сразу же, одержав такую внушительную победу, он стал звездным капитаном, а вскоре после этого участвовал в схватке за кровное имя и тоже выиграл.
— Как ты сказал? — проорала Джоанна. — Вскоре после этого он участвовал в битве за кровное имя? Я не ослышалась? Как он мог получить кровное имя, ни разу не побывав в бою?
— Я же не сказал, что он получил кровное имя немедленно после испытания, я сказал «вскоре после этого».
— Но ты имел в виду именно это, эйяс! — крикнула Джоанна. Презрительное словечко «эйяс», применяемое к новоиспеченным, не проверенным в схватках воинам, нечто вроде «сосунок», считалось большим оскорблением для любого, прошедшего испытание на звание воина. Чолас вспыхнул и уже хотел ответить грубостью, но подошедшая сзади Кастилья одернула его.
— Разумеется, в битве за кровное имя он участвовал не совсем сразу, а некоторое время спустя, — спокойно ответила девушка. — Звездный полковник... Джоанна не дала ей договорить.
— Что?! — заорала она, и лицо ее налилось краской. — Этот птенчик уже успел стать звездным полковником?!
— Конечно, — ответила Кастилья ровным, тихим голосом. — Но это неудивительно: чтобы быть командиром соединения, нужно иметь звание полковника, воут?
— Ут. Но интересно, как это быстро сейчас получают звания.
— Сейчас все не так, как раньше, — сказал, успокоившись, Чолас. — Вы, ветераны, проложили нам дорогу, честь и слава вам за это, но пришли другие времена и другие люди. Когда это проклятое перемирие кончится, мы устремимся к Терре, и вот тогда вы увидите, на что мы способны.
— Очень воодушевленная речь, но ты меня не убедил. И еще. Ты считать умеешь? Тогда подсчитай-ка, сколько тебе будет лет, когда перемирие закончится. Ты что, собираешься вечно оставаться молодым?
— Перемирие может быть и нарушено, во что я очень верю.
— Меня радует твоя увлеченность, Чолас. Ну, что еще ты хочешь сказать, Кастилья? — спросила Джоанна.
— Я хотела сообщить вам, что звездный полковник до битвы за кровное имя уже побывал в боях.
— Это когда же он успел? Во время вторжения? Что-то я не слышала о новичках, ставших звездными полковниками.
— Нет, он не участвовал во вторжении, а если бы и участвовал, не сомневаюсь, что вы о нем обязательно услышали бы. Он усмирял бандитов на родных мирах. Почти безоружный, он...
— Я, видимо, чего-то не понимаю, — замотала головой Джоанна. — Ты собираешься воспеть ему славу за то, что он хорошо проявил себя в потасовках с сельской шпаной? Чем он там дрался? Палками и камнями? — Джоанна захохотала, — Вот так герой! Ну и времена! Оказывается, сейчас, для того чтобы заслужить право биться за кровное имя, нужно всего лишь поймать какого-нибудь полудохлого бандюгу или разогнать демонстрацию недовольных рабочих. Дожили!
— Напрасно вы так говорите, звездный капитан Джоанна. — Кастилья начала немного нервничать. — Это были не деревенские дурачки с палками, а хорошо вооруженные и обученные повстанцы. У них имелись даже боевые роботы.
— Которыми они не умели пользоваться, — вставила Джоанна. — Не нужно меня пугать, Кастилья, я знаю цену таким повстанцам.
Кастилья, казалось, готова была выйти из себя, голос ее стал срываться.
— Да, эти вольнорожденные подонки не были настоящими воинами, но их командир в свое время служил в армии. Все считали его достойным противником, умелым и сильным.
— Не нужно меня переубеждать, Кастилья, мое мнение неизменно. Ну, хорошо, я встречу вашего, как его там... сельского героя. Хорош командир соединения, — фыркнула Джоанна, — Свободны! — рявкнула она на новичков. Непризнание Джоанной любимого им героя окончательно вывело Чоласа из себя. Он рванулся вперед, но Кастилья снова удержала его. Джоанна посмотрела на ее унизанные изящными кольцами пальцы и хмыкнула.
— Мы еще не закончили, звездный капитан Джоанна, — сказал Чолас. — Мы не сказали, как зовут звездного полковника. Его имя...
— Хватит! — перебила его Джоанна. — Я уже достаточно наслушалась о вашем доморощенном герое.
— ...Звездный полковник Рэвилл Прайд, — вызывающе закончила фразу Кастилья и победоносно посмотрела на Джоанну.
На какое-то мгновение все три ветерана остолбенели.
— Прайд? — тихо произнесла Джоанна. — Ты сказала, что его кровное имя — Прайд?
— Так точно! — громко ответил Чолас. Он уже успокоился, к нему вернулась его обычная самоуверенность. — Рэвилл Прайд. У него такое же право крови, что и у звездного полковника Эйдена Прайда, героя Токкайдо. — Он с явным удовольствием оглядел удивленных ветеранов и продолжил: — Мне казалось, что вы, как участники боев на Токкайдо, захотите взглянуть на заслуженного воина, генетически унаследовавшего славу Эйдена.
— Да здравствует Эйден Прайд! — воскликнул Ронан. Голос у него оказался неожиданно высокий, неподходящий к его громадной фигуре. Остальные молодые воины тут же присоединились к его кличу.
Джоанна передернула плечами. В последнее время она замечала за собой эту странную, неизвестную ей ранее привычку. Как ни старалась, избавиться от нее Джоанна никак не могла, стоило ей услышать какую-нибудь глупость, как ее сразу всю передергивало. Что это? Старость? Джоанна относится к Эйдену точно так же, как и эти птенчики, но зачем же превращать свое почитание в истерику, в демонстрацию?
— Вы служили в одном подразделении с Эйденом Прайд ом, звездный капитан Джоанна, воут?
— Ут.
— Тогда почему вам так не нравится, что мы восхваляем его?
— Да нет, мне нравится, — начала было Джоанна и вдруг сорвалась: — Проклятье, я этого показушного почитания не перевариваю!
Ронан отодвинул в сторону Галину и выступил вперед.
— Вы не стараетесь выбирать выражения, воут? — зловеще проговорил он. Стоящая позади Галина согласно кивнула. Кастилья пренебрежительно скривила губы, молчавший Фредерик напрягся и с грозным любопытством уставился на ветеранов. Только Чолас оставался внешне спокойным.
— Выбирать? — Джоанна подошла к Ронану и внимательно посмотрела на него. — Это почему же, птенчик? — тихо спросила она. — Я служила с Эйденом и хорошо знала его, и мне, а не вам судить, что в нем достойно похвалы, а что — нет. Да, он герой, на Токкайдо мы бились с ним рука об руку, и я видела его храбрость своими глазами.
— Это не дает вам права насмехаться ни над ним, ни над нами, — сказала Кастилья. Ее замечание словно вернуло Чоласа к действительности. Казалось, он наконец-то начинает понимать, что происходит. Придурковатая улыбка слетела с его лица, он угрюмо оглядывал поднявшихся ветеранов. Жеребец подозрительно посмотрел на Чоласа, какое-то внутреннее чутье подсказывало ему, что этот туповатый мальчик на самом деле не так прост. Честность, открытость и готовность немедленно наказать обидчика считались в Клане Нефритовых соколов основными положительными качествами, и Жеребец полагал, что если хотя бы одним из них воин не обладал, то битва будет неминуемо проиграна.
— Ты правильно заметил, мне смешно смотреть на вас, — глухо ответила Джоанна. Все пятеро новичков напряглись, Джоанна оглядела их. — Никто не лишает Эйдена Прайда его героизма, но прежде всего это был человек со своими недостатками. Вы пытаетесь сделать из него легенду, миф, сверхгероя на потеху дурачкам? — При этих словах Ронан и Кастилья посмотрели на Джоанну с неприкрытой ненавистью. — Напрасно, мои дорогие сосунки. На Токкайдо шла жестокая война, и, как и в каждой войне, было много путаницы, в результате которой мы отступали. Вот именно! — Джоанна заметила недоуменные взгляды. — Скажу больше — мы драпали с Токкайдо так, что только пятки сверкали, и если бы Эйден Прайд не пожертвовал своей жизнью, давая нам возможность бежать, он никогда не стал бы героем. «И я тоже оттуда драпала», — подумала Диана.
— Да, Прайд дрался мужественно, не щадя себя, — продолжала Джоанна, — но что в этом необычного? Он всего лишь выполнял приказ. Разве не так должен поступать любой воин нашего клана? А вы делаете из него какого-то божка, который милостиво снизошел до того, чтобы сражаться с врагами. Какая чушь!
— Его генетические материалы уже используются в евгенической программе Клана Нефритовых соколов, такого еще не бывало в нашей истории, — сказал Чолас,
— Ну и что? — ответила Джоанна, не понимая, куда он клонит.
— Это только доказывает, что мы должны относиться к нему с большим почтением, чем ко всем другим прославленным воинам. Да здравствует Эйден Прайд! — воскликнул он, и товарищи тут же поддержали его громкими криками. Джоанна долгим изучающим взглядом смотрела на Чоласа.
— Ладно, хватит. Дискуссия окончена, — тихо сказала она. — Можете славить кого угодно, но советую прежде всего почитать своего непосредственного командира, то есть меня. Все свободны!
Увидев, что никто из пятерых воинов не пошевелился, Джоанна повторила приказ:
— Я сказала, что все свободны! Чолас поднял руку и обратился к своим товарищам:
— Достаточно, пойдем отсюда.
Он отвернулся и зашагал вниз по склону, но, пройдя несколько метров, как бы невзначай бросил через плечо:
— Будем почтительны с командиром, ребята, постараемся уважать его звание, тем более что звездному капитану не так долго осталось носить его. Краска бросилась в лицо Джоанне, она посмотрела на Жеребца, ничего не говоря. Тот сморщился и махнул рукой, призывая ее успокоиться.
— Но как личность я ее уважать не собираюсь, — тем временем продолжал говорить Чолас, не обращаясь ни к кому конкретно. — Человек, который проводит свободное время с вольнорожденными, уважения не заслуживает. Не знаю, кого как, а меня уважать звездного капитана никто не заставит. Он не успел сделать и двух шагов, как Джоанна настигла обидчика и сбила с ног подсечкой. Чолас попытался встать, но Джоанна схватила его за плечи и ударила о землю. Он взвизгнул от боли. Джоанна удивилась: кричать во время схватки среди Нефритовых соколов всегда считалось недопустимым. Товарищи Чоласа, застывшие на мгновение, рванулись ему на помощь, но их опередили Жеребец и Диана — они встали между ними и дерущимися.
— В чем дело, капитан? — проговорил Чолас, сдавленный сильными руками Джоанны. — С чем вы не согласны? С тем, что ваши приятели — вонючие вольнорожденные, или с тем, что они являются вашими друзьями?
Джоанна ударила его коленом, Чолас скривился.
— Здесь только один вольнорожденный — это ты, сосунок, — проговорила Джоанна.
— Сравнивая нас с этими, — крикнул Ронан, показывая в сторону Жеребца и Дианы, — вы оскорбляете воинов клана. Это несправедливо. Мы...
— Заткнись! — рявкнул Жеребец. Ронан бросился на него, но, встреченный коротким ударом в живот, согнулся пополам и упал на колени. К нему подскочила Галина, она схватила Ронана за руку, пытаясь помочь товарищу встать.
— Не стоит начинать свалку, — сказала Джоанна, отпуская Чоласа. Она поднялась и подошла к Жеребцу и Диане.
— Свободны, идите, — бросила она новичкам.
— Ну уж нет, — прошипел Чолас, вставая. — Теперь-то мы не уйдем.
— Вот как? — спросила Джоанна. — И что же вы будете делать?
— Я имею честь вызвать вас на дуэль в круге равных, — гордо произнес Чолас. Джоанна насмешливо вскинула брови:
— Угомонись, птенчик. Жеребец внимательно посмотрел на новичков и встал рядом с Джоанной; с другой стороны к звездному капитану, на ходу снимая с пояса подаренные Джоанной перчатки, вразвалочку приблизилась Диана. Товарищи Чоласа молча приблизились к нему.
— Я вызываю вас на дуэль, — повторил Чолас.
— И я тоже, — сказала Кастилья и взяла Чоласа под руку. Стоящая с другой стороны Галина кивнула.
— Мы все вызываем вас в круг равных, — произнесла она. Новички стояли, сцепив руки, демонстрируя свою решимость и желание защитить честь оскорбленного товарища.
Джоанна некоторое время смотрела на новичков и наконец произнесла:
— Очень приятно видеть перед собой людей, которые отдают должное нашим традициям и ритуалам. Однако все это хорошо только к месту. Ладно, потешились и идите отсюда. — Она махнула рукой.
— Начинать будем здесь, — грозно сказал Чолас. Он высвободил руки и сделал шаг вперед.
— Ты что, серьезно? — Джоанна была в недоумении.
— Абсолютно, — ответил Чолас.
— Значит, ты хочешь выдвинуть условия поединка?
— Формально это ваше право.
— К черту формальности! — отрезала Джоанна. — Говори свои требования.
— Мы будем биться в круге равных. Я предоставляю вам право выбрать вид оружия и место.
— Подумать только, какое благородство! — ухмыльнулась Джоанна. — Но, мальчик, ты оскорбил не только меня, ты оскорбил всех нас.
— Подождите. — Чолас поднял руку. — Все началось с того, что это вы оскорбили меня, и в круг равных я вызываю только вас.
— Тогда моим условием будет следующее: мои друзья... вольнорожденные друзья, — поправилась она, — заслуженный ветеран, звездный командир Жеребец и воин Диана вместе со мной будут биться с тремя самыми лучшими воинами из вас. Диана? Жеребец? Вы согласны? — спросила она.
— Можно было не спрашивать, — коротко ответила Диана.
— Тогда мы трое вызываем на бой вас троих. Хотя нет, это будет нечестно, — сказала Джоанна. — Мы вызываем всех вас, а поскольку здесь, на Судетах, нет установленного круга равных, то биться предлагаю прямо здесь. Ну, что скажете? Задыхаясь от ярости, Чолас ответил:
— Неприемлемо. Своими условиями вы еще больше оскорбляете нас.
— Это как же?
— Вы предлагаете нам, вернорожденным, биться с тремя, из которых двое — вольнорожденные. Нет, на это мы не согласны.
— Хорошо, Чолас, я отвожу моих друзей. Чолас, понимая, что выиграл, высокомерно посмотрел на Жеребца и Диану. Товарищи Чоласа тут же воспрянули духом.
— Мои вольнорожденные друзья не будут участвовать в поединке, — повторила Джоанна.
— Нет, будут! — воскликнула Диана. — В круге равных нет ни вольнорожденных, ни вернорожденных, есть только воины. Мы будем драться!
— Нет, Диана. — Джоанна не сводила злых глаз с Чоласа. — Я отвела вас, и вы должны принять мое решение. Таков закон нашего клана.
— Я знаю, но... Джоанна оборвала ее:
— Молчать, воин Диана, это приказ! Но в таком случае я выдвигаю свое последнее условие — я буду сражаться с вами всеми по очереди. Чолас открыл было рот, чтобы возмутиться, но Джоанна перебила его:
— Или вы будете биться со мной, или разговор окончен, и проваливайте отсюда, сосунки. — Она помолчала. — Круг равных будет вон там, на территории разрушенного завода. Каждый входит туда без оружия, но может использовать любой предмет, который найдет там. Вас пятеро, вы будете входить в круг по очереди. Итак, это мое требование, и либо вы соглашаетесь, либо вы все — трусы.
— Но... — попыталась вступиться Кастилья.
— Все! — рявкнула Джоанна. — Мои требования вы слышали, теперь я жду вашего ответа.
Чолас был разочарован, психологической атаки не получилось.
— Условия услышаны и приняты, — уныло произнес он.
— Условия услышаны и приняты, — повторила Джоанна. — Жеребец! — позвала она.
— Я весь внимание, звездный капитан.
— Такая дуэль, как эта, требует присутствия секунданта, воут? Жеребец удивленно поднял брови.
— Мы ничего не знаем о секундантах, — торопливо выкрикнул Чолас.
— Неудивительно, ведь вы только вылупились и все еще продолжаете сражаться в игрушечных роботиках. — Джоанна усмехнулась. — Секундант требуется в любых поединках, где соотношение между его участниками больше чем четыре к одному. Поскольку одна из сторон имеет явное преимущество, секундант может изменять условия дуэли прямо по ее ходу. Он или она устанавливают пределы битвы и места, откуда участники входят в круг равных. Жеребец — опытный секундант, и он...
— Мы протестуем! — выкрикнула Кастилья. — Мы впервые слышим об этом условии.
— Насколько я знаю, вы и в круге равных никогда не были, — презрительно сжав губы, сказала Джоанна. — Хватит, игры кончились, и вы должны подчиняться правилам, которые действуют на войне.
— Даже если мы согласимся, — снова заговорил Чолас, — воин Жеребец не имеет права быть секундантом. — Голос Чоласа заметно дрожал. — Он вольнорожденный!
— Тогда секундантом может быть Диана.
— Она тоже вольнорожденная. Только вернорожденный может войти с нами в круг равных! — высокопарно вскричал он.
— Но где их взять, птенчик? — усмехнулась Джоанна. — Твои вернорожденные цыплятки являются участниками дуэли, делать одного из них еще и секундантом — нечестно.
— Я не могу доверить проведение дуэли чести какому-то вонючему вольнорожденному! — возмущался Чолас.
Джоанна успела схватить за руку рванувшегося вперед Жеребца.
— Этот, как ты его называешь, вонючий вольнорожденный — заслуженный ветеран, проверенный в боях воин клана. В отличие от тебя, сосунка, — прибавила Джоанна.
— Но...
— Хватит! Скажи, что ты боишься, и проваливай! Не бойся, я не буду трепаться на базе обо всем, что произошло здесь. Давай, давай, сосунок, чеши отсюда и своих боевых приятелей прихвати. Вам давно пора на горшок. — Джоанна хмыкнула и отвернулась.
Чолас посмотрел на своих друзей, один за другим они согласно кивнули.
— Хорошо, — проговорил он. — Мы согласны с тем, чтобы Жеребец был секундантом.
— Вот и прекрасно, тогда пойдем вниз. Пятеро молодых воинов начали быстро спускаться по склону холма. За ними чуть медленнее, но такой же уверенной походкой двинулись ветераны.
— Честно говоря, я сам впервые слышу о секунданте, — тихо проговорил Жеребец. — Ты говоришь, что я опытный секундант? Пожалуйста, только скажи, что я должен делать?
— Не знаю, — отрезала Джоанна. — Что касается меня, то я прошу только об одном — если кто-нибудь сильно разойдется, ты его остановишь.
— Ладно, но не прежде, чем эти сукины сыны получат то, что заслужили, — ответил Жеребец.
Джоанна посмотрела на него и улыбнулась. Она знала, в том круге, к которому принадлежал Жеребец, в обществе вольнорожденных, выражение "сукин сын* — самое оскорбительное, и уж если им награждали вернорожденного, то можно было нисколько не сомневаться в том, что это — отпетая сволочь.
— Я даже не предполагала, что ты такая скрытная, — сказала Диана.
— Это ты о чем? О том, как я выдвигала свои требования? — спросила Джоанна. — Не обращай внимания, условия — это одно, а дуэль — совсем другое.
— Откуда ты все это знаешь?
— А ниоткуда, — ответила Джоанна. — Я все выдумала.
— Иногда, Джоанна, меня не покидает ощущение, что ты все время шутишь, — сказал Жеребец.
— Жеребец, от тебя так и воняет вольнорожденным, — недовольно фыркнула Джоанна.
— Но ведь ты дерешься с новичками именно потому, что они назвали меня так, — возразил Жеребец.
— Ты в этом уверен? — Джоанна пристально посмотрела на него.
— С тобой нельзя ни в чем быть уверенным, — невозмутимо ответил ветеран.
— Смотри за ними внимательно, — посоветовала Джоанна. — Да и за мной тоже. Птенчики должны вернуться отсюда живыми, мы не имеем права терять даже таких желторотых воинов: нас здесь слишком мало.
Диана торопливо шла позади Жеребца и Джоанны. Она уже забыла оскорбления, и неудивительно, за свою жизнь она их слышала немало. Она думала о Джоанне, точнее, о том новом качестве, которое для себя открыла в ней, — хитрости. Среди воинов клана оно не приветствовалось, считалось низким. Открытость и честность — вот что было свойственно Нефритовым соколам. «Но с такими мерзавцами, как эти, иначе поступать нельзя, — думала Диана. — К тому же это может быть совсем и не хитрость, а просто неожиданный тактический ход. А это допустимо». Диана вздохнула, ей очень хотелось участвовать в дуэли и самолично набить физиономии этим зарвавшимся наглецам. Она посмотрела на перчатки — подарок Джоанны: «Не забыть бы сунуть их ей за пояс перед тем, как звездный капитан войдет в круг равных».
Диана успела это сделать до того, как Джоанна исчезла за полуразбитыми воротами завода.
Посмотреть профиль

5«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 6:52 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
Развалины завода, квадрат-3, Паттерсен, Судеты.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

1 июля 3057 г.


Джоанна прижалась спиной к вилке перевернутого подъемника и огляделась. В нескольких метрах от себя, у погнутого корпуса боевого робота, она услышала какой-то шум. Джоанна внимательно посмотрела в ту сторону, но не увидела ничего подозрительного, должно быть, это ветер колыхнул оторванные куски брони боевой машины. Все валяющиеся роботы были настолько покорежены, что Джоанна с трудом узнавала, где роботы клана, а где — войск Внутренней Сферы. Части их тоже определить было невозможно, да и не оставалось для этого времени. Джоанна увидела оторванную руку боевого робота. Согнутая в локте, со сжатым кулаком, она стояла на земле, словно призывая оставшихся в живых в атаку. Всего на мгновение из-за мотков перегоревших проводов мелькнула голова Ронана, такая же угловатая, как у боевого робота, но Джоанна мгновенно засекла ее. «Молодец, птенчик, выслал это чучело вперед. Конечно, сначала нужно измотать противника. Сам Чолас, видимо, войдет в круг равных последним, когда я уже устану. Неплохо, очень неплохо мыслит наш петушок». Подходя к заводу, Джоанна и Жеребец тщательно спланировали весь поединок. Жеребец сразу понял, чем ему здесь предстоит заниматься, и решил впускать бойцов в круг равных с разных направлений и с интервалом в десять минут.
— Дуэль, — заметил он, — это единоборство, поэтому свалки не будет. Жеребец долго и пространно объяснял новичкам правила проведения поединков, которые, кстати сказать, он изобретал на ходу. Слушая его комментарии, а также одобрительные замечания Джоанны, Диана еле сдерживала улыбку, а несколько раз ей даже пришлось отойти, чтобы не прыснуть со смеху. В конце концов инструктаж кончился. Жеребец приказал молодым воинам встать в разных точках круга, и те неохотно подчинились. Было ясно, что выслушивать приказы вольнорожденного им крайне противно, но едва только кто-нибудь из них пытался возмутиться, Жеребец окидывал его таким взглядом, от которого расплавился бы и металл. Недовольно ворча, новички приняли старшинство Жеребца. Джоанна входила в круг первой, а через пять минут после этого Жеребец запускал в круг первого противника. Прозвучала команда «Старт!», и Джоанна рванулась на территорию завода, а Жеребец довел до сведения участников поединка, что звездный командир Марта Прайд, главнокомандующий галактикой «Гамма», запретила проведение дуэлей, угрожающих жизни их участникам на том основании, что у клана осталось не так много воинов. Жестокие, кровожадные клановцы не одобряли этого приказа, хотя и понимали, что командир права.
«В такой ситуации сдерживать кулаки будет очень непросто», — размышляла Джоанна, оглядывая близлежащее пространство и одновременно вспоминая полный гуманизма приказ Марты Прайд.
Вскоре ее мысли переместились на нового командира Соколиной гвардии, Джоанне было любопытно посмотреть на него, особенно после того, как ей сказали, что он из рода Эйдена Прайда.
"Интересно, как хладнокровная и никогда не теряющая присутствия духа Марта Прайд отреагировала на появление в рядах воинов клана такого опасного соперника. Скорее всего, она сделает вид, что не замечает рвущегося к славе новичка. Поскольку он еще не проверен в реальной боевой обстановке, то особой опасности для ее престижа не представляет ".
За свое положение Джоанна была абсолютно спокойна, она никогда не будет подчиняться приказам мальчишки, который по своему боевому опыту еще должен лежать в барокамере и через трубочку набирать сил с помощью искусственного питания.
Ронан, паршивец, спрятался почти напротив, за развалившимся на части боевым роботом Внутренней Сферы. Он явно старался привлечь внимание Джоанны. Джоанна приняла его вызов. Она спрыгнула с подъемника и, пригибаясь к земле, стараясь не задевать разбросанные части роботов, медленно пошла вперед. Она приблизилась к боевому роботу, за которым прятался Ронан, и оглядела его. Джоанна обратила внимание на поднятую вверх руку боевой машины и подумала, что в ее ладони вполне можно спрятаться.
Джоанна полезла вверх. У человека неподготовленного горло сразу перехватило бы от тошнотворной смеси запахов обгорелых проводов, металла и масла, но Джоанна не обращала на это никакого внимания. Она была на войне, где приходилось терпеть и не такое. Хватаясь за провода и шланги, Джоанна карабкалась наверх, не заботясь о том, видит ли ее Ронан или нет. Вскоре она оказалась наверху и надежно уселась во впадине между большим и указательным пальцами руки боевого робота. Джоанна посмотрела на хронометр — прошло семьдесят пять секунд. Меньше чем через четыре минуты в круг войдет еще один противник, поэтому Джоанна решила разделаться с первым участником дуэли побыстрее.
«Внезапность, два-три приема — и с дурачком будет покончено», — подумала она. Хотя времени оставалось не так много, Джоанна решила не торопиться, она терпеливо ждала момента, когда можно будет атаковать противника наверняка. И такой момент скоро настал: Джоанна увидела Ронана. Прижимаясь спиной к корпусу робота, он медленно шел прямо на нее. Очевидно, он не видел Джоанну. Она напряглась и, как только молодой нахальный воин оказался прямо под ней, поймала какой-то шланг и, повиснув на нем, обхватила ногами шею Ронана. Ронан захрипел. Джоанна отпустила шланг и упала на землю, нанеся в падении удар по голове Ронана. Тот взвыл от боли и попытался отползти, но Джоанна моментально вскочила и со всего размаху ударила противника тяжелым ботинком в лицо. Удар был настолько сильным, что Ронан перевернулся в воздухе и, закрыв лицо руками, заревел от боли. Джоанна схватила его за плечи и, приподняв, ударила затылком о бронированный корпус робота, после чего Ронан, дернувшись, затих. Джоанна проверила его пульс и убедилась, что юноша жив. Ее так и подмывало придушить наглеца, но приказ есть приказ, и Джоанна отошла в сторону. Очередной взгляд на хронометр показал ей, что второй противник вошел в круг равных чуть меньше двух минут назад. Джоанна недовольно покачала головой и, кинув последний взгляд на неподвижно лежащего Ронана, побежала к разрушенному зданию завода. Джоанне показалось, что у одного из окон мелькнула чья-то тень, но входить в дверь было опасно: за ней мог прятаться противник. Джоанна решила проникнуть в помещение через одно из окон. Разбежавшись, она подпрыгнула и, разбивая остатки стекол, влетела в окно. Сделав в воздухе сальто, Джоанна приземлилась на ноги. Пригнувшись, она быстро огляделась и увидела у двери Галину с толстой трубой в руках. «Стало быть, молодцы-мужчины побоялись, прислали эту толстозадую. Да, рано я их похвалила, стратеги они никудышные», — подумала Джоанна. Галина не ожидала появления Джоанны и вздрогнула, по лицу ее пробежал испуг. Она крепче сжала трубу и двинулась вперед.
«Я не хотела убивать ее, но она напала первой. Я отбивалась и в горячке не рассчитала свои силы». Наверное, так она будет оправдываться", — сделала вывод Джоанна и решила до конца использовать свое преимущество — боевой опыт. Она встала во весь рост, вытянула руки вперед, словно ожидая нападения Галины, и, вдруг согнувшись, бросилась навстречу молодой воительнице. Удар головой в живот отбросил Галину к стене. В последний момент она все-таки умудрилась опустить свое смертоносное оружие на спину Джоанне, но для затвердевших мышц этот удар был почти незаметен.
Короткий взмах сцепленными в замок руками, затем удар — и Галина, прижав руки к печени, размазывая по стене пыль и грязь, сползла на пол. Труба выпала из ее пальцев, но Джоанна не дала грозному оружию укатиться далеко. Схватив трубу, она дважды опустила ее на почки девушки. Схватка длилась ровно тридцать секунд. Джоанна посмотрела на иссиня-бледное лицо Галины и презрительно усмехнулась. До появления следующего бойца оставалось четыре с лишним минуты, и Джоанна решила оценить обстановку. Она осмотрелась и на другом конце здания увидела несколько небольших комнат.
Неудивительно, что Галина пришла сюда не с пустыми руками — повсюду на полу валялись обломки конструкций, прутья, остатки перекрытий и какое-то тряпье. Джоанна двинулась к окну. Местами пол под ногами проваливался, и идти приходилось осторожно. Огибая разбросанную повсюду поломанную мебель, Джоанна приближалась к стене, беспрестанно поглядывая на потолок. Внезапно недалеко от себя она увидела лестницу и решила взобраться по ней на крышу, откуда будет лучше следить за всей площадкой. Пришлось проходить под полуобвалившимися плитами потолка, которые в любой момент могли рухнуть от ветра или вибрации почвы.
«Риск, конечно, но разве не приходится нам всю жизнь рисковать?» — раздумывала Джоанна, приближаясь к лестнице.
Подойдя к ней, Джоанна криво усмехнулась: увидеть такой подъем можно разве что в кошмарном сне, подобные лестницы ведут обычно во мглу неизвестности.
Напрягшись, она попробовала ногой одну из ступенек, та держалась крепко, и Джоанна полезла наверх. Перепрыгивая через две и даже три ступеньки, хватаясь при каждом треске за полуобвалившиеся перила, Джоанна вскоре оказалась на широкой площадке. Чуть больше двух минут оставалось до появления Фредерика. Джоанна не сомневалась, что ее следующим противником будет именно он. Потом Чолас выпустит эту гадюку Кастилью.
Пол был дырявый и шаткий, здесь, на втором этаже, тоже повсюду валялись обломки мебели и куски тряпья. Правда, две перегородки еще стояли и выглядели довольно надежными. Возле них Джоанна увидела горы бумаги, их оставили бежавшие с планеты бюрократы. Джоанна неоднократно слышала, что во Внутренней Сфере очень любят составлять и хранить всякие никчемные бумажки, и всегда этому удивлялась. Ей казалось вполне разумным, что в Клане Нефритовых соколов единственным стоящим документом были анкеты вернорожденных воинов, где записывались данные о составе их ДНК, о воинских подвигах, этапах службы и так далее. Джоанна оторвала взгляд от бумаг и подошла к ближайшему окну. Пол под ее ногами угрожающе заскрипел, но Джоанна уже не обращала на это внимания — здесь все скрипело и трещало.
Она посмотрела вниз и увидела холм, на котором ветераны совсем недавно так безмятежно отдыхали и где произошла стычка с новоприбывшими. У самого его основания стояла Диана, а чуть поодаль от нее — Жеребец. Вот он посмотрел на свой хронометр и махнул рукой. Джоанна удрученно покачала головой, ей казалось, что у нее в запасе есть еще хотя бы минута. Она не видела того, кто вошел в круг, но очень хотела бы увидеть. Правда, для этого придется залезать на самую крышу здания. Джоанна осмотрела площадку в поисках лестницы, сделала несколько шагов, и вдруг пол под ней зашатался. Только теперь Джоанна поняла, что сама загнала себя в ловушку, из которой есть только два выхода: один — лезть на шаткую крышу, а второй — оставаться здесь и ждать, когда пол обрушится. Джоанна сомневалась недолго, она решила лезть наверх. Ничего не замечая, она рванулась к лежащему на полу столу, поставила его к стене под одним из окон и, ухватившись за торчащий из стены крюк, подтянулась.
Джоанна оттолкнулась от стола и, хватаясь за электропроводку и крепления, полезла наверх. Однако через несколько секунд она остановилась — хвататься было не за что, а до отверстия в крыше оставалось еще далеко. Осознав бесполезность своей попытки, Джоанна посмотрела вниз, намереваясь слезть, но не успела дотронуться до крышки стола, как он покачнулся и упал набок. Пол дрогнул и обвалился, раскрыв почти под самыми ногами Джоанны громадную дыру. Положение становилось отчаянным — до окна было слишком далеко, а внизу зияло громадное отверстие. Джоанна призвала на помощь все свои довольно слабые акробатические способности и попробовала встать на крышку стола. Это ей удалось, теперь оставалось сделать самую малость — спуститься вниз и при этом не разбиться. Пол под ногой Джоанны зашатался, но выдержал. Прижавшись всем телом к стене, Джоанна пошла вдоль нее к окну и вскоре ухватилась за раму. В ту же самую секунду пол под столом стал трескаться, и в том месте, где только что находилась Джоанна, образовалась дыра. Стол начал медленно сползать вниз и вскоре рухнул на первый этаж здания.
Раздался треск, по пустому зданию прошло гулкое эхо, которое, как подумала Джоанна, не останется незамеченным. Повиснув над двумя этажами, зацепившись одной рукой за крючок, а другой — за раму окна, Джоанна посмотрела вниз и увидела Фредерика, с интересом наблюдавшего за ее упражнениями. На его губах играла злорадная улыбка. Джоанна увидела в руке воина длинный металлический прут. Немного постояв, он покачал головой и лениво направился ко входу в здание. «Вот и все», — подумала Джоанна и похолодела — внезапно ей показалось, что рама начинает выезжать из оконного проема. Нет, только показалось. Она покрепче уперлась ногами в стальные прутья конструкций, выступающие из стены, но один из прутьев обломился, и нога Джоанны повисла в воздухе.
— Ничего себе ситуация, — вслух произнесла Джоанна и посмотрела наверх. — Все-таки нужно попробовать долезть до крыши. А что делать? Ничего другого не остается. — Джоанна не стала примеряться, чувствуя, что крючок, за который она держится, начинает отделяться от стены. Джоанна ухватилась за раму обеими руками. Стоя под наклоном, болтая одной ногой в воздухе, Джоанна сантиметр за сантиметром передвигала руки по раме до тех пор, пока не смогла выровнять положение тела. И тут она услышала шаги Фредерика. Он шел по первому этажу, от Джоанны его отделяла только шаткая лестница. Джоанна собралась с силами и, подтянувшись, легла животом на раму и узкий карниз, испещренный осколками снарядов. Очень медленно, стараясь сохранять равновесие, Джоанна перекинула одну ногу и села в проеме окна. Затем, схватившись за обе стороны стены, подогнула ноги и, дотянувшись ими до нижней планки рамы, встала во весь рост. Руки у нее вспотели, и она чуть не соскользнула вниз, но удержалась, вцепившись ногтями в шероховатости стены.
До крыши оставалось совсем немного, недалеко от верхней части окна торчала широкая балка, по которой Джоанна могла влезть наверх. Она пододвинулась к самому краю рамы, протянула левую руку и нащупала холодный металл балки, а затем заставила себя отцепиться от рамы, немного подалась вперед — и вот она уже висит в воздухе, уцепившись за балку обеими руками. Поразительно, но она выдержала. Невероятным усилием Джоанна подтянулась и легла на балку животом. Такие акробатические этюды сделали бы честь любому молодому воину, но Джоанна не думала об эстетической стороне проделываемых ею трюков, она легла на балку и поползла к крыше. Передвигаясь вперед, она видела Фредерика: как завороженный, он смотрел на нее. Лицо воина было серьезным, он внимательно наблюдал за Джоанной.
Она доползла до крыши и, уцепившись рукой за край, перебросила на нее ноги. Некоторое время Джоанна лежала не шевелясь. Сердце ее колотилось, руки и ноги затекли, глаза заволокло туманом. Стараясь побыстрее прийти в себя, Джоанна сделала несколько глубоких вдохов. Пульс стабилизировался, темнота в глазах исчезла.
«Старею, — подумала Джоанна, лежа на спине. — Наверное, правильно, что постаревших воинов увольняют из армии, точно так же крестьяне срезают с фруктовых деревьев засохшие ветки».
Может быть, и она тоже уже постарела? Джоанна согнула ноги и, рванувшись вперед, вскочила и осмотрелась.
— Нет, меня еще рано списывать, — прошептала она.
Посмотреть профиль

6«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 6:54 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
Развалины завода, квадрат-3, Паттерсен, Судеты.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

1 июля 3057 г.



«Прежде всего необходимо восстановить дыхание и пульс», — решила Джоанна, делая глубокие вдохи. Вскоре она успокоилась. Стараясь не замечать пронизывающей все тело боли, Джоанна подошла к самому краю крыши и посмотрела вниз, но Фредерика не увидела.
«Ничего удивительного». Она направилась к северной стороне крыши, внимательно оглядывая пространство, но ничего подозрительного не заметила. Джоанна посмотрела на холм и увидела Жеребца. Не отводя взгляда от хронометра, он махнул рукой, отправляя в круг равных очередного воина.
Погода начинала портиться, дождь накрапывал все сильнее. Джоанна посмотрела на запад и оглядела расстилающееся перед ней пространство: никакого намека на фигуру человека. Джоанна оглядела южную часть территории завода, там тоже было пусто. В самом центре крыши Джоанна увидела не— большое возвышение — чудом уцелевшую коробку с дверью. Назначение ее Джоанне было непонятно, и она не стала гадать, мысли звездного капитана снова вернулись к противнику. «Не исключено, что Фредерик где-нибудь затаился и ждет, когда в круг равных войдет очередной воин», — решила она про себя. Словно в ответ на мысли Джоанны где-то в глубине здания раздался скрежет. Он все приближался. Внезапно дверь в пристройке открылась, и появился Фредерик. Улыбка на его лице показалась Джоанне странной, она выглядела чужеродной на спокойном лице Фредерика. Как бы извиняясь, он пожал плечами и, кивнув в сторону пристройки, произнес на удивление приятным, мелодичным голосом:
— Прощу прощения за слишком ранний визит, но я сам удивился, узнав, что лифт работает.
Джоанна не стала долго раздумывать: издав устрашающий крик, она бросилась на него. Фредерик нагнулся, но, как только Джоанна приблизилась, опрокинулся назад и, упершись в крышу руками, ударил Джоанну обеими ногами в живот. Этот хорошо известный прием Джоанна знала еще с юных дней, когда сама была таким же новичком, попасться на такой трюк сейчас ей было очень обидно. Отшатнувшись, она взмахнула руками, удерживая равновесие. Фредерик вскочил и принял стойку, ожидая очередного нападения.
— Ты, Фредди, у нас, оказывается, неплохой акробат, — произнесла Джоанна. — Давай попрыгай, покажи еще что-нибудь.
Джоанна старалась улыбаться, на самом деле она была сильно обеспокоена: ее тактика, состоявшая в том, чтобы навязать Фредерику бой по своим правилам, не срабатывала. Джоанна решила потратить на новичка меньше времени, но тот оказался подготовлен лучше, чем она предполагала. Фредерик ловко уходил от ударов, умело ставил блокировки и даже нанес Джоанне несколько ощутимых ударов. Ей пришлось отступить, но Фредерик преследовал ее: работая как машина, он методично и, что самое неприятное, очень точно наносил чувствительные, болезненные удары. Его железные кулаки то и дело опускались на голову и плечи Джоанны. Едва сдерживая головокружение, Джоанне удалось отбить мощную атаку Фредерика, он отпрыгнул. Джоанна тоже сделала два небольших шага назад, хотела сделать еще, но передумала, и это решение спасло ей жизнь. Оглядевшись, Джоанна увидела, что стоит у самого края крыши.
— Ну что, Фредерик? — стараясь разозлить молодого воина, сказала Джоанна. — У тебя есть блестящая возможность покувыркаться. Давай покажи, на что ты способен. Джоанна понимала, что сильные удары Фредерика сейчас играют против него, если он промахнется, то неминуемо сорвется вниз.
Фредерик начал медленно подходить к Джоанне, но атаковать не решался. Уловив на его лице замешательство, Джоанна бросилась вперед и нанесла несколько сильных ударов в голову Фредерика. Он пошатнулся и сделал шаг к самому краю крыши, еще немного — и он упал бы вниз, но тут Джоанна наперекор логике ударила его в бок и отбросила от опасного места. Фредерик был напуган, он почти не защищался, и женщина подсечкой легко сбила его с ног. Тот упал лицом вниз. Джоанна прыгнула на него, продолжая бить воина по спине. Она понимала, что необходимо вывести молодого воина из игры, ей не имеет смысла махать кулаками и бить соперника по спине, а следует нанести пару мощных ударов, и Джоанне это удалось. Она вскочила и со всего размаху пнула Фредерика в висок и ухо. Тело юноши сразу обмякло. И здесь Джоанна совершила ошибку — она отошла от молодого воина, который, как ей показалось, потерял сознание, и отвернулась. Только краем глаза она заметила, как Фредерик вдруг с удивительной ловкостью подпрыгнул и метнулся к ней. Удар под колени опрокинул Джоанну на спину, она стукнулась затылком о плиту и едва не потеряла сознание от боли. Глаза заволокло кровавой пеленой. Стараясь сосредоточиться, Джоанна попыталась ударить Фредерика в глаз, но тот отскочил, осмотрелся и через секунду снова набросился на Джоанну. Сильными руками он сдавил ее горло.
Он был очень силен, этот молодой клановец, Джоанна почувствовала, что, если не избавится от жесткой хватки противника, ей придет конец. Собрав все силы в кулак, она несколько раз ударила Фредерика под ребра и почувствовала, что руки его слабеют. Значит, она хоть ненамного, но оказалась сильнее. Осознав это, звездный капитан схватила одну из сдавливающих горло рук воина, с силой вывернула ее и отбросила соперника в сторону. Тяжело дыша, Джоанна перекатилась и, поднявшись, стала ожидать очередной атаки. Ждать пришлось недолго, Фредерик, с горящими от злобы глазами, бросился на нее, нанося хаотичные, но мощные удары. Джоанна отбивала их, колотила по лицу и телу Фредерика, но он, казалось, ничего не замечал. Женщина посмотрела на его лицо и внутренне ужаснулась: перекошенное яростью, оно было ужасно. Джоанна поняла, что молодой человек находился в состоянии, которое враги называли «бешенством Нефритовых соколов». В такие минуты воины не ощущают боли, они, точно одержимые, наносят беспорядочные удары по противнику, не заботясь о том, достигают они своей цели или нет, ими движет только одно — ошеломить врага и добиться победы. Со стороны это казалось невероятно глупым, но такая тактика приносила свои плоды.
Оправдалась она и на этот раз. Несмотря на отчаянное сопротивление Джоанны, Фредерику удалось мощными ударами отбросить звездного капитана на край крыши. Взмахнув руками, ей удалось сохранить равновесие и не упасть, но Фредерик продолжал свирепый натиск, и его очередной прямой удар в плечо — совсем слабый удар, почти толчок — чуть не сбросил Джоанну вниз. Она почувствовала, как подошвы ее ботинок заскользили по карнизу. Женщина упала, и тело ее поползло вниз. Стараясь удержаться, она ухватилась за выступ. Тяжесть собственного тела, висящего над землей, показалась ей невыносимой, и Джоанна едва не разжала руки, но, превозмогая боль, продолжала держаться.
Упираясь носками ботинок в шероховатую стену здания, Джоанна начала выбираться на крышу. Она видела холодные глаза Фредерика, он подошел поближе и занес ногу, чтобы ударить ее по руке, но та не стала дожидаться этого. Подтянувшись, она ударила Фредерика под колено, и, распластав руки, он упал ничком. Джоанна схватила его за рукав и сильно дернула к себе. Сначала над зияющей пропастью показались плечи Фредерика, затем грудь, и вот он уже медленно скользит по краю вниз. Попытки остановиться кончились безрезультатно: хватаясь за плоскую поверхность стены окровавленными пальцами, Фредерик безуспешно пытался остановить свое падение. Джоанна посмотрела ему в глаза и увидела в них слезы. Нет, это были не слезы, а капельки дождя.
— Извини, Фредерик, если на крышу я влезу без тебя, — сказала Джоанна и свободной рукой ударила Фредерика в переносицу.
Падение было очень коротким. Джоанна услышала глухой стук и треск ломаемых костей. Она посмотрела вниз и увидела распластанное тело Фредерика. Молодой воин тихо стонал.
Джоанна подтянулась и выползла на влажную поверхность крыши. Она долго лежала на спине, не в силах пошевелиться. Больше всего женщине хотелось уйти, но оставались еще двое, они где-то поджидают ее. Джоанна ухмыльнулась и встала. Теперь, благодаря Фредерику, она знает, что в здании имеется работающий лифт. Как бы в подтверждение этой мысли внизу хлопнули двери. «Кто-то поднимается наверх? Очень глупо, лучше биться внизу, на открытом пространстве», — думала она.
Никто не появлялся. Джоанна поморщилась.
«Если у этих сморчков есть мозги, то следующим должен быть выход Кастильи, — раздумывала она. — А эта мерзавка, похоже, похитрее всех остальных вместе взятых. Она прекрасно понимает, что ветераны опасны как раз в клетке ограниченного пространства, и сюда не пойдет. Придется спускаться». Джоанна не ошиблась. Выйдя из здания, она сразу увидела Кастилью. Помахивая металлическим прутом, та сидела недалеко от входа, на помятом кузове военной машины.
Дождь шел уже вовсю, его капли, падая на разбросанные повсюду металлические части, выстукивали тихую, грустную мелодию.
— Привет, — весело произнесла Кастилья. — Мне повезло — я видела все, что происходило у вас с Фредериком наверху. Не надейся, я не такая тупица, — уверила она Джоанну. — Слышишь, как он мычит? — Она показала в сторону здания. У стены еле слышно стонал Фредерик.
Джоанна подумала, что, если бы не опыт, лежать бы ей сейчас там вместо него, и покачала головой.
«Интересно, а будет ли стонать Кастилья. — Джоанна пристально посмотрела на девушку. — Наверное, нет, эта стерва не только хитрая, но и жестокая, кроме того, она еще и очень гордая», — подумала Джоанна.
— Отдохнешь немного, старушонка? — спросила Кастилья.
— А зачем? — ответила Джоанна.
— Ты неважно выглядишь, — сочувственно произнесла девушка. — Прямо как помятый боевой робот. Мало чести побить такую.
— Ты считаешь, что я устала? — Джоанна продолжала разглядывать наглую девицу.
— Если нет, тогда ты сверхчеловек.
— Я воин из Клана Нефритовых соколов, — ответила Джоанна.
— И я тоже! — гордо воскликнула Кастилья. Джоанна засмеялась:
— Ты еще птенчик, а не воин.
— Как видите, звездный капитан, у нас с вами имеются серьезные философские расхождения.
— Какие-какие? — переспросила Джоанна. — Значит, вот о чем думают теперь воины? Боюсь, наши ученые наделали кучу ошибок.
Кастилья скривила рот в подобии улыбки. Дождь становился все сильнее и сильнее, тихое покалывание превратилось в звенящий металлический стук. Струи воды текли по волосам и одежде противниц.
— Ну, ладно, — произнесла Кастилья. — Времени у нас почти нет, зато есть блестящая возможность продолжить дискуссию. Что бы там ни было, но здесь, в круге равных, мы все остаемся воинами. Прошли мы через битвы или нет — уже несущественно. Джоанна презрительно фыркнула.
— Вы снова со мной не согласны? — спросила Кастилья.
— Ты начинаешь мне надоедать. Похоже, что вы учились не драться, а разглагольствовать. Философские расхождения! Ты уверена, что в детстве тебя не таскали по поселкам, где живут вольнорожденные? В глазах Кастильи мелькнул злобный огонек.
— Это ты у нас специалист по вольнорожденным, — ответила она. Джоанна угрожающе двинулась вперед:
— Ах ты, сопля, ты еще долго собираешься тут умничать? Да у тебя по жилам еще физраствор бегает. Сейчас я тебе покажу, как читать мне мораль.
— Да, я пока новичок, — крикнула Кастилья, — но со временем стану настоящим воином. А ты на всю жизнь останешься подружкой вольнорожденных! Джоанна рассвирепела, она напряглась и уже собиралась броситься на нахальную обидчицу, как вдруг услышала знакомый голос:
— Неплохо сказано, воин Кастилья, очень неплохо! Из-под оторванной и валяющейся неподалеку ноги боевого робота вышел Чолас. Джоанна посмотрела на него и увидела, что волосы и лицо его были сухими. «Отсиживался где-то. Ждал, пока эта стерва измотает меня», — мелькнуло в голове Джоанны.
Чолас, как и Ронан, не снял своей яркой клоунской ленты.
— Вас можно похвалить, звездный капитан Джоанна, вы прекрасно работаете, — высокомерно произнес он. — Честно говоря, мы с Кастильей очень волновались, не думали, что наша очередь вообще наступит. Спасибо, Кастилья, что не прикончила нашего славного офицера, я с удовольствием займусь ее воспитанием.
— Сейчас моя очередь, — огрызнулась Кастилья, — и я сама хочу прикончить ее. Не вмешивайся!
— Ты так в этом уверена, наша маленькая пташечка? — ехидно спросила Джоанна. — Напрасно. Вас не спасет даже нарушение правил дуэли. Я не обвиняю вас, поскольку понимаю, что таким безмозглым, как вы, просто невозможно втолковать правила честного единоборства. Ничего, я могу биться и с двумя одновременно. «Что это я говорю? Я едва стою на ногах и еще стараюсь вызвать на бой двух молодых, сильных воинов. Хотя... Проклятье, если бы не боль в спине, я смогла бы схватиться с ними».
Джоанна потрогала поясницу и нащупала перчатки, которые в последний момент сунула ей Диана.
«Прекрасно, это мне еще понадобится», — подумала Джоанна и засунула их подальше.
— Мы не собираемся нарушать традиций клана, — гордо произнес Чолас и подошел к Кастилье. — Мы будем драться с тобой по одному. Воут, Кастилья? — Он протянул девушке руку.
— Как угодно, лишь бы побыстрее покончить с ней, — ответила Кастилья, пожимая протянутую руку Чоласа. — А победу мы отпразднуем потом в постели. Джоанна презрительно засмеялась:
— Так вот о чем вы думаете перед битвой.
— После битвы это очень приятно. Чолас и я... — Кастилья не договорила, она презрительно посмотрела на Джоанну. — Но ты этого не поймешь. Мне жаль тебя, старуха.
Вид самовлюбленных, наглых и самонадеянных воинов наполнил Джоанну яростью, не помня себя, она бросилась на них. Кастилья и Чолас мгновенно приняли боевые стойки и приготовились встретить Джоанну мощными ударами, но она пронеслась между ними. В последний момент Джоанна подпрыгнула и нанесла два удара одновременно — Чоласу локтем в ухо, а Кастилье — ногой по внутренней стороне колена. Не ожидая такой хитрости, оба молодых воина упали и покатились по грязной земле.
Джоанна решила отойти. «Нужно показать сосункам, что такое стратегия», — подумала она и, пока Чолас с Кастильей поднимались, отбежала за ногу робота. Джоанна очутилась на совершенно ровном, открытом пространстве. Несколько впереди она увидела массивную голову боевого робота. Словно задумавшись над своей печальной судьбой, та стояла, слегка наклонившись к земле лицом.
— А вот это как раз то, что мне нужно, — прошептала Джоанна и метнулась к ней. Джоанна стремилась оказаться в ограниченном пространстве, там она чувствовала себя сильнее. Уже подбегая к цели, она услышала приближающийся топот и чавканье грязи.
«Ничего странного, молодые воины бегают намного быстрее нас», — подумала Джоанна. К счастью, дверь в кабину водителя была открыта. «Если руки не подведут, я успею оказаться внутри быстрее, чем эти наглецы меня настигнут», — решила она.
Джоанна подпрыгнула и ухватилась за край кабины. Упираясь в скользкую поверхность ботинками, она подтянулась на усталых руках и скользнула внутрь. Звукоизоляция в кабине оказалась прекрасная — Джоанна не слышала ни единого звука, кроме монотонной дроби дождя.
Джоанна выглянула и увидела Чоласа и Кастилью. Насквозь промокшие, с заляпанными грязью лицами и волосами, широко расставив ноги, со сложенными на груди руками, они стояли внизу и смотрели на дверь кабины.
— Давай спускайся! — крикнул Чолас.
— А зачем? — Джоанна удивленно вскинула брови. — Прошу в гости. Заходите, теплый прием обеспечу, — ответила Джоанна.
— Ты уклоняешься от дуэли! — завизжала Кастилия.
— Не пытайся нас подзадорить! — вторил подружке Чолас. Его мальчишеский тон и горделивая поза рассмешили Джоанну, она искренне и заливисто засмеялась. Меньше всего Чолас походил на воина, каким его Джоанна себе представляла.
«Такие выскочки либо быстро продвигаются по службе, либо в первом же бою их убивают свои товарищи по звезде», — подумала она, разглядывая петушившегося Чоласа.
— В поединке участвуют только двое! — крикнула Джоанна. — Иначе как я смогу научить вас хорошим манерам? Кстати, сосунки, тут у нас прошел слушок, что вы участвовали в испытаниях на звание воина. Где они проводились? Не под кроватью ли?
Произнесенное презрительным тоном оскорбление вывело молодых воинов из себя. Кастилья рванулась вперед, но Чолас остановил ее, крепко схватив девицу за руку. Они о чем-то зашептались.
«Я, кажется, довела детишек до белого каления. Плохо, в таком состоянии они способны на все. Жаль, что я не взяла с собой оружие», — подытожила свои размышления Джоанна.
Она оглядела кабину в поисках чего-нибудь подходящего, но все полезное было уже давно снято. Техи и воины — народ изобретательный и более сообразительный, чем сфероиды, они всякой мелочи найдут применение. В другое время Джоанна восхитилась бы находчивостью соплеменников, но сейчас это качество сильно раздражало звездного капитана, ведь она осталась совершенно беззащитной перед лицом двух разъяренных и сильных противников. Стоять в полный рост в узкой и не слишком высокой кабине было трудно, мешал потолок, зато если упереться руками в стены, то можно нанести противнику сокрушительный удар в живот.
Прения, видимо, закончились. Джоанна вытерла с лица пот и капли дождя, посмотрела вниз и увидела приближающуюся к роботу Кастилью. Звездный капитан еще раз оглядела кабину в поисках подходящего оружия. Ничего, только проржавевшие гайки, болты да грязные мотки проводов.
«Если бы не эти дурацкие правила, провода могли бы пригодиться», — подумала Джоанна.
Взгляд ее неожиданно остановился на погнутой и покрытой копотью крышке сканера. Очевидно, что он сгорел во время боя. Джоанна нагнулась и подняла крышку, осмотрела ее.
Кабину тряхнуло, это Кастилья карабкалась наверх. Вскоре в отверстии люка появилась ее голова. Ухватившись за поручень, Кастилья попыталась влезть внутрь. Джоанна с силой ударила противницу острым краем крышки по руке. Кастилья взвыла от боли, но второй рукой схватила крышку и поспешила обратить это оружие в свою пользу.
Джоанна сопротивлялась, но молодая воительница оказалась сильнее, и рваное ребро крышки впилось Джоанне в лицо. Она отпрянула, едва не потеряв сознание от боли и застилающей глаза крови.
Кастилья ворвалась в кабину. Нагнув голову, она ударила истекающую кровью Джоанну в живот, затем стала наносить беспорядочные удары по голове и плечам. Джоанна пыталась отбиваться, но Кастилья была явно сильнее. Правда, здесь, в тесной и узкой кабине, это не давало ей особого преимущества, и Джоанна, отчаянно сопротивляясь, заставила молодую силачку немного отступить, но ненадолго. Вскоре Кастилья с удвоенной энергией набросилась на Джоанну. Прижав ее к стене кабины, она нанесла звездному капитану несколько сильных ударов в грудь. Собрав остатки сил, Джоанна ногой оттолкнула противницу. Толчок оказался сильным, Кастилья стукнулась о стену спиной и затылком. Дышать становилось все труднее, ноги скользили по сырому и грязному полу. Кастилья снова бросилась вперед. Согнув руку, она попыталась ударить Джоанну локтем в горло. Это ей удалось, но знатоки недаром говорят, что клановец всего страшнее, когда его загоняют в угол. Сознание близкой смерти придало Джоанне дополнительные силы в борьбе за жизнь. Она заревела и, оттолкнув Кастилью, ударила ее ботинком под ребра. Девушка охнула и осела. Джоанна немедленно продолжила атаку, и вскоре из разбитого носа Кастилии струей потекла кровь. Но она тоже понимала, что ей грозит, и, несмотря на град ударов, бросилась вперед и вцепилась в горло Джоанны. Противницы повалились на пол, они пытались вывернуться из жестоких объятий, но на пятачке пола это было так же невозможно, как и причинить сопернику ощутимый вред. Оставалось только бессмысленно толкать друг друга в плечи.
— Послушай, Кастилья, — прохрипела Джоанна.
— Не произноси мое имя! — заорала девушка вне себя от ярости.
— Не будь дурой, оставь оскорбления на потом! — крикнула Джоанна. — Ты что, собираешься все время тут кататься? Здесь никто из нас не победит, давай спустимся вниз. Дышать было очень трудно, к запаху обгорелого металла и масел примешивался острый запах пота.
— Хорошо, я принимаю твое предложение, — сказала Кастилья. — Я выйду первой, — торопливо добавила она.
— Как хочешь, — ответила Джоанна, и в ее глазах мелькнули злые искорки. Кастилья поднялась и полезла к выходу. Высунув из люка голову, она внезапно обернулась. Джоанна продолжала сидеть на полу. Кастилья перегнулась и уже собиралась прыгать, но в этот самый момент Джоанна вскочила и, упершись обеими руками в стены, ногами ударила девушку под зад с такой силой, что та вылетела из кабины как стрела. Ее истошный крик смешался со стуком падающего тела и шлепками комьев грязи.
Джоанна высунулась из кабины и увидела извивающуюся в грязи фигуру Кастильи. Прижимая к груди руку с торчащим из локтя кусочком кости, она каталась по грязи и дико выла от боли. Увидев Джоанну, она попыталась было встать, но тут же снова упала.
— Скотина! — простонала она. — Это нечестно!
— Серьезно? — Рот Джоанны скривился в издевательской усмешке. — Ну, извини, значит, наши философские расхождения еще глубже, чем ты предполагала.
— Сволочь вольнорожденная! — заревела Кастилья и снова попыталась встать. Джоанна смерила расстояние, прицелилась и прыгнула, приземлившись на неповрежденную руку Кастильи.
— Отдыхай, птичка. — Джоанна неторопливо размахнулась и ударила ее ботинком под ребро. Девушка слабо вскрикнула и затихла.
— Я победила, воин Кастилья, следовательно, все, что я делала, это честно, — прошептала Джоанна и двинулась на поиски последнего противника. Она направилась в сторону разбитых двигателей и приводов, не забывая при этом внимательно смотреть по сторонам. Чоласа нигде не было видно. Внезапно Джоанна услышала подозрительный стук. Что это? Ветер колышет оторванные листы обшивки?
— Чолас! — крикнула Джоанна. — Где ты там? Хватит прятаться, иди сюда, а то я уже начинаю скучать по тебе! — Джоанна засмеялась. Она продолжала неторопливо идти по мокрой траве.
Посмотреть профиль

7«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 6:55 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
Развалины завода, квадрат-3, Паттерсен, Судеты.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

1 июля 3057 г.



Чолас прятался там, где и предполагала Джоанна, за кучей проводов. Он выступил из своего убежища, держа в руке лазерный пистолет. «Ничего себе, — подумала Джоанна. — Этот мальчишка, того гляди, пристрелит меня здесь. Да, напрасно я не взяла с собой оружие». Чолас смотрел на недоуменное лицо Джоанны и криво улыбался. Несмотря на ливень, он почти не намок, клоунская лента ярко блестела на его груди.
— Ты где взял эту штуку? — спросила Джоанна.
— Какую? — переспросил Чолас. — Ах, эту... — Он удивленно посмотрел на пистолет. — Нашел.
— Этого не может быть, — произнесла Джоанна.
— Почему же, звездный капитан? Очень даже может быть.
— Мы собрали все оружие, какое только здесь оставалось, — отрезала Джоанна.
— Вы еще и убираете мусор, звездный капитан? Очень почетное занятие для любительницы вольнорожденных.
— Мы договорились не использовать оружия! — крикнула Джоанна.
— Совершенно верно, — согласно кивнул Чолас. — Поэтому я и оставил свой пистолет Жеребцу. А этот нашел.
«Очень кстати», — подумала Джоанна.
— Где бы ты его ни взял, использовать его в круге равных ты не имеешь права, — сказала она.
— Насколько я помню, мы договорились использовать все, что нам попадется здесь под руку, — возразил Чолас. — Этот пистолет я нашел, значит, имею полное право им воспользоваться. Мне очень неприятно об этом говорить, звездный капитан Джоанна, но я просто вынужден вас пристрелить. Поймите меня правильно, если я оставлю вас в живых, то признаю справедливость ваших оскорбительных слов. Над нами все будут смеяться, а я не люблю, когда меня унижают.
— Об этом нужно было думать перед тем, как вызывать меня на дуэль, — ответила Джоанна со смехом.
— Но что сказали бы обо мне мои друзья, не вызови я вас на драку? — последовал вопрос Чоласа.
— А какая тебе разница, когда они назовут тебя трусом — сегодня или завтра?
— Я вижу, что вы разговариваете так же отчаянно, как и деретесь.
— Что же ты за воин, если тебя можно вывести из себя словами? Это недостойно Нефритового сокола. Послушай, Чолас, я никак не пойму, кто ты — воин или актеришка, разыгрывающий дешевое представление? Чолас выстрелил, и серебристый луч вырвал фонтан земли у самых ботинок Джоанны. Второй выстрел проделал в носке правого ботинка тонкую дымящуюся линию, куда сразу хлынул ледяной поток.
«Пистолет этот мерзавец как-то протащил с собой. Аккумулятор еще не сел», — подумала Джоанна и тяжело вздохнула.
Она посмотрела на самодовольную физиономию Чоласа и усмехнулась. Он рассчитал почти все, но не учел главного: Джоанна не боится смерти, и даже больше того, ей абсолютно все равно, останется она в живых или нет.
— Ну, и почему же ты не убиваешь меня, Чолас? — спросила она ровным, спокойным голосом.
Чолас удивленно посмотрел на нее, он не ожидал такого хладнокровия перед лицом смерти.
— Похоже, вы не собираетесь оспаривать мое преимущество, — заметил он.
— Ты забыл, что из нас двоих только один является воином клана, это я, — ответила Джоанна.
— Да, припоминаю. Джоанна начала подходить к Чоласу. Ботинки вязли в грязи, вытаскивать ноги из глубоких ям было трудно.
— Стреляй же, Чолас! — крикнула Джоанна. — Покажи мне, какой ты Сокол. Или ты не только драться, но даже и стрелять не умеешь? Не знаешь, как это делается? Ничего, я сейчас тебя научу. Отойди немного назад, подними руку, прицелься немного ниже левого плеча, возьми чуточку левее и нажимай на спусковой крючок. Или ты его никогда не видел? Разумеется, ведь ты же не воин, а мразь. Подлая, ничтожная мразь! — кричала Джоанна.
— Не смей так называть меня! Я заслужил право называться воином! Я победил в испытаниях!
— Не сомневаюсь. Я тоже победила в испытаниях, но испытания — это еще не перестрелка, как перестрелка еще не битва, а битва — это еще не война. Но ты еще об этом узнаешь, если, конечно, не выстрелишь себе в ногу, Чолас-воин. Чолас поднял пистолет и прицелился. Джоанна смотрела на его руку и видела каждое движение. Ветераны часто шутили, что Джоанна видит так хорошо, что замечает каплю пота, выделяющуюся из поры кожи.
Джоанна увидела, как дернулся палец Чоласа на спусковом крючке, и не стала испытывать судьбу дальше. Прежде чем из ствола пистолета вырвался смертоносный луч, она бросилась влево, к стоящей неподалеку ноге боевого робота и спряталась за ней. Согнутая в колене, нога представляла собой громадную пирамиду. Стоя под потоком ледяной воды, Джоанна огляделась.
Опускался туман, видимость ухудшалась, но Джоанна заметила чуть выше своей головы отверстие и, подтянувшись, юркнула туда.
— Здесь хотя бы сухо, — горько пошутила она. Выглянув наружу, Джоанна прислушалась.
— Ты быстро бегаешь, звездный капитан, — раздался голос Чоласа. Он явно ничего не видел и собирался по голосу определить местоположение Джоанны. Она молчала и продолжала вслушиваться. До нее донеслось громкое чавканье по грязи — Чолас приближался к убежищу Джоанны. Он шел открыто, не таясь, понимая, что обладает неоспоримым преимуществом, которое дает оружие. Джоанна осмотрелась и почти на самом верху колена увидела еще одно отверстие. Хватаясь за провода, Джоанна тихо взобралась наверх и выглянула. Все пространство окутывал густой, непроглядный туман. Джоанна напрягла зрение и увидела едва различимый силуэт Чоласа. Она уже собралась прыгать, как вдруг послышался голос Кастильи, похожий на стон.
— Чолас, — тихо произнесла она. Джоанна посмотрела вниз и увидела фигуру девушки.
— Кастилья, не двигайся! — крикнул Чолас.
— Но вдвоем мы...
— Заткнись! — оборвал ее молодой воин. — Я сам добью ее, твоя помощь мне не нужна.
— Но мы всегда...
— Тихо, я сказал! — прозвучал голос Чоласа.
— Я люблю тебя, Чолас, — запинаясь, проговорила Кастилья.
— Не здесь, отстань!
Романтические чувства среди воинов клана? Это было невероятно. Только деревенщина, вольнорожденные говорили так, стараясь нелепыми словами и чувствами заглушить свое разочарование тем, что они не являются вернорожденными. Джоанна покачала головой, и это неосторожное движение чуть не стоило ей жизни. Кусок обшивки, на котором она висела, закачался, и Джоанна едва не полетела вниз. Чолас подошел еще ближе и стоял почти под коленом ноги боевого робота. Ковыляя, к нему приблизилась Кастилья.
На раздумья больше не оставалось времени. Джоанна оттолкнулась и прыгнула. Она упала на Чоласа, всем телом вдавила его в грязь и тут же вскочила, ища глазами пистолет, но не находя его. Чолас поднялся и навел пистолет на Джоанну. Она метнулась к воину и вывернула Чоласу руку, пистолет упал и исчез в луже. Еще два мощных удара — и Чолас, поскользнувшись, рухнул на землю. Не давая воину опомниться, Джоанна продолжала наносить удары по лицу и плечам Чоласа. Чувствуя, что нуждается в передышке, Джоанна отступила. С минуту оба противника с ненавистью смотрели друг на друга. Предмет гордости Чоласа, его красочная лента превратилась в коричневую полосу.
— Твоя тряпочка совсем запылилась, — задыхаясь, проговорила Джоанна. — Надеюсь, у тебя есть запасная?
За спиной Джоанны послышался плеск. Она обернулась и увидела Кастилью, девушка стояла, сжимая в руке лазерный пистолет.
«Ого, и у этой стервы тоже есть оружие?» — удивилась Джоанна.
— Послушайте, вы что, совсем не умеете драться? — подзадоривала воинов Джоанна.
— Я не знаю, что ты имеешь в виду, Джоанна, — сквозь зубы процедила Кастилья. — Но не ты ли сама сказала, что цель оправдывает средства? — Она навела ствол пистолета в грудь Джоанне.
— Не стреляй! — крикнул Чолас, поднимаясь. — Я хочу сам прикончить ее.
— И тебе не стыдно нарушать правила? — Джоанна улыбнулась.
— Побеждать никогда не стыдно, а победителей не судят, — ответила Кастилья.
— Хватит высокопарных слов! — Сжав кулаки, Чолас зашагал к Джоанне. Джоанна стала в стойку и почувствовала, что силы начинают покидать ее. Она отбила несколько ударов Чоласа, мощных и свирепых, и поняла, что если срочно не придумает что-нибудь, то живой ей отсюда не выбраться. Поединок продолжался, ярость придала Джоанне сил, и мощным прямым ударом в грудь ей удалось отбросить Чоласа. В ту же секунду из-за его спины выскочила Кастилья и, налетев, нанесла противнице сильный боковой удар в голову. Джоанна пошатнулась и отступила, едва удержавшись на ногах. Тыльной стороной ладони она вытерла с губ выступившую кровь. Положение осложнялось, Джоанна понимала, что одной против двух молодых воинов ей долго не выстоять, и пошла на последнюю хитрость.
Руки Джоанны опустились, глаза стали затуманиваться, и под радостные возгласы Чоласа и Кастильи она медленно свалилась в грязь. Звездный капитан лежала на спине, одна рука была откинута в сторону, вторая находилась за спиной. Сквозь полуопущенные ресницы Джоанна видела светящиеся восторгом глаза Чоласа и Кастильи. Они долго смотрели на Джоанну и обнялись. Джоанне нужно было всего несколько секунд, чтобы достать из-за пояса перчатки, и она сделала это. Затем началась самая ответственная часть задуманной операции. Джоанна перевернулась на живот и, шатаясь, попыталась встать. Молодые воины насмешливо подбадривали ее, но Джоанна не слышала их издевательских криков — перчатки, обшитые острыми металлическими шипами, уже были у нее на руках. Стоя на четвереньках, мотая головой и издавая протяжные стоны, Джоанна исподволь следила за Чоласом и Кастильей. Вот они двинулись к ней, сейчас окажутся совсем рядом... Для большей убедительности Джоанна снова упала. Чтобы сверкающий металл шипов не был так заметен, она по локоть сунула руки в грязную жижу. Чолас и Кастилья стояли совсем близко, они хохотали, упиваясь своей победой. «Нужно только встать, лицо Чоласа находится на расстоянии вытянутой руки», — хладнокровно размышляла Джоанна.
— Мне это напоминает мое испытание на звание воина, Кастилья, — сказал Чолас с необычайной нежностью в голосе. — Помнишь, как мы славно тогда поработали?
— Вы только на кровати можете работать, — произнесла Джоанна слабым голосом умирающего тифозного. Молодые воины снова рассмеялись.
— Кастилья спасла мне жизнь, — сказал Чолас.
— Побереги свои сказки для дурачков, — лепетала Джоанна. Пошатываясь, она медленно поднималась. — Я представляю, как вы выиграли испытание. Оставалось еще немного, нужно только подняться во весь рост, но так, чтобы Чолас и Кастилья не налетели первыми, а продолжали веселиться. Джоанна выпрямилась. Руки ее висели как плети.
«Bcel Пора!» Сжав кулаки, Джоанна ударила Кастилью обеими руками в живот, отбросив девушку к ноге робота.
«Главное, не давать им опомниться». Удар мощным шипом в переносицу застал Чоласа врасплох. Раздался треск, рука Джоанны словно вонзилась во что-то мягкое, и молодой воин рухнул как подкошенный. Кастилья в ужасе закричала и бросилась на Джоанну. Два точных удара — и девушка схватилась за переполосованное шипами, залитое кровью лицо. Удар по колену — и Кастилья, взвыв от боли, повалилась рядом с Чоласом. Чолас очнулся и, поднявшись, попытался взять в замок шею Джоанны, и если бы не дождь, ему это удалось бы, но сейчас рука воина лишь скользнула по воротнику костюма Джоанны. Издав боевой клич клана, Джоанна изо всех сил ударила Чоласа обеими руками в лицо, тут же превратив его в сплошное кровавое месиво со свисающими клочками кожи.
Джоанна металась между двумя противниками, нанося им жестокие, сильные удары. Кажется, весь воздух вокруг нее наполнился бешеными криками боли и отчаяния поверженных противников. Джоанна побеждала, уже не было битвы, началось избиение. Качаясь, Чолас еще стоял на ногах, но никакого сопротивления уже оказать не мог. Джоанна не торопясь прицелилась и ударила его в сердце, отбросив к ноге робота. Чолас всхлипнул, в ужасе выкатил глаза и упал. Раздался скрежет и скрип металла, полая конструкция угрожающе закачалась. Джоанна посмотрела вверх и увидела, что нога вот-вот развалится.
Чолас тоже увидел, что стальная глыба готова придавить его. Дико закричав, он пополз по грязи прочь от смерти. Словно парализованная, Кастилья не сводила взгляда с раскачивающейся ноги робота. Закрыв лицо руками, она закричала. Джоанна видела, что сейчас нога рухнет и погребет Кастилью под собой, она метнулась к девушке и, схватив ее за ноги, дернула на себя. Колонна ноги робота рухнула, обдав Джоанну волной воды и грязи. Джоанна в изнеможении прислонилась К обломкам ноги и посмотрела на спасшие ей жизнь перчатки. Дождь смывал капли крови с металлических шипов. Джоанна больше не в силах была драться. Если кто-то из этих двух сопляков надумал бы продолжить битву, то без труда выиграл бы. Джоанна стянула перчатки и посмотрела на трясущуюся Кастилью: девушка лежала на спине, уставившись вверх невидящими глазами. Ее трясло от негодования и страха. Наконец, немного придя в себя, она повернула голову и посмотрела на Джоанну.
— Ты должна была оставить меня там. Я не желаю быть тебе обязанной, — простонала она.
— Ты мне ничем не обязана.
— Но...
— Воут? — Джоанна почувствовала, что у нее еще остались кое-какие силы.
— Ут! — выкрикнула Кастилья. Джоанна хлопнула перчатками по ноге и направилась к Чоласу. Он сидел, постепенно приходя в себя. Увидев приближающуюся Джоанну, воин попытался было подняться, но ноги не держали его, и он снова распластался в вязкой глине.
— Не трудись, Чолас, дуэль закончена, и я победила. Воут?
— Но... — попытался возразить Чолас.
— Можем продолжить. — Глаза Джоанны блеснули. — Ну, так как? — спросила она, медленно натягивая перчатки.
«Ну и кретины, с такими не соскучишься», — подумала Джоанна, отворачиваясь.
— Ут! — крикнул Чолас, не сводя глаз с рук Джоанны. — Но эти перчатки... Их можно считать оружием.
— Тут кто-то сказал про какое-то оружие? — Она повернулась к Чоласу.
— У вас...
— Перестань ныть, Чолас. Лучше найди свой пистолет. Кстати, ни в каком уставе не говорится, что перчатки воина могут служить ему оружием.
— Да, но смотря какие, — попытался возразить Чолас.
— Запомни, Чолас, перчатки — это часть зимней униформы воина. А если тебе что-нибудь непонятно, вставай, я продолжу объяснение.
— У вас на перчатках шипы, — не унимался Чолас. Джоанна посмотрела на него, вставать он явно не собирался.
— Шипы? — переспросила Джоанна. — Ну и что? Просто украшение. Я же не имею ничего против твоей клоунской ленточки. У каждого своя мода, — произнесла Джоанна и, вздохнув, зашагала прочь из круга равных.
Посмотреть профиль

8«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 6:57 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
Ставка Соколиной гвардии, Паттерсен, Судеты.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

1 июля 3057 г.



Джоанна смотрела на Рэвилла Прайда и все пыталась понять, что же ей так не нравится в лице звездного полковника. Было оно каким-то искусственным, не совсем человеческим. Почему? Наверное, из-за слишком острых, угловатых черт. «Щеки... Точно, щеки! Они слишком впалые. Лицо угловатое, напоминает заостренный книзу треугольник. Глаза! Тусклые, глубоко сидящие в широких глазницах. Фу, жуть. Увидишь такого ночью — задрожишь от страха. Взгляд пронизывающий, как луч лазера. Недобрый взгляд. Ну и что? У каждого воина взгляд такой. Нет, не такой. Угрожающий, но не хитрый. Если глаза — зеркало характера, то у полковника глаза демона, коварного и злого. И очень высокий лоб. Рядом с ним глаза кажутся маленькими и пронизывающими. Прическа тоже очень соответствует внешности — короткий густой бобрик. Специально стрижется так, чтобы не была видна лысина, но если приглядеться, она здорово заметна. Череп бледный, с тоненькими синими прожилками. Почему он все время улыбается? Старается расположить к себе? Показное дружелюбие, фальшивое. Нет, улыбка — это маневр, она отвлекает взгляд собеседника от глаз звездного полковника».
Однако больше всего Джоанну удивляла фигура Рэвилла Прайда, но не маленьким ростом, а неестественной худобой. В общем, Рэвилл Прайд не понравился Джоанне. Да и мог ли ей понравиться этот тщедушный коротышка с костлявыми руками и змеиной улыбочкой?
Уж не ошибается ли она? Джоанна посмотрела на знаки отличия: нет, точно, звездный полковник...
«Только почему вышитый на рукаве сокол с распростертыми крыльями у него больше по размерам, чем у всех остальных гвардейцев?» — спросила она сама себя. Джоанна оглядела собравшихся в комнате воинов. Из-под форменной рубашки звездного полковника торчали кончики длинных, густых волос. Вид их был неприятен Джоанне. Больше всего она ненавидела волосы на теле воина. Мало того что это отвратительное зрелище, но они еще и противно пахли. Джоанна еле сдержалась, чтобы не отвернуться и не фыркнуть. Ботинки Рэвилла Прайда сияли солнечным блеском, и это тоже раздражало Джоанну, ей не нравилось чистоплюйство. Обращаясь к собравшимся воинам, Рэвилл Прайд ходил по комнате, грациозно лавируя между маленькими группами воинов. Манеры его были отточенными и безукоризненными, его походка, движения рук, легкий наклон головы к собеседнику — все, казалось, должно было выдавать его высокое происхождение. Говорил в основном Рэвилл Прайд, и говорил с таким азартом и пафосом, что и молодые воины, и ветераны, раскрыв рты, слушали красивую, зажигательную речь звездного полковника. Голос то рокотал, то снижался до шепота, и тогда в комнате был слышен малейший звук.
«Неужели никто не в состоянии увидеть, кто это на самом деле? Почему даже ветераны не видят очевидного? — горько размышляла Джоанна, опершись на крышку стола. — Или я уже стала мизантропом? Да вроде нет». И даже сама Джоанна еще не догадывалась, что она подошла к такому возрасту, когда открывается другое зрение, проникающее сквозь блестящую внешнюю оболочку. Тогда люди начинают видеть то, что спрятано глубоко внутри. Видят и определяют безошибочно.
Мнение о Рэвилле Прайде у Джоанны уже сложилось. «Показушник, выскочка, болтун и потенциальный трус», — решила она, глядя на вальяжного хиляка, пыжившегося выставить себя героем. По глубокому убеждению Джоанны, таким опереточным воякам, покорителям сельских рубежей не место среди гвардейцев. Но в довершение ко всему этот сморчок был еще и звездным полковником. Вселенная в глазах Джоанны треснула и разлетелась на части. Рэвилл Правд остановился перед группой молодых воинов, среди которых находились четверо принимавших участие в дуэли. Двое из них, кстати, входили и в звезду, которой командовала Джоанна. Они ее недолюбливали, частенько шушукались у нее за спиной, но свои обязанности выполняли четко, поэтому Джоанна не собиралась устраивать им веселую жизнь. Несмотря на всю свою злость, Джоанна не была злопамятна и прежде всего уважала дисциплину. В самом центре группы стояли Чолас и Кастилья, перебинтованные, с залепленными пластырем лицами. Джоанна посмотрела на них и не смогла сдержать самодовольной улыбки — половина физиономии Кастильи напоминала большой кровоподтек. Ронан и Галина скромно сидели позади всех, загораживая руками полученные царапины. Фредерика не было, полученные переломы потребовали помощи врачей, и воина поместили в госпиталь. Чолас и Кастилья старались держаться прямо, но по их перекошенным болью лицам было видно, чего это им стоило. Рэвилл Правд положил руки им на плечи и страстно произнес:
— Мне приятно видеть среди вас настоящих воинов, чья храбрость доказывается их ранами.
Оба молодых воина радостно заулыбались, при этом лицо Кастильи исказилось, выдавая испытываемые ею мучения.
— Мне уже рассказали о дуэли чести. Вам следовало бы победить, воут?
— Ут! — ответил Чолас, глядя мимо звездного полковника.
— Ничего, проигрыш в дуэли тоже имеет свои положительные стороны, он учит воина доблести. Продолжайте и дальше вести себя с присущей Нефритовому соколу храбростью, и награда не заставит себя ждать. Теперь, когда я здесь, с вами, ваша выучка поднимется на небывалую высоту. — Глаза полковника горели адским огнем. — Мы еще покажем себя, воут?
— Ут! — рявкнули хором Чолас и Кастилья, остальные воины выразили согласие продемонстрировать боевую подготовку дружными кивками. Джоанне было противно наблюдать за спектаклем, и она презрительно хмыкнула. Пожалуй, слишком громко, поскольку полковник тут же повернулся к ней и угрюмо произнес:
— Вы не согласны со мной, звездный капитан Джоанна?
— Абсолютно согласна.
— А, значит, вы просто кашлянули?
— Ут.
Рэвилл Правд почувствовал в голосе Джоанны легкое презрение и нахмурился. Немного помолчав, он снова обратился к молодым воинам.
— Я здесь новичок, — сказал он — и, согласно традиции Нефритовых соколов, мне нужно представиться вам, рассказать о своем боевом пути. «С какой это стати? — подумала Джоанна. — Что это за традиция, о которой я никогда не слышала?»
— Ему так и хочется ошарашить молодняк своим небывалым героизмом, — шепнул Жеребец.
Чолас вытянулся, как на параде, и произнес четко, словно заученную роль:
— Мы хотели бы услышать о том, как вы участвовали в испытаниях, звездный полковник.
Прайд дружески похлопал догадливого воина по плечу и, улыбнувшись, кивнул. Прежде чем начать рассказ, он обвел глазами собравшихся воинов, подозрительно оглядел Джоанну и других ветеранов и снова зашагал по комнате.
— Вы действительно хотите услышать об этом? Все молодые воины горячо закивали. Ветераны стояли неподвижно, на их унылых лицах было написано абсолютное безразличие.
— Рассказывайте, рассказывайте, мы тоже горим желанием услышать о ваших подвигах, — прошептал Жеребец. И все трое ветеранов прыснули. Джоанна смотрела на звездного полковника, и в глазах ее он прочел презрение и насмешку. Понимал ли он, что все его жесты и разглагольствования выглядели просто нелепо и неуместно?
Звездный полковник не был тупицей, он почувствовал, что не произвел впечатления на ветеранов своими высокопарными сентенциями, и направился к ним, но не к Джоанне, а к Жеребцу и Диане.
— Я тоже любитель хорошей солдатской шутки, — произнес он. — Расскажите, что вас так развеселило, и я посмеюсь вместе с вами.
— Мы и не думали шутить, звездный полковник, — ответила Диана, фальшиво удивляясь. — Просто мы такие веселые ребята. — Диана с очаровательной обезоруживающей улыбкой посмотрела на Рэвилла Прайда. Но голос полковника оставался сух, а лицо — таким же суровым.
— Несмотря на то что вы вольнорожденные, ваше поведение в боях доказывает вашу храбрость, — заговорил полковник. — Я особенно восхищен вами, звездный командир Жеребец, ведь вы были боевым товарищем и личным другом Эйдена Прайда. Однако я обязан напомнить вам, что при всем этом вы остаетесь вольнорожденными и должны подчиняться общим правилам. Я хочу напомнить вам, что если вы позволите себе оскорбить вернорожденного, у меня к вам будут претензии. Воут? Джоанна едва сдерживалась, чтобы не треснуть по остренькой физиономии Прайда, но вместо этого решила поступить иначе.
— Простите, звездный полковник, я, видимо, чего-то не понимаю. Кто-то умер и вы стали Ханом? — спросила Джоанна, невинно глядя в глаза Рэвилла Прайда. Полковник резко обернулся к ней.
— Нет, я не Хан, — прошипел он. — Я вернорожденный воин клана и...
— И я тоже, — спокойно перебила его Джоанна. — Но это не значит, что мы должны оскорбительно разговаривать с остальными.
— Я оскорбил? Кого? Их? — Полковник ткнул сухоньким пальчиком в сторону Дианы и Жеребца. — Никоим образом. Я просто напомнил им, что они вольнорожденные. Что же в этом оскорбительного?
Лицо полковника покраснело и стало еще острее, в его пронизывающих глазах появилась ярость.
— Дело в том... — Джоанна замялась. — Мне не хотелось бы огорчать вас, звездный полковник, но дело в том, что сейчас мы с вами находимся совсем в другом мире, далеко не таком спокойном и безопасном, как кажется. — Джоанна пристально посмотрела в глаза Прайда. — Здесь немножко другие правила, и вы скоро это поймете. Перед вами стоят воины, которые прошли через битвы. — Джоанна сделала ударение на последнем слове. — Вы меня понимаете? Молодые воины громко выражали свое недовольство, им не нравилось, что с их кумиром разговаривают точно с мальчишкой.
— Звездный полковник доказал свою храбрость в испытании! Он прошел все испытания на звание офицера и начал службу в чине полного звездного капитана! — раздались возмущенные крики.
— Я не сомневаюсь в вашей храбрости, звездный полковник, — не обращая внимания на возгласы, Джоанна продолжала говорить с ледяным спокойствием, — но все ваши подвиги, совершенные дома...
— У него уже есть кровное имя! — превозмогая боль, выкрикнула Кастилья и самодовольно посмотрела на Джоанну. Нахальной девице удалось ударить ее по самому больному месту. Сжав кулаки, Джоанна посмотрела на Кастилью с такой ненавистью, что остальные воины затихли. Жеребец схватил звездного капитана за рукав: здесь, в этой комнате, он один, пожалуй, мог остановить Джоанну.
— Хорошо, давайте не будем заострять наше внимание на деталях, — согласился полковник. — Мы решим все наши споры позже. Я прошу прощения у всех, кого ненароком обидел, даже у вольнорожденных воинов. Затевать ссоры не в моих правилах. До поры до времени, — зловеще прибавил Рэвилл Прайд и пристально посмотрел на Джоанну, но она не отвела взгляда от водянистых, бесцветных глаз звездного полковника. Остальные с интересом наблюдали за их противостоянием. Полковник отвернулся и вновь обратился к молодым воинам.
— Вот это да! — восторженно прошептала Кастилья. — В точности как Эйден Прайд. Помните, когда наши воины на Токкайдо брали мост через реку Презно, Эйден Прайд взбежал наверх по вражеским боевым роботам, словно по ступенькам? Полковник прикрыл глаза и утвердительно кивнул, приветствуя сравнение:
— Совершенно верно, я поступил точно так же. — Рэвилл Прайд улыбнулся. — Не знаю, было ли Эйдену Правду известно о подобной стратегии, но, возможно, кое-какие слухи до него и дошли. Ну, ладно. Короче говоря, как только я перебежал через ущелье, передо мной оказались сразу два вражеских боевых робота — «Разрушитель» и «Ястреб». Чувствуя, что я побеждаю, а к тому моменту по баллам я уже прошел испытание, противник дрогнул и попытался уйти. Я мог бы спокойно прекратить битву, но мне хотелось, чтобы это испытание не выглядело очередной тренировочной битвой, а стало запоминающимся событием. Продолжая вести постоянный огонь из ПИИ-установки, я бросился на своих противников. «Разрушитель» ответил лихорадочными, но очень точными залпами, и я почувствовал, что броня «Матерого Волка» начинает плавиться. Но я продолжал идти вперед, хотя еще немного — и враги могли убить меня. Во время битвы я ни разу не использовал ракеты, а стрелял только из ПИИ-установки. И вот пришло время дать залп. Приблизившись к «Разрушителю» настолько, что промахнуться было просто невозможно, я выпустил в него несколько ракет. Все они достигли цели, и робот зашатался. Однако от залпов двух врагов мне приходилось все время уворачиваться. — Виляя тощим задом, полковник снова заходил по комнате. — Я бежал вперед, хотя тепловой уровень двигателя достиг критической отметки. Но я знал, что «Матерый Волк» способен выдержать больше, чем любой другой робот, и не отступая шел на «Разрушителя». Противник почувствовал, что я хочу приблизиться к нему, и открыл по мне бешеный огонь из своего лазера. Водитель неприятельского робота прекрасно понимал, что, едва я войду в мертвую зону, его оружие станет бесполезным и ему придется схватится со мной врукопашную. Несмотря на то что броня моего робота была буквально исполосована шрамами, я мчался вперед. Но, очутившись как раз между «Разрушителем» и «Ястребом», я резко остановился и, повернувшись влево, осыпал «Разрушителя» ракетами ближнего действия. Затем повернулся направо и, не целясь, выстрелил из ПИИ-установки по «Ястребу». Весь этот маневр я выполнил за считанные секунды, думаю, мои противники даже не успели понять, что, собственно, произошло. Первым взорвался «Ястреб». Краем глаза я увидел пламя и тут же снова повернулся к «Разрушителю». Я едва держался в кресле, глаза застилало туманом, а сердце колотилось, как куропатка в сетке, но уступать поле битвы врагу не собирался. — Полковник улыбнулся. — Но все было кончено — второй мой противник тоже горел. После этой битвы я и стал капитаном. Молодые воины завороженно смотрели на полковника, в их глазах еще горело пламя легендарной битвы, устроенной Рэвиллом Прайдом.
— Поэтому, — продолжал неустрашимый, по его рассказам, полковник, — я нисколько не преувеличиваю, когда говорю, что всем своим военным талантом я обязан Эйдену Прайду. Хотя, повторяю, в то время я о нем и не слышал.
— Разрешите обратиться, звездный полковник?
— Пожалуйста, звездный капитан Джоанна.
— Как вы сказали, вы вошли в ближний бой и поразили своих противников,
не так ли?
— Совершенно верно.
— А что произошло с остальными воинами? Я имею в виду ту участницу, которая билась вместе с вами.
От неожиданного вопроса лицо Прайда потемнело.
— Думаю, она проиграла битву.
— А как вы считаете, не произошло ли это из-за того, что вы увлеклись своей тактикой? — настаивала Джоанна.
Рэвилл Прайд поежился и неуверенно ответил:
— Очень печально, но так получилось, что против нее действовали трое противников. Ее проигрыш не имеет к моей победе никакого отношения. Во всяком случае, все мои товарищи высоко оценили примененную мной тактику.
— Ну, в этом-то я не сомневаюсь, — заметила Джоанна. — А где сейчас та девушка?
— Представления не имею, — ответил Прайд.
— И вы не знаете, что с ней стало?
— По-моему, она служит техом где-то.
— Как вы думаете, она довольна своей судьбой? — не унималась Джоанна.
— А почему я должен об этом думать?
— Потому что если бы не созданные вами обстоятельства, она, возможно, стала бы прекрасным воином. Согласитесь, не каждый выпускник военного училища мечтает возиться с железками. Хотя можете не отвечать, это и так ясно. Извините, что прервала вас.
— Я вижу, звездный капитан Джоанна, вы слишком быстро составляете мнение о людях, которых ни разу в глаза не видели. Ничего, несколько позже оно у вас изменится. Буду считать ваше замечание особой формой приветствия, вы же хотите меня поприветствовать, воут?
— Ут! Естественно, ут! Джоанна сама не знала, что дернуло ее за язык задавать полковнику эти вопросы. Собственно говоря, ей была глубоко безразлична судьба какой-то выпускницы, которой не повезло в сражении за звание воина. Мало ли их было? Испытание для того и проводится, чтобы заставить выпускника проявить все свои качества, в них проверяются воля и сообразительность, меткость и выносливость... Но что-то подсказывало Джоанне, что не все в рассказе полковника, точнее, в его красиво состряпанной легенде чисто и беспорочно. Пока же для себя Джоанна выяснила, что Рэвилл Прайд слишком самовлюблен и эгоистичен.
— Расскажите нам, звездный полковник, о битве за кровное имя, — прозвучал в тишине голос Галины. — Просто невероятно, как вам удалось добыть его себе в такое короткое время.
Рэвилл Прайд был явно польщен вопросом, однако, изобразив застенчивость, уклончиво ответил:
— Полагаю, что для начала знакомства одного рассказа вполне достаточно. — Он одобрительно посмотрел на Галину. — В следующий раз я расскажу и про то, в какой тяжелой борьбе мне досталось кровное имя. Правда, не думаю, что у нас будет много свободного времени для болтовни.
Хмыкнув, он многозначительно обвел глазами слушателей, и все присутствующие, ветераны и новички, поняли этот многозначительный взгляд. Подмигивая и подталкивая друг друга локтями, клановцы издавали воинственные возгласы. Гнетущее перемирие надоело всем, для воинов клана оно было хуже заразы, разъедающей самое главное чувство Нефритовых соколов — страсть к войне. В конечном счете, клановцы постоянно готовились к войнам, посвящали им всю свою жизнь.
Рэвилл Прайд обвел тощей рукой аудиторию и напыщенно произнес:
— Должен вам сказать, что мне здесь начинает нравиться. Я вижу, что вы лихие ребята и много сражались вместе. Надеюсь, что и я пришелся вам по душе, а остальную мелочь мы потихоньку уладим вместе. Надо верить, что очень скоро настанет день и мы плечом к плечу встанем против коварного врага. Не привыкшие к показным выступлениям и к ненужной демонстрации чувств, ветераны обменялись непонимающими взглядами. Зато молодые воины закричали, повскакивали со своих мест и бурно приветствовали слова полковника. Джоанне весь этот спектакль, включая столь явное восхищение Прайдом, показался отвратительным.
— А теперь я отправляюсь работать, — сказал полковник. — Хотя сейчас вечер и мы все можем считать себя свободными от выполнения служебных обязанностей, закон клана запрещает нам бездельничать. Лично я посвящаю клану все свободное время. Кому я понадоблюсь, смело приходите в казарму, я буду в своем кабинете. Кстати, звездный командир Жеребец, я жду вас у себя через полчаса, воут?
— Ут!
— А вы, звездный капитан Джоанна, зайдете ко мне ровно через час, — добавил неистовый полковник.
— Зачем? — удивилась Джоанна.
— Это мы и обсудим в моем кабинете. Воут? Воут?
— Ну, хорошо, — согласилась Джоанна. — Ут! Новичкам не понравилось, как она разговаривала с полковником, и они недружелюбно посмотрели на нее. К Джоанне было трудно относиться с симпатией, в той или иной степени ее не переваривали все, и Джоанна об этом знала. Она смирилась с холодностью окружающих и не обращала на них внимания. Агрессивности по отношению к ней никто особенно не проявлял, поскольку она умела постоять за себя. Однако такой неприкрытой общей враждебности к себе Джоанна еще никогда с такой силой не ощущала. С некоторым подобием такого отношения Джоанна встречалась только на Железной Твердыне, в лагере Краш-кэмп, где ее лютой ненавистью ненавидели даже курсанты сиб-групп, непосредственно не подчиненные ей.
Однако кроме невероятной смелости Джоанна обладала еще и большой хитростью и всегда умела отомстить своим обидчикам так, что они надолго забывали о ее присутствии.
«Ничего, я и вас обломаю», — думала она, лениво обводя взглядом напрягшиеся лица молодых воинов.
После того как Рэвилл Прайд молодецким шагом вышел из комнаты, Джоанна договорилась с Дианой и Жеребцом встретиться на плацу и тоже вышла. Прошлой ночью шел сильный дождь со снегом и градом, он громыхал по стенам и окнам пулеметной дробью, и Джоанна совсем не спала. Сегодня же был один из тех теплых, немного, правда, ветреных вечеров, которыми жителей Судет при всем своем непостоянстве иногда баловала местная погода. Трое ветеранов медленно шли по плацу.
— И что вы думаете об этом, — Джоанна запнулась, — ну, об этом Рэвилле Прайде? — обратилась Джоанна к своим единственным друзьям, и порывы ветра придали ее вопросу значительность. В глубине души она сознавала, что водить дружбу с вольнорожденными не совсем прилично, хотя Джоанна и помнила, что Эйден Прайд вообще не делал различий между воинами. Но Эйден был человек исключительный, своего рода белая ворона среди Нефритовых соколов.
— Это необычный человек, — задумчиво отозвалась Диана.
— Что ты хочешь сказать, Диана?
— Ты сама понимаешь, что я хочу сказать. Где ты видела, чтобы Нефритовый сокол, ни разу не бывший в настоящей переделке, так нагло и беззастенчиво хвастал? Он не просто рассказывал сказки о своих подвигах, он пытался создать вокруг себя миф задолго до того, когда совершит что-нибудь стоящее. Я понимаю, к чему он стремится, он заранее зарабатывает место для своего генетического наследства. Жеребец молча улыбался.
— А ты что скажешь? — обратилась к нему Джоанна.
— Он, конечно, краснобай и действительно старается представить себя героем, но в нем в самом деле есть что-то от Эйдена Прайда.
— Да как ты можешь так говорить? — возмутилась Джоанна. — Эйден был твоим другом, ты что, совсем забыл его? Ставить этого замухрышку рядом с Эйденом? Да ты с ума сошел!
— Давайте сойдемся на том, что у Рэвилла есть кое-какой потенциал, — смутился Жеребец.
— Ты хочешь сказать, что по первому впечатлению нельзя составить сколько-нибудь определенное мнение? — Джоанна посмотрела на Жеребца.
— Можно, — ответил Жеребец, — но только в этом случае очень легко ошибиться. Что ни говори, Джоанна, но ведь он действительно уверенно победил в испытаниях и выиграл кровное имя. Не просто же так ему дали звание звездного полковника? Да, он молод, необстрелян, но это не беда. Посмотрим, время покажет.
— Ничего оно не покажет. Герой должен быть яростным, а у Рэвилла нет ярости, он слизняк! — отрезала Джоанна.
Жеребец усмехнулся:
— Откуда ты знаешь, какие формы имеет ярость?
— Знаю! Клановец должен быть как натянутая пружина, всегда готовая сжаться и ударить. Нет, вы оба ошибаетесь. — Джоанна покачала головой. Женщину злило, что Жеребец не разделяет ее точку зрения. «Неужели и они попались на его удочку?» — зло подумала она.
— Уходите! — выкрикнула Джоанна. — Оба проваливайте отсюда! Жеребец и Диана привыкли к Джоанне и не обращали внимания на ее резкости. Они молча переглянулись и ушли.
Размышляя о новом командире, Джоанна ходила взад и вперед по плацу. "Как несправедливо, что этот выскочка уже имеет кровное имя, — размышляла она в негодовании. — А его молодость говорит о том, что он сможет сохранить его еще долгие годы. Мне уже много лет, но я и сейчас что угодно отдала бы за кровное имя, хотя бы и оставшуюся жизнь.
Джоанна не любила вспоминать о своем возрасте, от этого у нее начинало неприятно ныть внутри. Откуда-то снизу, из живота, поднималась боль, и в последнее время это случалось все чаще и чаще.
Джоанна чуть не споткнулась о сорванную с близлежащего дерева толстую ветку, остановилась и только тут заметила порывы обжигающего ветра. Он хлестал по щекам, сильные удары клонили Джоанну к земле. Нагнувшись, она схватила тяжелую ветку и выпрямилась. Листьев на ветке не было, иначе Джоанна ни за что не смогла бы поднять ее.
Вытянуть вверх руку оказалось задачей не из легких, ветер выл и старался свалить Джоанну с ног, но она, сжав зубы, стояла, широко расставив ноги. Злобно рыча, Джоанна сделала несколько шагов навстречу холодным струям воздуха. «Интересно, сколько этому дереву лет? Можно спилить его и посчитать по кольцам, — думала Джоанна, рассматривая сучковатую ветку. — Уж, наверное, ему больше лет, чем мне».
Джоанна подошла к дереву и, размахнувшись, с силой ударила по стволу веткой. "Больше, много больше! Хватит дешевых страданий! Убиваешься из-за своего возраста, как деревенская шлюха. По всем законам я должна была умереть лет пять назад. Меня поджидала тысяча смертей, я выходила из таких переделок, что другой просто умер бы от страха.
Но кто ты сейчас? Такая же ветка, сухая, отломленная от ствола? Что тебя ждет? Жизнь в низшей касте или в приюте для старых воинов? Нет, только не это. Такое не может случиться, я не опущусь так низко!"
— Этого не будет! — кричала Джоанна и била, била веткой по стволу, а ветер далеко вокруг разносил звуки ударов. Он бросал в лицо Джоанны град, мелкие крупинки рвали кожу, впивались в ресницы, но Джоанна не замечала этого. Громко крикнув, она размахнулась и швырнула ветку. Подхваченная порывом ветра, она тут же скрылась из глаз.
— Вот что такое ярость, дорогуша Жеребец, — прошептала Джоанна и улыбнулась. — Ну уж нет, рано меня еще списывать!
Посмотреть профиль

9«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:00 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
База Соколиной гвардии, Паттерсен, Судеты.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

1 июля 3057 г.



Джоанна столкнулась с Жеребцом буквально в нескольких метрах от входа в кабинет Рэвилла Прайда.
— Итак, значит, этот хмырь теперь командует Соколиной гвардией? — спросила она. — Вместо Эйдена Прайда?
— Так точно, — ответил Жеребец.
— И ты не видишь здесь ничего странного? Ведь он не участвовал ни в одной битве.
— У него есть опыт командования различными соединениями, — парировал Жеребец. — И не забывай про генетику...
— Все это было очень далеко, на внутренних мирах, воут? — огрызнулась Джоанна.
— Ут.
— Он не проверен в боях, — настаивала Джоанна. Лицо Жеребца на мгновение стало очень серьезным. Задумавшись, он ответил:
— Джоанна, не нам с тобой идти против закона клана. В конце концов, мы люди военные, и нам следует подчиниться приказу.
— Командовать гвардией должен заслуженный ветеран, — не унималась Джоанна. — И такие у нас есть. К примеру, звездный капитан Алехандро.
— Он станет крупным командиром очень скоро, но пока у него нет кровного имени, а у Рэвилла Прайда есть. Не возмущайся, Джоанна, вспомни, сколько у нас осталось воинов с кровным именем.
Когда Эйден Прайд принял под свое командование Соколиную Стражу, в ней оставались две категории воинов — отвоевавшие положенный срок старики и необстрелянный молодняк. Эйден Прайд принялся реформировать гвардию, и в результате его преобразований в ее рядах почти не осталось испытанных воинов, имеющих кровное имя.
— Все правильно, Жеребец, — отозвалась Джоанна, — но идти за Рэвиллом Прайдом в бой мне не хотелось бы.
— А чего ты вообще хочешь, Джоанна? Я тебя, конечно, понимаю и особой радости от нового командира тоже не испытываю, но давай подождем. А что касается того, идти или не идти в бой под командованием Рэвилла, то мы с тобой клановцы, Джоанна, и знаем, что такое приказ, — убежденно произнес Жеребец и посмотрел на звездного капитана, ожидая ответа.
Джоанна усмехнулась. Ей было удивительно слышать такие высокопарные слова от всегда улыбающегося Жеребца. Когда-то Джоанна ненавидела его, но за долгие годы совместной службы, убедившись в его преданности Эйдену Прайду и видя, как он защищает Диану, женщина почувствовала, что неприязнь к нему уменьшилась. Джоанна не испытывала к Жеребцу симпатии, но и прежнего чувства вражды тоже не было. Точно так же Джоанна относилась и к Диане. Очень давно они сошлись в круге равных, и Джоанне понравилось, с каким мужеством и умением дралась эта молоденькая девушка. Чем-то она напоминала самого Эйдена Прайда. Здесь Диана стала настоящим воином, на которого уже никто не смотрел как на вольнорожденную. «Наверное, я действительно делаю что-то не то. Вместо того чтобы стремиться к славе, кровному имени и почетной смерти, я стараюсь завоевать дружбу этих отщепенцев», — с горечью подумала она.
— Ну, так что, Джоанна? — спросил Жеребец.
— Ты прав, Жеребец, я буду делать то, что нужно клану, — словно очнувшись, ответила Джоанна. — Но если ты, мерзавец вольнорожденный, еще хоть раз обратишься ко мне и не назовешь меня по званию, я вышибу тебе мозги. Жеребец улыбнулся:
— Вот теперь я вижу, что ты окончательно пришла в себя.
— Ты еще и насмехаешься, тварь несчастная! — Джоанна попыталась разозлить себя, но у нее ничего не получилось.
Жеребец дружелюбно засмеялся.
— Ты, кажется, направляешься к новому командиру? — напомнил он.
— Да! — рявкнула Джоанна и зашагала рядом с ним к зданию казармы.
– 22 из 92 –
— Зачем он тебя вызывал? — спросила она. Жеребец молчал, и Джоанна подозрительно посмотрела на него.
— Я специально ждал тебя здесь, чтобы сказать об этом. Рэвилл Прайд переводит меня в командное отделение.
— Забирает тебя из моей звезды? — удивилась Джоанна. — Вот мерзавец! Жеребец поморщился. Так презрительно обычно отзываются только о вольнорожденных.
— Значит, ты уходишь?
— Я должен это сделать, Джоанна.
— Этот кретин просто не хочет, чтобы ты находился в моем подразделении. Понятно, с его сопляками он далеко не уедет, вот и начал подбирать себе ветеранов, — горько заметила Джоанна.
— Не думаю, — ответил Жеребец. — С какой стати заслуженному офицеру брать под свое командование вольнорожденных? Скорее, он хочет иметь под своим крылом друга Эйдена Прайда. Предполагаю, что так Рэвиллу будет спокойнее. Правда, не знаю пока почему. Со своей стороны скажу, что я бы охотнее остался в твоей звезде, но пойми меня правильно, это назначение дает мне
некоторые преимущества. Джоанна злобно посмотрела на Жеребца.
— Кажется, еще немного — и ты полюбишь Рэвилла, — язвительно произнесла она.
— До этого, конечно, далеко, — отозвался Жеребец и помолчал. — Но почему я не могу уважать его? Только потому, что тебе этого не хочется? — вдруг спросил он, резко повернувшись к Джоанне.
— Оставь меня! — глухо сказала она. — Уматывай! Жеребец повернулся и ушел. Джоанна смотрела ему вслед, но ветеран даже не оглянулся. Слова Рэвилла Прайда падали словно снаряды:
— Я вынужден напомнить вам, звездный капитан, о вашем звании и положении. Вы всего лишь командир звезды и обязаны носить соответствующие знаки отличия. Это было понижение в должности, до сих пор Джоанна командовала соединением.
— Я прошу вас, звездный полковник, сохранить за мной звание капитана. Вы не можете отказать мне в законном праве — участвовать в испытаниях. Рэвилл Прайд сидел за столом совершенно прямо. Чувствовалась выучка. Джоанна посмотрела на командира и подумала, что эти движения и жесты он начал репетировать и оттачивать задолго до приземления на недружелюбные Судеты. Стол у полковника тоже был впечатляющий — черный, блестящий, как стекло, с искусно вырезанным и инкрустированным различными породами дерева изображением сокола по всей крышке. Похоже, что его он притащил с собой, такого стола Джоанна здесь никогда не видела.
К своему стыду, Джоанна почти физически ощущала давящее превосходство полковника.
— Нет, — отрезал он. — Я отклоняю вашу просьбу, звездный командир Джоанна.
— Несмотря на мое уважение к вам, я вынуждена сказать, что вы превышаете свои полномочия, — спокойно произнесла Джоанна.
— Ни в коей мере, — ответил Рэвилл Прайд. — С момента заключения перемирия прошло уже пять лет. Соколиная гвардия зажирела и даже, полагаю, немного ослабла. На меня возложили обязанность довести ее боеспособность до предвоенного уровня. Я полагаю, что Соколиная гвардия деградировала из-за слишком большого числа вольнорожденных, находящихся в ее рядах, и займусь тем, чтобы... Джоанна не дала ему договорить.
— Что-то я вас не пойму, — перебила звездного полковника Джоанна. — Вы очень неодобрительно отзываетесь о вольнорожденных и в то же время назначаете одного из них в свою команду.
— Вижу, вы имели беседу со звездным командиром Жеребцом, — многозначительно произнес Рэвилл Прайд.
— Мы долго служили вместе, — ответила Джоанна. Полковник облокотился на стол и перевел долгий изучающий взгляд на Джоанну. Она отвернулась и вдруг увидела висящие по стенам картинки. Воины клана редко украшали свои жилища какими-либо предметами, а если и украшали, то в основном изображениями сражений, реже — сценками из сельской жизни. Моду украшать стены клановцы переняли у воинов Внутренней Сферы, и Джоанне эта тенденция не нравилась. Наличие репродукций в кабинете полковника неприятно ее удивило.
— Звездный командир Джоанна, вам, вероятно, неудобно стоять. Присаживайтесь, — произнес полковник елейным голосом и показал на тяжелое резное кресло, обтянутое тканью с замысловатым абстрактным рисунком — многочисленные пересекающиеся волнистые и прямые линии.
«Это кресло он тоже приволок с собой», — подумала Джоанна.
— Благодарю вас, звездный полковник, но я предпочитаю стоять, — ответила она.
— Как хотите, — произнес полковник после длительной театральной паузы. — Звездный командир Джоанна, вы долго и верно служили клану. Сердце Джоанны екнуло: замечания о возрасте воина всегда считались если не оскорбительными, то уж по крайней мере невежливыми.
— Это значит, что позор Туаткросса уже не является частью моего кодекса? Джоанна часто думала о том, что случилось бы, доведись ей избежать унижения на Туаткроссе. Хотя в то время она была сравнительно молодым воином, позор поражения лежал и на ее совести, равно как и на остальных уцелевших. В тот страшный день воины Внутренней Сферы, взорвав спрятанные мины, вызвали в местечке Большой Шрам камнепад, под которым погибла лучшая часть Соколиной Стражи. Этот случай покрыл остатки боевого соединения несмываемым позором, вот уже сколько лет он, как шлейф, волочился за всеми оставшимися в живых. Джоанну понизили в должности, со звездного капитана она съехала до простого командира. Только совсем недавно ей удалось вернуть себе звание звездного капитана. Если бы не испытание, быть ей простым водителем боевого робота до скончания дней.
— Туаткросс не исчез из вашего кодекса, — мрачно заметил полковник. — Будем считать ваше замечание неудавшейся шуткой. — Рэвилл Прайд снова помолчал. — Полагаю, что ваша злость в общении со мной неуместна, — заметил он.
— Разве мы не воины клана? — спросила Джоанна с вызовом.
— Конечно, но что из того?
— Я не привыкла к мягкому и вежливому разговору, — отрезала Джоанна.
— Я хотел бы, звездный командир Джоанна, чтобы наша встреча была более дружеской, но вижу, что вы со мной не согласны.
— Я воин клана. — Джоанна угрюмо смотрела на Рэвилла Правда. Рэвилл Прайд встал из-за стола и направился к Джоанне. Вид у него был очень взволнованный, но не злой. Заметив это, Джоанна внутренне успокоилась.
— Я буду краток, звездный командир Джоанна, — проговорил полковник, подходя к ней. — Вы переводитесь в другое место, — произнес он, внимательно вглядываясь в лицо Джоанны.
Джоанна была шокирована. Она удивленно подняла брови.
— Почему? — спросила она. — Я не хочу служить в другом соединении.
— А вы и не будете больше служить. — Голос полковника был тих и спокоен. — Вы переводитесь не в боевое соединение. Мне тяжело говорить об этом, но ваша служба окончена. Скоро вы отправитесь на один из внутренних миров. Если быть точным, то на Железную Твердыню.
— Я уже была инструктором, — возразила Джоанна. — И я...
— Инструктором вы тоже не будете, — прервал Джоанну Прайд. — Вы больше не Сокол, — закончил он.
— И к какому позору вы меня приговариваете?
— Вы офицер, звездный командир Джоанна, и спокойно примете любой приказ клана, воут?
— Ут! Но я всегда была воином и должна закончить свои дни как воин.
— Мне понятны ваши чувства, — заметил полковник, — но все ваши несчастья происходят оттого, что вы остались живы. Вы были прекрасным воином, мужественным и находчивым, но остались в живых.
— Я требую, чтобы меня зачислили в подразделение ветеранов, тогда я смогу умереть в битве.
— В соламу для ветеранов? — переспросил Рэвилл Прайд. — Предполагаю, что вы уже давно подумывали над этой просьбой, но мудрость Хана безгранична, он предполагал такой исход. Нет, звездный командир Джоанна, вам нет необходимости идти туда. Вы доказали, что являетесь смелым воином, поэтому вас назначили воспитателем в одну из сиб-групп.
— Нянькой к молокососам? Значит, весь мой опыт Годится только для того, чтобы...
— Для вас это назначение — высокая честь, — прервал возмущенную тираду полковник. — Вы будете командиром всего курса, но не только. Кое-где, и мы с вами прекрасно знаем это, зреет недовольство. Вы становитесь нашим представителем среди подрастающего поколения воинов, нашими глазами и ушами. Такая работа — большая награда, а не унижение, звездный командир Джоанна. И более того. После смерти вам будет оказан особый почет, ваш пепел смешают с питательным раствором, вы положите начало новой сиб-группе.
Последняя фраза произвела на Джоанну потрясающее впечатление. Да, ей не удалось завоевать кровное имя, но то, что ее ждет, — много выше. Новая сиб-группа! Джоанна, не дыша, смотрела на Рэвилла Прайда.
— Ну как, звездный командир Джоанна, вы довольны? В Джоанне вдруг вскипела неудовлетворенная гордость.
— Я могу обратиться к вам с просьбой?
— Нет! — отрезал полковник. — Вы отправитесь туда, куда вас посылает клан, и в недалеком будущем сами убедитесь, что вам оказана высокая честь.
— Я протестую, — тихо сказала Джоанна.
— Сколько угодно, — ответил полковник и вздохнул. Джоанна посмотрела на Рэвилла Прайда: его поведение было так не похоже на поведение воина. Он больше походил на чиновника, бюрократа-столоначальника, а не на водителя боевого робота.
— Мне странно, что вы недовольны, — произнес полковник. — Вы мне позволите говорить с вами откровенно?
— Пожалуйста. Как еще вы собираетесь меня унизить?
— Мне доложили о дуэли чести, звездный командир Джоанна. Вы поступили так, как и подобает воину, только незачем было ввязываться в драку. Круг равных — место, где бьются за серьезные обиды, а не за такие мелочи, как...
— Мелочи? — вскипела Джоанна.
— Да, мелочи! Ваши друзья — вольнорожденные, поэтому не стоило лезть на рожон.
— Но одного из них вы забираете в командное отделение, — заметила Джоанна.
— Да, но не потому, что Жеребец вольнорожденный, а потому, что он заслуженный ветеран. И я не стану биться за него на дуэли, уж поверьте мне. — Полковник выпрямился, и Джоанна увидела в нем не тощего коротышку, а лидера. — Вы слишком долго служите, Джоанна, — продолжал полковник. — Вы взвинчены, устали, и потому ваши действия становятся непредсказуемыми. Из-за ерунды вы подвергаете опасности и свою жизнь, и жизни других воинов, а это недопустимо. Мы не можем позволить себе терять воинов в мирное время, они нам слишком дорого стоят. Так что не возмущайтесь;
когда воин стареет, он уже не способен здраво рассуждать, и тут ему на помощь приходит новое назначение. Поздравляю вас, вы его получили вовремя. И благодарите Хана за мудрость и за оказанную вам честь. Все, вы свободны! — Полковник отвернулся и зашагал к столу.
Джоанна не пошевелилась.
— Можете идти, — сказал полковник.
— Послушайте, Рэвилл Прайд...
— Я попросил бы вас обращаться ко мне по званию.
— Звездный полковник Рэвилл Прайд, неужели вы не знаете, что довольно большое число ветеранов продолжает служить здесь, в пределах Внутренней Сферы?
— Назовите хотя бы одного.
— Каэль Першоу.
— Он является советником Хана.
— А Наташа Керенская из Клана Волка?
— Как вы смеете сравнивать себя с воинами, заслужившими своими подвигами кровное имя? — возмутился полковник. — Да, Наташе Керенской уже много лет, но вам до нее очень далеко, звездный командир Джоанна. Она заслужила это положение, потому что шла к нему не останавливаясь. В отличие от вас, — прибавил полковник. — Она стала Ханом в Клане Волка, и когда совсем состарится, то либо умрет, либо послужит своему клану в каком-либо ином качестве. Поразительно, как вы можете сравнивать себя с ней. Это по меньшей мере нахальство. — Полковник покачал головой. — Ну, хватит диспутов. Идите, — приказал он.
— Рэвилл Прайд, — выговаривая каждую букву, произнесла Джоанна, — я хочу биться с вами в круге равных. Можете считать, что я сделала вам вызов.
— Нет, вы не можете вызвать меня на битву. Я не оскорблял вас, а просто передал пришедший сверху приказ. Вы не имеете права вызывать меня на дуэль.
— Я вызываю вас не потому, что вы сообщили мне о приказе, а потому, что оскорбительно разговаривали со мной.
— И это тоже не причина, — ответил полковник. — Вы мой подчиненный.
— Ну, хорошо же, — прошипела Джоанна. — Я все равно заставлю тебя драться со мной, скотина!
— Неплохо, — проговорил полковник и улыбнулся хитрой, зловещей улыбкой. — Совсем неплохо. Но только я поумнее и не буду биться из-за пустяка. Вы свободны!
— Я...
— Кругом! Марш! — скомандовал Рэвилл Прайд, и Джоанна направилась к двери. — Звездный командир Джоанна! — окликнул ее Рэвилл Прайд. Джоанна остановилась.
— Позвольте вам заметить, — сказал полковник, — что я не новичок, и не советую путать меня с Чоласом, Кастильей и прочими. Я нисколько не удивлен тем, что вам удалось задать им взбучку, но я совсем другое дело. Я доказал свои способности, и не раз, поэтому советую успокоиться, иначе вас будет ожидать второй Туаткросс. Послушайте моего совета, примите назначение с честью, и мы проведем оставшийся месяц в дружбе и согласии. Несмотря ни на что, я признаю ваши заслуги и хочу многому у вас научиться, так давайте же работать, а не драться. Джоанна молча выслушала полковника и, как только он закончил, повернулась на каблуках и вышла из кабинета. Она с силой хлопнула дверью, втайне надеясь, что от стука со стены слетит одна из этих уродливых картинок Выйдя из казармы, она снова чуть не споткнулась о брошенную недавно ветку. Вероятно, ветер пригнал ее к самым дверям казармы. А может быть, она искала здесь своего обидчика, Джоанну? Женщина схватила ветку и в припадке ярости переломила ее через колено. Раздался сильный треск. Джоанна поморщилась, ей показалось, что это она переломила себе кость. Но даже если и так, ей все равно.
Посмотреть профиль

10«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:02 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
Группа наблюдения, Командный центр, Вотан.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

7 июля 3057 г.




Каэль Першоу уставился в листок бумаги, поданный ему помощником. В полутьме комнаты мелко напечатанные цифры сливались, читать было трудно, особенно одним глазом, причем не совсем здоровым.
Каэль поморщился, ему не "хотелось, чтобы под чиненные заметили, что у него нелады со зрением. Он откинулся на спинку кресла и положил листок на клавиатуру компьютера. В свете экрана цифры и буквы стали принимать привычные очертания. Эта информация была получена в результате прослеживания коммуникационной сети Клана Волка. Являясь командиром группы наблюдения, а иными словами — разведки Клана Нефритовых соколов, Першоу просматривал всю информацию, по тем или иным причинам показавшуюся его помощникам заслуживающей внимания.
— Ну, и что вы об этом думаете? — прозвучал голос звездного командира Девала Хаддока.
Хаддок никогда не позволял себе говорить с вышестоящими офицерами запанибрата, но и никогда не называл их по званию. Тем более Каэля Першоу. Хотя в его петлицах и сверкали полковничьи знаки отличия, но дни его службы в качестве воина давно прошли, и всем это было хорошо известно.
— Отстань, Хаддок, не торопи, — огрызнулся Першоу, известный своим неуважением к младшим по званию.
Он наклонился над бумагой, старательно вглядываясь в сообщение. Все-таки зрение у бывшего полковника оставляло желать лучшего: он так ничего и не рассмотрел. Сгоряча Першоу хлопнул по листку, нажав несколько клавиш. На экране тут же запрыгали какие-то значки. Першоу стер их и снова принялся разглядывать листок.
— Значит, так, Хаддок, — проговорил он. — Понятно только одно — Клан Волка внедрил в ряды вооруженных сил Нефритовых соколов своих шпионов.
— Я тоже так подумал, — отозвался Хаддок. — Ключевое слово, по-видимому, — «Бургесс».
— С чего ты взял? — спросил Першоу. Хаддок ему нравился своей сообразительностью, и Першоу отличал его от остальных, несмотря на более чем скромный послужной список. Хаддоку удалось завоевать кровное имя, но хорошим водителем боевого робота он так и не стал. Поговаривали, что Девал даже не умеет надевать нейрошлем, но Першоу это не волновало. Он заметил Хаддока сразу, взял его в свою команду и ни разу об этом не пожалел.
— Веков десять назад Бургесс был одним из величайших шпионов на. Терре, — ответил Хаддок.
— Ты погляди, — покачал головой Першоу. — Наверное, это был великий человек, если его имя помнят так долго.
— Предатель и большая шельма, — откликнулся Хаддок. — Но чаще всего имена людей помнят вне зависимости от их дел. Лично я знаю, что Бургесс был англичанином.
— Эти англичане — страшные хитрецы, — сказал Першоу.
— Не знаю, сэр. Может быть, — наклонил голову Хаддок. Першоу продолжал изучать полученное сообщение.
— Как ты думаешь, в какое именно соединение они засунули своих людей? — спросил он.
— Об этом можно догадаться. Прежде всего сейчас, во время перемирия, их могут интересовать только те воинские соединения, которые много перемещаются. Попасть туда шпионы могут двумя путями. Если агент молод, он вполне может представиться вольнорожденным воином, недавно закончившим военную подготовку. Каэль Першоу задумчиво кивнул. Он был доволен рассуждениями помощника, но лицо старого воина сохраняло невозмутимое выражение.
— Правильно, Хаддок. Модифицировать кодекс молодого воина, выдав себя за другого, не представляет большого труда. И все потому, что только у нас в кодекс новоиспеченного Сокола записывается все подряд, именно поэтому он такой же объемистый, как и кодекс ветерана.
— Совершенно верно, — подтвердил Хаддок. — А подделав документ, шпион просто прыгает на первый попавшийся шаттл, улетает на один из отдаленных миров, оккупированных кланом, и вступает в число водителей боевых роботов.
— Если я только узнаю, что какая-то вольнорожденная тварь убила нашего воина, чтобы завладеть его документами, я с него живого шкуру спущу, — сказал Першоу, не скрывая вспыхнувшей ярости.
— В шпионы вербуют не только вольнорожденных, — заметил Хаддок. Это замечание, как всегда верное, вызвало у Першоу улыбку.
— Я имел в виду вольнорожденного по документам, а не по рождению, — возразил он уже спокойнее.
— Я понял вас, — невозмутимо ответил Хаддок.
— А как еще шпион может проникнуть в ряды наших вооруженных сил?
— В последнее время в запас уволено много заслуженных ветеранов... — начал было Хаддок и тут же замолчал.
— Старых хрычей типа меня, — беззлобно уточнил Першоу. Хаддок не понял юмора, он замялся, потупился и вежливо продолжил:
— Возраст не всегда измеряется годами, звездный полковник. Чаще о нем говорит работоспособность. Стариками в клане считаются те, у кого сомнительны не только воинские, но и мыслительные способности.
— А я и не подозревал, что ты еще и дипломат, Хаддок, — рассмеялся Першоу. — Нужно подумать, не направить ли тебя куда-нибудь послом.
— Я посчитал бы такое назначение величайшей честью, сэр.
— Хорошо, Хаддок. Если ты и дальше будешь служить так же, я обязательно направлю тебя в дипломатический отдел.
Но Хаддок был очень серьезным человеком.
— Я буду служить в группе наблюдения столько, сколько необходимо, — отчеканил он.
— Ума у тебя маловато, но сообразительность и дипломатический талант определенно есть. Такие люди, как ты, мне и нужны, — проговорил Першоу, глядя на Хаддока. — Ваша группа еще должна завоевать авторитет среди воинов, особенно среди тех, кто считает главным качеством только доблесть на полях сражений. Хаддок скромно молчал, инстинкт подсказывал ему, что в такие минуты его шеф не нуждается в соболезнованиях. Выдержав паузу, он снова продолжил:
— Многие ветераны переведены в специальные подразделения — соламы, а поскольку делать им сейчас особенно нечего, то старых воинов используют как для несения обычной гарнизонной службы, так и для совершения мелких набегов, которые регулярные части считают для себя слишком малозначительным занятием. В таких подразделениях смертность очень высока, а систему учета воинов создать трудно. За кодексами там никто особенно не смотрит, и проникнуть в соламу достаточно просто.
— Совершенно верно. Многие из нас, даже на самом высоком уровне, смотрят на ветеранов чуть получше, чем на вольнорожденных, и частенько переводят их куда угодно, лишь бы побыстрее от них избавиться.
— В подразделения смертников направляются и вольнорожденные ветераны.
— И это правильно, — ответил Першоу. — Но я никак не пойму, куда ты клонишь, Хаддок? Ты хочешь сказать, что, поскольку в соламах слабая дисциплина и многие из ветеранов не знают друг друга, шпионов внедряют и туда? Какой в этом случае прок от агента?
— Сбором информации можно заниматься где угодно, — ответил хитрый Хаддок. — Простым наблюдением находчивый агент извлечет пользу из всего. К тому же среди недовольных он вербует сообщников. Не забывайте, что Клан Волка всегда много внимания уделял созданию сети осведомителей.
— Да, ты прав. Именно так мы и поступим.
— Что вы сказали, сэр?
— Знаешь, что мы с тобой сделаем, Хаддок? Мы зашлем в соламы наших людей. Рим пал...
— Как вы сказали, сэр? Рим? Что это?
— Ты меня удивляешь, Хаддок. Помнить про Англию и ничего не знать о Риме стыдно.
— Простите меня, звездный полковник, я обязательно выучу все, что есть в файле «Рим».
— Не стоит, Хаддок. У меня есть для тебя более интересное занятие. Хорошо, можешь идти. Твои замечания были, как всегда, очень полезны. Я позову тебя позже, когда составлю план.
Как только дверь за Хаддоком закрылась, Першоу принялся размышлять. Задача перед ним стояла непростая. Нефритовые соколы не имели в Клане Волка широкой шпионской сети. Разведывательная деятельность Першоу в основном сводилась к засылке не связанных между собой шпионов-одиночек, в чьи функции входили в основном сбор и анализ информации на местах. Першоу было нелегко воевать с установившимся мнением, что работа шпиона — недостойное занятие для воина. В то же время все начальство с удовольствием пользовалось добытой Першоу информацией, понимая, что в мирное время она является бесценным оружием. Перво-наперво Першоу распорядился о том, чтобы сотрудники внимательно изучили досье новобранцев, недавно прибывших в передовые части Нефритовых соколов. Сомнительные места кодексов помогут выявить нежелательные элементы, а дальнейшая процедура работы с агентами была давно отработана. Это по делам, которые касаются молодых воинов.
Поиск агентов среди ветеранов потребует много сил, там понятия чести стоят очень высоко, и нужно будет очень долго искать оперативных работников. Скорее всего, придется посылать в соламы своих людей.
Каэль Першоу тут же вспомнил об одном таком человеке, смелом и надежном. В связях с разведкой его не заподозрит никто, сварливость, злость и постоянная готовность ввязаться в любую драку отметут от этой кандидатуры любые подозрения. Никто в целом Клане Волка не подумает, что такой яркий, непримиримый воин может быть разведчиком.
Посмотреть профиль

11«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:03 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
База Соколиной гвардии, Паттерсен, Судеты.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

7 июля 3057 г.




Нефритовые соколы никогда не были слишком религиозны. Их мифология включала в себя несколько богов, но в основном клановцы полагали, что есть некий высший разум, который управляет хаосом вселенной. Однако по мере того как открывались и завоевывались все новые и новые миры, это убеждение теряло былую силу. Некоторые, правда, считали, что занятые своими делами боги не всегда обращают внимание на занятия людей.
Воины в основном верили в существование богов, но полагали, что они живут сами по себе и стараются не совать нос в людские дела. Нечто вроде духа религиозности замечалось только в сельских районах, населенных ремесленниками и рыбаками, и в среде профессиональных ученых. Последние поддерживали в себе остатки религий, некогда процветавших на Терре. Воины не нуждались в богах. Подобно Джоанне, они не боялись смерти и хотели только одного, чтобы она не была бессмысленной и жалкой. Ценились смелость и стремление к самопожертвованию, но подставлять голову под снаряды просто так считалось идиотизмом. Больше всего воины боялись бесславной, постыдной смерти, они полагали, что трус или дурак остается опозоренным навеки, хотя немногие верили и в существование вечности. Сознание клановцев не принимало духов или демонов, а если и принимало бы, то многие воины старались бы походить на них. Прослужив всего несколько дней под началом Рэвилла Прайда, вновь испеченный звездный командир Джоанна уже считала его худшим из дьяволов. Когда она поделилась своими наблюдениями с Жеребцом, тот лаконично ответил:
— В древней литературе Терры часто упоминается дьявол. По преданию, он жил глубоко под землей и питался телами предателей.
— Откуда ты знаешь древнюю литературу? Жеребец понял, что проговорился, но на такие
случаи у него всегда было готово соответствующее объяснение.
— И какой только дряни не нахватаешься, общаясь с вольнорожденными.
— Вот уж точно, — подтвердила Джоанна. В сомнительных ситуациях Жеребец всегда прибегал к одному и тому же приему — сваливал все на свое неправильное рождение.
Первое, что сделал Рэвилл Прайд, — это собрал всех офицеров и объявил, что воинское соединение стало неэффективным.
— Во время отсутствия опасности воины становятся вялыми и недисциплинированными, — заявил полковник, предварительно, правда, признав, что во время перемирия боеготовность поддерживать трудно. — Подобно соколу, мы должны постоянно оттачивать когти. Бездействуя, мы теряем боевую выучку, — продолжил он. — Воины становятся слишком агрессивными и независимыми. — В этот момент он взглянул на Джоанну. Она, не отводя глаз, смотрела на полковника, не понимая, чем же не приглянулись полковнику эти качества.
— Мелкие набеги, совершаемые другими кланами и некоторыми подразделениями Нефритовых соколов, — просто мелочь, — говорил Рэвилл Прайд. — Я считаю, что нам не стоит даже думать об этом, мы должны готовиться к большим сражениям. Договор о перемирии будет разорван, и, поверьте мне, очень скоро. Используя перемирие в качестве дымовой завесы, правители Внутренней Сферы втайне готовятся к войне, и, чтобы предотвратить их агрессию, нам придется напасть первыми. Молодые воины полностью разделяли подход Рэвилла Прайда к вопросам истории и внутренней политики. По их мнению, Нефритовые соколы являлись воплощением благородства и чести, тогда как представители Внутренней Сферы отличались коварством и жестокостью. Доверять им определенно не следовало хотя бы потому, что в хитросплетениях политических интриг Внутренней Сферы нормальному воину трудно разобраться. Поэтому в большинстве своем они считали, что Внутренняя Сфера — это средоточие зла и предательства, населенное бандитами и, что много хуже, вольнорожденными, — не имеет морального права на существование. Такая точка зрения освобождала их от необходимости думать, к тому же становилось проще считать Клан Нефритовых соколов образцом добродетели и воинской доблести, потенциальным освободителем человечества.
Джоанна закрыла глаза, чтобы не видеть тупых физиономий молодых воинов, выкрикивающих славословия по адресу Эйдена и Рэвилла Прайдов. Она подумала, что если такая обстановка царит во всех оккупационных частях и жители Внутренней Сферы знают об этом, то неудивительно, что они считают клановцев дикими варварами.
Оказалось, что Рэвилл Прайд уже разродился программой оттачивания когтей, такой же уродливой и жестокой, как и он сам.
В соответствии с замыслом полковника все, включая офицеров, водителей роботов и техов, должны вскакивать ни свет ни заря и после изнуряющей пробежки заниматься многочасовой гимнастикой. Неистовый Прайд уверял, что именно гимнастика делает воина боеспособным и безжалостным, а теха — трудолюбивым и технически грамотным. Спорить с полковником было затруднительно, поскольку он и сам считался неплохим спортсменом.
Джоанна выполняла приказы полковника неукоснительно, но через неделю поняла, что, несмотря на гимнастические упражнения, ни ее боеспособность, ни здоровье не улучшились, а даже наоборот — в последнее время она чувствовала только боль во всем теле.
Превозмогая ее, Джоанна все отжималась и отжималась, заставляя себя верить, что в конце концов гимнастика даст ожидаемые плоды. Физподго— готовкой в своем отделении она занималась и раньше, только делала это не на грани истерики, а в соответствии со здравым смыслом. По ее глубокому убеждению, физподготовка — прекрасный инструмент для выработки покорности у молодых курсантов, но никак не инструмент перевоспитания старых воинов. Во всяком случае с ее помощью быстроту реакции никак не улучшишь, и вообще спортивной подготовкой нужно заниматься индивидуально. Таково было воззрение Джоанны на физическое воспитание воинов, и менять его она не собиралась. И тем не менее она старательно отжималась, мысленно вспоминая все имеющиеся в лексиконе Нефритовых соколов проклятия.
— Хватит, звездный командир Джоанна, — прозвучал над ее головой голос Рэвилла Прайда.
Джоанна поглядела на него и покачала головой. Несмотря на то что полковник вместе со всеми проделывал полный ритуал физподготовки готовки, выглядел он всегда свежим и бодрым.
— Не стоит перенапрягаться, — сказал Прайд и улыбнулся. При этом глаза его хитро блеснули. Джоанна поморщилась, так как не любила даже малейшего намека на подлость и коварство. — Особенно вам, — прибавил полковник. — Когда вы станете воспитателем, вам едва ли понадобится спортивная подготовка. Столпившиеся возле Джоанны молодые воины захихикали. Рэвилл Прайд улыбался, ему было приятно, что воины оценили юмор военачальника.
— Вольно! — скомандовал неутомимый полковник. — Я доволен вашими успехами. Мы занимаемся физподготовкой всего неделю, а положительные результаты уже налицо. Джоанна стояла, стараясь сдерживать дыхание и не показать, что устала. Она огляделась и увидела устремленные на нее злые глаза Кастильи: ненависть к Джоанне, казалось, приобрела хронический характер. Рэвилл Прайд потянулся.
— Прекрасная планета, — произнес он. — Мне здесь все больше и больше нравится. Где-то вдалеке собирались грозовые тучи. Подул резкий, пронизывающий ветер, надвигалась буря. На горизонте мрачно сияли неприветливые, пустынные горы. «Ничего себе прекрасная планета», — подумала, нахмурившись, Джоанна.
— В такие минуты мне кажется, что мы, воины Клана Нефритовых соколов, способны сделать все, — высказался полковник, и его фраза потонула в общем одобрительном крике. Каждое утро Рэвилл Прайд произносил зажигательные речи, и постоянно они сопровождались возгласами восхищения, — Воины! — продолжал полковник немного теплее и дружелюбнее. — Наступает время, когда каждому из вас придется показать все, на что он способен. Я планирую серию военных учений и надеюсь, что вы проявите себя — не побоюсь высоких слов — с присущим Соколам блеском. «Ну уж нет, увольте», — подумала Джоанна, представляя, какую дикую затею может придумать воинственный Рэвилл Прайд.
Она даже не догадывалась, что в эту секунду была очень близка к истине. Рэвилл Прайд приказал всем офицерам составлять ему к вечеру отчеты о проведенной в подразделениях работе. Джоанна могла этого и не делать, так как все равно через несколько дней уезжала, но неутолимое желание отомстить полковнику подхлестывало ее, и она принялась за составление бумаг. В помощники она выбрала Диану, которая, ворча, согласилась приняться за работу. Дальше — больше, и через несколько дней Рэвилл Прайд выступил с очередным новшеством: он приказал офицерам подавать ему некоторые бумаги еще и утром.
— Я так понимаю, что за оказанную помощь следует благодарить, — недовольно проговорила Диана, собирая бумаги. — Так принято во Внутренней Сфере, и нам неплохо перенять эту традицию.
— Во Внутренней Сфере в домах держат животных и гладят их, — ответила Джоанна. — Воин Клана Нефритовых соколов не должен требовать благодарности за труд, который, кстати, является его обязанностью.
Диана усмехнулась.
— Обязанностью? — переспросила она, — Я выполняю эту работу добровольно, чтобы помочь тебе, — сказала она весело и по хмурому взгляду Джоанны поняла, что перегнула палку.
— И что я должна теперь делать? — спросила Джоанна.
— Ничего, — ответила Диана.
— У тебя появляются вредные привычки, — заметила Джоанна.
— Я хотела сказать, что помогаю тебе только потому, чтобы ты не тратила время на разную дребедень. Джоанна задумчиво усмехнулась.
— Чтобы я ненароком не устала? Да нет, врешь. Слушай, Диана, если ты такая обидчивая, почему бы тебе не переметнуться в Клан Волка? Или к этим молодым воинам? Некоторые ветераны уже встали на их сторону, чего же ты теряешься?
— Ты не понимаешь меня, Джоанна. — Диана, как всегда, обращалась к командиру запросто, пренебрегая обращением по званию. — Они не переметнулись к новоприбывшим, а только поддерживают их энтузиазм.
— И ты тоже? — спросила Джоанна. — Я вижу, что Жеребец, этот вольнорожденный мерзавец, уже спелся с молодняком. Почему бы и тебе не примкнуть к нему? Диана вздрогнула от нанесенного оскорбления, но, будучи в душе дипломатом, спокойно заметила:
— Я никогда не примкну к ним, и ты это прекрасно знаешь. Рэвилла Прайда я считаю невежественным, тупым солдафоном и самовлюбленным выскочкой, а его вечные славословия в адрес Эйдена...
— Ты говоришь слишком заумно, прямо как житель Внутренней Сферы, — сказала Джоанна, и Диана тут же замолчала. — Нет, нет, продолжай, это все правда, и я согласна с тобой.
— И Жеребец — не предатель, — продолжила Диана, — он выполняет свой долг.
— Мерзавец! — рявкнула Джоанна.
— Нет, Джоанна, ты не права. Будь до конца честной, скажи, разве Жеребец не показал себя прекрасным воином? Он стал чуть ли не легендой среди вольнорожденных. Даже многие вернорожденные восхищаются им. Разве не так? Джоанна молчала.
— Сейчас он стал одним из первых в командном отделении, и это большая честь, Джоанна. Конечно, мне самой хотелось бы, чтобы он оставался в нашей звезде, но приказ есть приказ.
— Ты заражена ученостью, Диана, ты слишком хорошо рассуждаешь, а это не к лицу воину клана. Похоже, ты начиталась ненужных книг.
— Книг? Откуда ты знаешь об этом? — тревожно спросила Диана.
— Я знаю, что у Эйдена Прайда была дома библиотека и вы с Жеребцом часто брали у него книги. Отсюда все ваши идиотские идейки. Весь вред идет от этих проклятых книжек! В жизни не придумаешь занятия глупее, чем чтение. Как я рада, что ни разу в жизни не держала в руках эту бумажную грязь! — воскликнула Джоанна.
— Джоанна...
— Все, Диана, ты свободна! — Джоанна отвернулась и прибавила: — Хватит с меня на сегодня твоих бредней.
Диана развернулась и направилась к двери кабинета Джоанны, ставшего с приездом нового командира еще более холодным и захламленным.
— Диана, — окликнула ее Джоанна.
— Слушаю вас.
— Придешь завтра помогать мне? — спросила Джоанна, насупившись.
— Обязательно, — ответила девушка.
— Ну, ладно, иди. Спасибо тебе, — проворчала Джоанна и уткнулась в отчет. Диана улыбнулась и вышла. Проводив ее взглядом, Джоанна поморщилась. «Это проклятое влияние Внутренней Сферы чувствуется во всем. Пожалуй, правы хранители, когда говорят, что нам следует убраться отсюда, пока эта зараза не растлила всех наших воинов».
Партия хранителей была самой консервативной в клане. Ее реакционность была настолько явной, что приверженцев партии иногда называли Крестоносцами. Их недолюбливали за воинственность и резкость. Они устраивали шумные собрания и требовали немедленно разорвать мирный договор и идти войной на Внутреннюю Сферу. Джоанна поежилась: «Неужели я начинаю думать точно так же, как эти хитрые недобитки?»
Как и у многих в клане, хранители вызывали у нее отвращение.
Посмотреть профиль

12«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:06 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
База Соколиной гвардии, Паттерсен, Судеты.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

7 июля 3057 г.



Диана, умеющая в любой обстановке сохранять хладнокровие, с каждым днем чувствовала нарастающее беспокойство. С самого первого дня появления в части Рэвилла Правда новоприбывшая молодежь все чаще проявляла повышенную агрессивность даже по отношению к ней. Диана и раньше слышала оскорбления по поводу своего рождения и притерпелась к ним, но в последнее время обстановка сложилась особенно невыносимая. Ежесекундно она чувствовала враждебное отношение к себе и постоянно была начеку. Особенно Диану раздражали речи полковника, состоящие в основном из дешевых лозунгов и победных кличей. Если послушать его, то невольно придешь к выводу, что в клане и вооруженных силах царят мир и спокойствие. Ежеминутно Рэвилл Правд уверял, что жизнь на Судетах, гадкой планете с противной погодой, — одно удовольствие. Каждую свою идиотскую идею Прайд обрисовывал как гениальную мысль, воплощение которой — задача всех воинов. Если у воинов что-то получалось, Прайд радовался так, будто одержал невероятную победу над невидимым врагом, и заставлял остальных думать точно так же. Полковник слишком много улыбался. Прохаживаясь по территории базы, он напоминал Диане петуха, заботливо опекающего любимый курятник. Диана от всей души ненавидела Рэвилла Прайда и ничего не могла поделать с этим накрепко въевшимся в нее чувством. Оскорбления не возмущали ее, еще в раннем детстве Диана свыклась с презрительным отношением к вольнорожденным в клане. Она знала, что так повелось издавна и ей не исправить ситуации. Немного помогало сносить тычки сознание того, что она — дочь Эйдена Прайда, и Диана решила стать воином, достойным имени своего легендарного отца. Но эти новички все время действовали ей на нервы, они были настолько неутомимы и бесконечно изобретательны в своих издевательствах, что Диана неоднократно ловила себя на желании съездить кулаком по чьей-нибудь физиономии. Выходя из казармы, она снова вспомнила о жизнерадостном полковнике Рэвилле Прайде и его монологах о «счастливом времени, в котором нам довелось жить». Диане хотелось, чтобы он как-нибудь внезапно исчез и подразделение смогло бы возвратиться к своей нормальной жизни без ненужных встрясок и псевдопатриотических истерик. Диана не заметила, как перед ней очутился Чолас.
— Рад тебя видеть, воин Диана, — произнес он со слащавой улыбкой. Чуть позади, презрительно скривив губы, стояла Кастилья.
— Что вам нужно? — спросила Диана.
— Давно мы с тобой не спаривались, — сказал Чолас. Диана старалась не вспоминать тот случай, а когда она думала о происшедшем, то укоряла себя за минутную слабость. Но кто мог знать, что Чолас окажется таким занудой?
— Совершенно верно.
— Так давай проделаем это сегодня вечером, — предложил Чолас.
— Нет.
— Ты думаешь, что представляешь собой что-то ценное?
— А вы? Что вы собой представляете? Кастилья сжала кулаки и начала приближаться.
— Ходите всегда вдвоем как привязанные, — продолжила Диана. — Похоже, что вы не просто из одной сиб-группы, а любовники.
Слово «любовники» считалось в клане грубым оскорблением, поскольку любовь считалась болезнью, распространенной в самых низших кастах, в деревнях и рабочих поселках. Там любовь скрашивала пустоту и тягомотину дней, беспросветную нужду и никчемное скотское существование.
Для воина же любовь считалась явлением постыдным, а слово «любовники» служило синонимом «безмозглые». Называя любовниками членов одной сиб-группы, говорящий обычно намекал на то, что они не только удовлетворяют свои физиологические потребности, но и чувствуют друг к другу неестественную для воинов симпатию, и тем самым приравнивал их к вольнорожденным.
— Возьми эти слова обратно, — прошипел Чолас, но Диана отвернулась и пошла прочь. Чолас бросился за ней и, догнав, схватил за плечо. Он рывком повернул Диану и прокричал ей в лицо:
— Не смей так разговаривать со мной! Я...
— Если ты не спариваешься с Кастильей, значит, спариваешься сам с собой, — проговорила Диана.
— Нет! — заорал Чолас. — Я не делаю этого, такие вещи запрещены.
— Здесь есть многое из того, что запрещено, — сказала Диана. Она вытащила из-за пояса перчатки и протянула их Чоласу. — Возьми, они тебе пригодятся. Говорят, перчатки продлевают удовольствие.
— Да как ты смеешь говорить со мной таким тоном, вольнорожденная мерзавка! Чолас ударил Диану ребром ладони по лицу. Удар был неожиданным, и она, не удержавшись на ногах, упала. Чолас рванулся к ней и нанес еще несколько ударов. Диана защищалась и смогла пнуть Чоласа в пах. Заревев, молодой воин повалился на землю.
Диана вскочила, и в ту же секунду к ней подлетела Кастилья. Она спряталась за Чоласа и, выскакивая из-за его спины, несколько раз ударила Диану. Последний удар головой в живот сбил девушку с ног. Тут же на нее навалилась Кастилья и начала методично бить соперницу по лицу. Диана попыталась встать, но Кастилья крепко сидела на ней. Подскочил Чолас и рывком сбросил Кастилью с Дианы.
— Отойди, я сам проучу эту дрянь, — крикнул он, но Диана, перевернувшись несколько раз, встала на ноги. И очень своевременно, иначе ее ребра были бы переломаны тяжелыми ботинками Чоласа.
Вскочив, Диана приняла оборонительную стойку. Сейчас же с двух сторон на нее налетели Чолас и Кастилья, они наносили удары почти одновременно, так что девушка не знала, от кого ей нужно защищаться в первую очередь. Чувствуя, что с таким слаженным тандемом ей не справиться, Диана сочла за лучшее отступить. Яростно размахивая кулаками, она начала отходить. Чолас и Кастилья неотступно следовали за ней, попеременно нанося точные удары ногами и руками. Диана почувствовала, что скоро не сможет сопротивляться, голова у нее закружилась, а перед глазами поплыли мелкие точки.
— Прекратить драку! — послышался голос Рэвилла Прайда. Полковник подскочил к дерущимся и расшвырял Чоласа и Кастилью как котят. Воины опешили, они не ожидали такой силы и ловкости от тщедушного, хилого на вид человечка.
— Воин Диана, — произнес Прайд, — делаю вам замечание за провоцирование драки. Следуйте за мной! — приказал он.
— Они напали первые, — начала было оправдываться Диана, но полковник прервал ее:
— Это ничего не меняет, виноваты вы. Воинам Чоласу и Кастилье я сделаю внушение за излишнюю жестокость. За мной!
Меньше чем через пять минут они уже подходили к главному зданию базы, где размещался кабинет полковника. Войдя в него, Диана поразилась царившей там чистоте и опрятности, все бумаги были аккуратно разложены по папкам, на красивом столе не валялось ни листочка. Полковник удобно расположился в тяжелом резном кресле и пристально посмотрел на Диану.
«Вся мебель скорее всего сделана на заказ. В обычном кресле полковника можно и не заметить», — подумала Диана.
Рэвилл Прайд отвел взгляд от Дианы, вытащил какую-то папку, раскрыл ее и выложил перед собой несколько мелко исписанных листов. Смахнув с блестящей поверхности стола невидимую пушинку, он снова повернулся к девушке.
— Последние дни я занимался тем, что изучал кодексы воинов, — заговорил он. — Изучал и ваш, воин Диана. Кроме того, я просмотрел кое-какие файлы, оставленные прошлым командиром, и пришел к интересным выводам. Диана внимательно слушала полковника.
— Вы, Диана, замечательный воин, особенно если принять во внимание, что вы вольнорожденная. Большинство командиров не изучают кодексы таких, как вы, и именно поэтому вольнорожденные редко поднимаются по службе и почти никогда не участвуют в битвах за кровное имя. Мне присущ другой подход к подчиненным. Не устаю повторять, но я не совсем обычный командир и делаю многое из того, чего не делают другие.
Рэвилл Прайд замолчал и посмотрел на Диану в ожидании ответа, но девушка продолжала молчать. Она подозрительно, но и не без интереса вслушивалась в слова командира. Ей внезапно показалось, что он уже давно отрепетировал свою речь и сейчас надеется произвести эффект. Но какой? Куда он клонит?
— Итак, воин Диана, я выяснил, что вашей матерью является Пери Ватсон, известная ученая. Именно таким было и второе имя вашего отца.
— Моего отца? — не выдержав нагнетаемого полковником напряжения, спросила Диана.
— Да, — ответил Прайд. — В кодексе черным по белому написано, что вашим отцом является некий Ватсон. Разве это не так?
— В какой-то степени... — замялась Диана. Рэвилл Прайд расплылся в широкой радостной
улыбке, столь ненавистной Диане, но она сейчас словно ее и не заметила.
— Да, — твердо произнесла Диана, — мой отец — Ватсон.
— Никак нет, — мягко возразил полковник. — Фамилия матери дается ребенку в том случае, когда отец-воин по каким-либо причинам хочет скрыть свое отцовство. Диана была вольнорожденной и, возможно, поэтому не очень любила разговоры о рождении, даже если за ними не скрывалось ничего оскорбительного. Что же касается системы раздачи фамилий вольнорожденным, то Диана хорошо ее знала. Рэвилл Прайд выложил из папки одну из бумаг, прикрыл ее ладонью и лучезарно улыбнулся.
— Простите меня за эти вопросы, — радостно произнес он, — но, думаю, то, что я хочу сказать, может вас обрадовать. Дело в том, что вашим отцом не является Ватсон. Я изучал кодексы воинов Соколиной гвардии задолго до того, как приехал сюда...
— Зачем? — Она искренне удивилась.
— Я всегда восхищался великим героем Эйденом Прайдом и изучил его биографию до мелочей. Признаюсь, что делал это с целью написать книгу о его подвигах. «Этот мини-полковник не такой уж и дурак», — подумала Диана и внезапно почувствовала к Рэвиллу Прайду нечто вроде симпатии. Человек, умеющий читать, в среде воинов считался большой редкостью, а военный, который стремился написать книгу, — это нечто из ряда вон выходящее. Диана, питающая с детства любовь к чтению, всегда с благоговением думала об ученых и авторах книг. И вот теперь она видела перед собой человека пусть не очень приятного внешне, но достаточно умного и грамотного, готового сесть за стол и начать писать. Она посмотрела на полковника, и взгляд ее потеплел.
— И что же вы обнаружили, изучая биографию Эйдена Правда? — спросила она.
— Одну любопытную запись, — ответил он. — Сухой, ничем не примечательный отчет, в котором говорится, что Эйден Прайд самовольно покинул Железную Твердыню и долгое время отсутствовал. Я стал копать дальше и наткнулся на документы, согласно которым наша драчливая Джоанна направлялась в служебную командировку...
— Подождите, — перебила полковника Диана, совершенно сбитая с толку монологом полковника, — зачем вам понадобилось прослеживать перемещения Джоанны? Польщенный тем, что вызвал интерес к своему рассказу, Рэвилл Прайд заговорил с еще большим энтузиазмом. Глаза его загорелись, сейчас он стал похож на ребенка, которому купили новую красивую игрушку.
— Джоанна служила вместе с Эйденом Прайдом, а до этого даже была командиром соединения вольнорожденных, в котором находился и сам Прайд. Я предположил, что ее поездка могла быть как-то связана с отсутствием Эйдена, и не ошибся.
— Что вы хотите сказать? — спросила заинтригованная и сбитая с толку Диана.
— А то, что Джоанна вместе с неким техом по прозвищу Кочевник отправилась в командировку на малоизвестную планету Токаша. Казалось бы, ничего особенного? Нет, тот Кочевник, как я установил ранее, был техом Эйдена Правда. А возвращались они уже втроем — звездный командир Джоанна, тех Кочевник и его помощник, имя которого осталось неизвестным. Однако я уже настолько увлекся расследованием, что копал все глубже и глубже. Вы не представляете, Диана, какое это увлекательное занятие — расследование. Сравниться с ним может только преследование вражеского боевого робота, — мечтательно проговорил полковник. Диана недоверчиво смотрела на Рэвилла Прайда. Ей казалось странным, что полковник сравнивает битву с ползаньем по старым бумажкам.
— Ну да ладно. Короче говоря, поиски настолько захватили меня, что я взял отпуск и полетел на Токашу. Там я установил, что Джоанна посещала одну из находящихся на планете лабораторий, где с давнего времени проводятся генетические исследования. Поиски на файлах почти ничего не дали, и я совсем отчаялся, но совершенно неожиданно меня посетила удача — я познакомился с одним старым ученым. Не скрою, поначалу мне было противно общаться с ним. Я был молод, и вид старого морщинистого человека, его скрюченные пальцы и шаркающая походка — все это вызывало во мне вполне естественное отвращение. Полагаю, что из барокамеры мы выходим с инстинктивной ненавистью к старости, воут?
— Не знаю, полковник. — Диана пожала плечами. — Я ведь не была в барокамере. Полковник на секунду помрачнел.
— Вы правы, что поправили меня. Если бы я сказал такое в обществе вернорожденных, то покрыл бы себя позором. Как можно требовать от вольнорожденного таких же ощущений, как и от вернорожденного. Извините меня.
— Вы можете не извиняться, полковник, ведь я вольнорожденная.
— Да, но вы отличаетесь от остальных. Так вот, этот старик услышал про мое расследование и однажды вечером пришел ко мне. Звали его Ватсон, и по всем документам это и есть ваш отец, но это не так.
— Не так? — переспросила Диана.
— В вашем кодексе написана ложь. Не мог этот старик быть вашим отцом, ему уже в момент вашего рождения было слишком много лет. Я понимал, что документ лжет, но мне хотелось получить свидетельство от этого старика. Сначала он упирался и говорил, что действительно является вашим отцом, но я начал рассказывать ему об Эйдене Прайде, его геройском подвиге на Токкайдо, и в конце концов Ватсон рассказал мне всю правду. Вот, почитайте. — С этими словами полковник протянул Диане листок бумаги.
Она. взяла листок и начала читать. Это был детальный рассказ о том, как Эйден Прайд прилетел на Токашу к Пери, с которой они воспитывались в одной сиб-группе. Больше недели влюбленные скрывались в одной из комнат, где их и разыскали Джоанна и Кочевник. Спустя девять месяцев Пери родила девочку, которую мать назвала Диана. Поскольку девочке требовалось полное имя, Ватсон разрешил Пери воспользоваться его фамилией. Па бумаге имелись подписи нескольких человек, свидетельствующих, что Диана Ватсон является дочерью Пери и Эйдена Прайда. Эйден Прайд появился на Токаше только через много лет, перед самой битвой на Токкайдо. Диана провела среди ученых все свои детские и юношеские годы и хорошо знала Ватсона. В ее памяти он навсегда остался высокомерным стариком с покровительственной, не очень ласковой улыбкой. Диана еще тогда подозревала, что старый Ватсон не может быть ее отцом, но никогда не догадывалась, кто ее отец. Она предпочитала не думать на эту тему.
— Так что, видите, Диана, хотя вы и вольнорожденная, в то же время ваш статус несколько выше.
— Не совсем понимаю вас, полковник, — сказала Диана, возвращая Рэвиллу Прайду бумагу. Полковник снова положил ее в папку, которую аккуратно поставил на место.
— Вы — нечто среднее между вольнорожденными и вернорожденными, — пояснил Прайд. — С одной стороны, вы вольнорожденная, но, учитывая, кто ваш отец, вас можно считать не принадлежащей к вольнорожденным, для них ваше генетическое наследство слишком прекрасно. Честно говоря, я впервые встречаю такой случай. Прежде всего, ваши родители — вернорожденные, и это уже редкость, ведь, как мы с вами знаем, у вольнорожденных обычно вернорожденным является только один родитель. Во-вторых, Эйден и Пери происходят из одной сиб-группы, и такое совпадение тоже удивительно. У вас прекрасная наследственность, столь же чистая, что и у вернорожденного. Разве это не замечательно? Вот поэтому ваше положение должно быть выше, чем у обычного вольнорожденного.
— Вы хотите дать мне статус вернорожденного? — затаив дыхание, спросила Диана.
— Вы знаете, что это не в моей власти, — ответил полковник. — То, о чем я сейчас вам сказал, может служить лишь вашим утешением. Пусть вас греет сознание того, что вы выше остальных вольнорожденных. Но, разумеется, вы все равно остаетесь ниже вернорожденных.
— То есть я лимбо?
— Откуда вам известна концепция лимбо? — спросил полковник. Диана пожала плечами.
— Я могу идти? — спросила она. Рэвилл Прайд восхищенно смотрел на нее.
— Нет, — ответил он. — Мы еще не закончили наш разговор. Я не понимаю вас, воин Диана. Я сообщаю вам радостную новость, а на вашем лице написано уныние. Почему?
— Вы не сказали мне ничего нового, звездный полковник, — тихо произнесла Диана. — Все это я знала и раньше. Моя мать говорила, что дала мне фамилию Ватсон, только чтобы избежать ненужных расспросов. Никто и никогда не считал меня дочерью этого мерзкого старикашки. Так что же, по вашему мнению, должно меня обрадовать?
— Разве вам не льстит, что командир относится к вам лучше, чем к остальным вольнорожденным?
— Я вольнорожденная и останусь ею навсегда. Вы можете относиться ко мне как угодно, можете считать, что мой статус чуть выше, чем у остальных вольнорожденных, но это не значит, что он будет таким же, как у вернорожденных. Так в чем же мое счастье? Я могу идти, полковник? Сэр...
— Садитесь, — сказал Рэвилл Прайд. — Давайте больше не будем говорить о вашем происхождении. Когда вы немного успокоитесь, мы снова сможем вернуться к этому вопросу, но на сегодня хватит. Я внимательно изучил ваш кодекс и вижу, что вы грамотный и образованный воин. По доходящим до меня слухам, вы даже выполняете за звездного командира Джоанну большую часть ее работы, и я считаю такое положение расточительством ваших способностей. Мне кажется, что вы заслуживаете большего, чем просто называться водителем боевого робота. Отныне вы будете исполнять должность моего адъютанта. Разумеется, будучи вольнорожденной, вы не имеете права пользоваться всеми привилегиями адъютанта, не сможете отдавать приказы, но отныне, являясь моим представителем, будете некоторым образом замещать командира в мое отсутствие. Обычно на такие должности назначают только вернорожденных, но мы находимся в зоне, где военные действия возможны в любую секунду, поэтому должны идти на компромиссы. И еще. Обычно командиры спариваются со своими адъютантами противоположного пола, но я вас об этом просить не буду, поскольку, честно говоря, особого удовольствия такой эксперимент мне не сулит.
— Потому что я вольнорожденная, воут?
— Ут.
— Понятно.
— Ну, раз так, то теперь вы свободны. Идите. Диана закрыла за собой дверь кабинета и остановилась в раздумье. Она еще не совсем поняла, что произошло. Когда Диана входила к полковнику, то была полностью уверена, что ее ждет суровое наказание за драку с Чоласом и Кастильей, а вышла от Рэвилла Прайда в совершенно новом качестве — генетического лимбо, да к тому же еще и адъютанта командира части.
Диане в одиночку трудно было переварить все случившееся — требовалось поделиться с кем-нибудь этими радостными новостями. Но с кем? С Жеребцом? «Вряд ли он будет в восторге от моего назначения», — подумала Диана. А Джоанна?
«Ей о моей новой работе лучше вообще не заикаться», — решила девушка.
Посмотреть профиль

13«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:07 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
База Соколиной гвардии, Паттерсен, Судеты.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

13 июля 3057 г.




Сны Джоанны, как и ее жизнь, стали еще более хаотичны. Эйден Прайд продолжал превращаться в боевого робота, только теперь он стал таким громадным, что одним своим пальцем поднимал Джоанну с земли и подносил к люку кабины. Она вглядывалась в запыленное стекло и видела сидящего за панелью управления роботом Рэвилла Прайда. На этом месте Джоанна обычно просыпалась. Ей оставалось служить на Судетах всего две недели. Стоило только Джоанне вспомнить об этом, как ветерана охватывала злость, сердце билось чаще, мышцы напрягались, и в эти минуты Джоанна была готова разнести в щепки все, что попадется под руку. Мысль о работе няньки, пусть даже уважаемой и высокооплачиваемой, претила ей и возмущала до глубины души. Но и остаток дней пребывания на Судетах ей также не приносил радости. "Этот мерзавец решил отравить последние дни моей службы. Сначала он забрал в командное отделение Жеребца, потом сделал Диану адъютантом. Он специально выдвигает вольнорожденных, провоцируя у остальных воинов ненависть к ним.
Джоанна спросила у Жеребца, что тот думает о действиях командира. Разговор происходил в ее кабинете ранним утром, примерно через час после того, как Джоанна очнулась от своего тяжелого сна, который следовало бы скорее назвать забытьем.
— Действия? — удивился Жеребец. — Да ты и сама их знаешь.
— Ты меня не понял, — нервничала Джоанна. — Как ты думаешь, что за этим стоит? Вся эта бумажная волокита, постоянные тренировки, назначение Дианы адъютантом, — заставила она выговорить себя слова, которые словно выталкивала из гортани.
— А что тебе в этом не нравится? — спросил Жеребец.
— А почему мне должны нравиться поступки человека, который ведет себя не так, как остальные клановцы?
— Понятно, — ответил Жеребец. — Ты хочешь, чтобы я тебе разъяснил их подоплеку? Джоанна не понимала, что значит слово «подоплека», оно казалось ей слишком длинным.
— Слушай, Жеребец, не умничай, говори!
— Ну, во-первых, Рэвилл помешан на Эйдене Прайде.
— Помешан? — переспросила Джоанна.
— Конечно. Толчок к этому дало всего лишь стечение обстоятельств. А началось это еще во времена его учебы. Вспомни, как он рассказывал о своей битве за звание офицера. Что тогда произошло? Да ничего особенного. Он исполнил трюк, давно описанный во всех учебниках, но мысленно сравнил себя с Эйденом Прайдом. Отсюда все и пошло, он возомнил себя героем. Он добыл себе кровное имя, такое же, как у Прайда, и возгордился еще больше. В довершение ко всему он получает назначение на Судеты, где находятся остатки части, командиром которой являлся некогда Эйден Правд. Как он поступает дальше? Забирает меня в командное отделение. Зачем?
— Ну, ты заслуженный ветеран, что-то вроде легенды. Ты, может быть, и не знаешь, но вольнорожденные готовы носить тебя на руках.
— Ты ошибаешься, Джоанна, мое назначение в командное отделение не имеет ничего общего с боевым опытом. Рэвилл взял меня к себе просто потому, что я был другом Эйдена. Я бился с ним рука об руку, и Рэвилл Прайд тоже хочет, чтобы я всегда находился рядом с ним. Ты представляешь, как далеко он зашел? Чувствуешь, насколько глубоко он отождествляет себя с Эйденом? Но и это еще не все, Джоанна, давай пойдем дальше.
— Слушай, Жеребец, я тоже была на Токкайдо и тоже дралась бок о бок с Эйденом. Почему же Рэвилл предпочел тебя? — произнесла Джоанна обиженно. Вопрос сбил Жеребца с толку.
— Не знаю, — ответил он. — Возможно, потому, что ты скоро уезжаешь. А возможно, ты не вписываешься в его вечно радостную жизнь, ты слишком угрюма.
— Как он к тебе относится? Не сильно гоняет?
— Да нет, не больше, чем остальных.
— И ты ему подчиняешься? — допытывалась Джоанна.
— А почему я не должен этого делать? — удивился Жеребец. Джоанна отвернулась, и перед ее глазами снова возникла знакомая картина — гигантский боевой робот протягивает к ней свой ужасающий палец, поднимает от земли и подносит к люку кабины. Через запыленное стекло Джоанна видит улыбающуюся рожу Рэвилла Правда.
«Не исключено, что Жеребец прав. Этот сморчок слишком сильно хочет походить на Эйдена», — подумала она.
— Ты хотел еще что-то сказать? — Джоанна вопросительно посмотрела на Жеребца.
— О назначении Дианы адъютантом. И в этом тоже нет ничего неожиданного. Я разговаривал с Дианой, и она передала мне содержание своей беседы с полковником. Он знает о ее происхождении. Тебе все понятно?
— Не совсем, — призналась Джоанна. — Давай попроще. Жеребец усмехнулся.
— Тебе известно, что Диана — дочь Эйдена Правда, а Рэвилл Прайд старается во всем походить на обожаемого кумира. Поэтому наш полковник и взял ее под свое крыло, возомнив себя в довершение и ее отцом. Непонятно?
— Если ты не ошибаешься, то он и впрямь чокнулся. — Джоанна в сомнении подняла брови. — А ведь не исключено, что ты прав. Я заметила, с какой теплотой и обожанием он смотрит на Диану. Подумать только, вернорожденный мечтает быть родителем! Меня просто тошнит от его поведения, оно недостойно воина клана. Отвратительно! — Джоанна брезгливо поджала губы.
— Так думаешь ты, вернорожденная. Нам, вольнорожденным, его чувства понятны.
— Ну, началось, — простонала Джоанна. — Иди отсюда!
— Джоанна...
— Проваливай! Боль внутри все усиливалась, Джоанна едва сдерживалась, чтобы не налететь на Жеребца.
Ей казалось, что Рэвилл Прайд представляет собой худший вариант дьявола, но в душе Джоанна чувствовала, что Рэвилл — прирожденный лидер, и от этого ей становилось еще горше.
«Нужно отдать должное, полковник знает свое дело неплохо и всем остальным воинам нравится. Да, как ни неприятна мне эта мысль, но воины в нем души не чают. Я считаю его показушником и хвастуном, но что я могу сделать одна? Вот и Жеребец... Ему тоже нравится Рэвилл Прайд. Нравится, хотя он пока это и скрывает».
Джоанна решила спровоцировать полковника на дуэль. Но как? Он ускользает от битвы, да и не будет драться с воином, который скоро уезжает. «Он избегает поединка со мной, но я заставлю его биться. Пока не знаю как, но это будет, будет!» — твердо решила Джоанна.
К удивлению ветерана, помогла ей Диана.
Посмотреть профиль

14«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:08 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
База Соколиной гвардии, Паттерсен, Судеты.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

20 июля 3057 г.




Диана подошла к столу и оглядела кипу бумаг, оставленную Рэвиллом. Ей ведено изрезать документы на куски и выбросить. Диана искромсает все, а вот вынести мусор заставит других. Правильно, Чоласа и Кастилью, пусть поработают. Надежды Дианы на спокойную и приятную жизнь не оправдались. Рэвилл Прайд говорил, что ему нужен адъютант, на самом же деле он уготовил ей роль раба, готового выполнять любую работу.
Диана делала все — считала, писала, печатала и выполняла многое, многое другое, но всегда с недовольным ворчанием. Работа с Прайдом наводила на нее дикую тоску, и несмотря на радостный голос полковника, веселее Диане не становилось. К тому же она выяснила одну особенность: стоило полковнику зайти в кабинет, как его энтузиазм тут же угасал и добродушие исчезало, он становился сухим, мрачным и чем-нибудь недовольным. Но как только в кабинет кто-нибудь входил, он снова оживал и начинал чуть ли не подпрыгивать от радости. Диане иногда казалось, что Рэвилл выдумал адъютантскую должность, мечтая о том, чтобы рядом с ним находился человек, с которым он мог бы хоть немного побыть самим собой. Причем Рэвилл Прайд приобрел гарантию абсолютной безопасности. Если бы Диана вздумала рассказать всем, какой он актер и клоун, ей как вольнорожденной никто не поверил бы.
Диана частенько встречалась с Жеребцом, единственным человеком, которому она могла довериться, но и после таких бесед к ней не приходило успокоение. Наоборот, становилось еще тоскливее. Жеребец не удивлялся проявлению у полковника отрицательных черт, заявлял, что иначе и быть не может, и уговаривал Диану ни под каким видом не встречаться с Джоанной. Жеребец говорил, что в последнее время звездный командир неотступно искала случая сцепиться с полковником, и все, что Диана расскажет ей, только подольет масла в огонь. Львиная доля выполняемой Дианой работы казалась ей абсолютно ненужной, кроме того, ее было очень мало. Справиться с ней мог любой идиот, и в роли этого идиота выступала Диана.
Правда, однажды она увидела Рэвилла Прайда с несколько неожиданной стороны. Если бы на месте Дианы был кто-нибудь другой, он крайне удивился бы, наблюдая за полковником.
А дело было так. Полковник сидел в кресле и проверял сделанные Дианой распечатки. Вдруг он сокрушенно вздохнул, и Диана услышала его тихий, недовольный голос:
— Диана, я заметил ошибку. Посмотрите, вот здесь вы забыли впечатать одну цифру.
— Где? — Диана повернула голову к Рэвиллу Прайду.
— Вот здесь. Видите? Итоговую цифру следует увеличить на пять. — Полковник передал Диане листок.
Девушка внимательно просмотрела колонку цифр и согласно кивнула:
— Совершенно верно, я ошиблась.
— И это все, что вы хотите сказать? — удивился полковник.
— А что еще я должна говорить? Я действительно забыла поставить одну цифру, вы заметили мою ошибку. Сейчас я все исправлю.
— Вам следует извиниться за оплошность, воин Диана.
— Не понимаю почему?
— Вы еще и не понимаете? — вскипел полковник.
— Все это так легко исправить. Не вижу, почему на моей маленькой оплошности нужно так заострять внимание.
— А представьте себе, что вы допустили ошибку в расчетах межгалактического перелета. Что тогда случилось бы?
— Эти расчеты проверяются сотни раз. Ошибку заметили бы сразу, — простодушно ответила Диана.
— Ваше отношение к работе мне не нравится, — сказал Рэвилл. — Данные, которые вы составляете, должны быть абсолютно точными.
— Да кто их видит, кроме нас?
— Если увидят, то эта оплошность может отразиться на всем нашем соединении.
— Не думаю, вряд ли эти данные кого-нибудь заинтересуют. Рэвилл опустил глаза и несколько минут молчал, пытаясь успокоиться. Наконец он встал и подошел к столу, за которым сидела Диана.
— Как вы не понимаете, Диана, что самая мелкая ошибка в бою может стоить десятков, а то и сотен жизней. Согласитесь, что победа над врагом начинается именно с этих цифр.
— Совершенно верно, но только такие мелочи даже во время сражения не поздно скорректировать. Как говорят водители боевых роботов, делая такие исправления, не сильно штаны протрешь.
— Ну, не будем сейчас говорить о боевой обстановке. И хочу напомнить, что в данный момент вы являетесь не водителем боевого робота, а адъютантом и должны все делать безукоризненно.
— Я с большим удовольствием оставалась бы водителем, — угрюмо заметила Диана. — Кстати, я не просила, чтобы меня назначили адъютантом.
— Об этом никто не просит. Назначая воина адъютантом, командир оказывает ему высокую честь, — напыщенно произнес Рэвилл Прайд.
— Не нужно мне такой чести. И извиняться я не собираюсь. — Голос Дианы стал неожиданно резким.
— Молчать, вольнорожденная! — крикнул полковник.
— Да, я вольнорожденная. Ну и что из того? Полковник взмахнул своей худенькой ручкой и влепил Диане хлесткую пощечину. Краска бросилась в лицо девушки. Поднявшись, Диана произнесла:
— Вы не хотите разрешить это маленькое недоразумение в круге равных?
— Вам известно, что я запретил дуэли, — отрезал полковник. — К тому же наш конфликт является результатом небрежного исполнения обязанностей. Ваших! — сделал ударение полковник.
— Но вы ударили меня.
— Это допустимо в качестве наказания. В уставе написано, что воин должен принимать все виды наказания, налагаемые вышестоящим командиром. И главное — вы можете вызвать на дуэль только представителя вашей касты, не выше. А теперь садитесь, вольнорожденная, и продолжайте работать. С этого момента Диана начала поиски вариантов и путей отмщения. Полковника Рэвилла Прайда не было на месте: неутомимый борец за порядок отправился в очередной инспекторский поход по казармам. Диана закончила вносить в компьютер данные по боеприпасам и сидела, грустно уставившись на экран монитора. От нечего делать она начала просматривать реестр и наткнулась на несколько директорий, с которыми не работала раньше. «Что бы там могло быть?» — подумала Диана и начала просматривать их. Некоторые документы содержали уже известные сведения, но один из них заинтересовал Диану тем, что содержал чуть ли не десяток директорий. Диана все глубже и глубже проникала в память компьютера, пока не натолкнулась на основную директорию под грифом «Лично».
«Интересно, какие сведения полковник здесь прячет», — подумала она. Диана попыталась открыть директорию, но внезапно экран монитора погас, и на темном фоне появилось сообщение: «Введите пароль». Диана была заинтригована. С бьющимся сердцем она начала лихорадочно вспоминать любимые словечки полковника.
«Он тупой солдафон и не может придумать ничего экстраординарного», — сделала она поспешный вывод. В течение нескольких последующих часов Диана перепробовала множество слов: сокол, Железная Твердыня, Прайд, Рэвилл, долг и многие другие, но директория не открывалась.
Когда за дверью раздались торопливые мелкие шаги полковника, Диана снова нашла свой файл и, нахмурив для пущей убедительности брови, принялась тыкать пальцем по клавишам.
— Продолжаете работать? — произнес полковник, входя в кабинет. — Молодец, очень похвально.
— Были кое-какие трудности, пришлось задержаться.
— Ничего, ничего, не волнуйтесь, работайте.
— Это мой долг, звездный полковник.
С этого дня адъютантская служба начала Диане определенно нравиться. Как только Рэвилл Прайд уходил, она тут же возвращалась к обнаруженной директории и пыталась в нее войти. Время больше не тянулось, Диана даже перестала замечать, как пролетали дни. Она метеором проделывала обычную работу, потом находила непонятную директорию и снова безрезультатно пыталась залезть в нее. Через неделю ей надоели эти бесплодные попытки, и Диана была готова сдаться. Казалось, она перебрала все возможные слова. «Но почему я думаю, что это должно быть слово? Ведь паролем может быть и простой набор букв», — подумала Диана, глядя на экран, и тут же отбросила эту мысль. «Рэвилл Прайд слишком методичен, в качестве пароля он должен использовать только слово, причем такое, которое он никогда не забудет», — пришла она к неожиданному выводу.
«Это слово, и оно обязательно связано с войной. Может быть, Эйден?» — подумала Диана.
Диана быстро напечатала имя своего отца, послышался писк, и на экране снова появилась знакомая надпись. Диана отпечатала «Эйден Прайд», но результат оказался таким же.
У Дианы опустились руки. Всматриваясь в экран, она вспомнила свою мать, которая назвала ее так не из простой любви к имени Диана, а потому, что, переставив буквы, можно было получить имя любимого ей Эйдена Прайда. Подумав, она медленно напечатала «Диана» и стала ждать отказа.
Экран мигнул, и на экране появилась надпись: «Пароль правильный». Ошарашенная происшедшим, Диана смотрела, как на экране разворачивается новый реестр. «Но почему в качестве пароля он выбрал мое имя? — подумала Диана и вздрогнула от неожиданной мысли. — Что у этого придурка на уме? Зачем он изучал мое происхождение? Почему именно мое имя он использует в качестве пароля для доступа к секретной информации? Назначил меня адъютантом, нарушив тем самым все законы клана. Для чего? Что он замышляет? Ударил по щеке за незначительную оплошность... Хвалит, когда я хорошо исполняю свои обязанности... Он относится ко мне... как... отец к своей вольнорожденной дочери». Выросшая в поселке, Диана видела, как отцы относятся к своим детям, и понимала их чувства. Но почему Рэвилл Прайд относится к ней как к своей дочери — это было выше ее понимания.
Хотя, если вспомнить, с каким почтением он говорит об Эйдене, все становилось предельно ясно — он старается оказать милость его потомку. «Но ставить себя в положение моего отца для него равносильно самоубийству. Он происходит из сиб-группы, и если кто-нибудь заподозрит в нем отцовские чувства, то полковник будет опозорен навеки. Бред какой-то!» — недоумевала девушка. Разные мысли и чувства будоражили Диану, и вызвал их пароль-разрешение для входа в директорию.
«Но почему это меня так взволновало? Ведь объяснение может быть самым простым. Кто, кроме Рэвилла Прайда, догадается, что паролем является мое имя? Только я», — подумала Диана и начала просматривать реестр. Полчаса исследований не принесли ничего интересного, в файлах содержалась только информация о поездках Рэвилла Прайда, его встречах и всякие несущественные детали. Диана приступила к просмотру очередного файла, это оказался перечень событий и дел, нечто вроде дневника.
«Очень похоже на Рэвилла Прайда», — подумала Диана и перешла к следующему файлу, названному «Керенский». Это было известное и весьма почитаемое Кланом Волка кровное имя. Некогда его носил Александр, лет триста тому назад покинувший Внутреннюю Сферу. Он возглавил флотилию космических кораблей, на борту которых находилась почти вся армия Звездной Лиги. Потомки их образовали новый клан, во главе которого встал сын Александра Керенского, Николай. «Почему он назвал файл именно так?» — спросила себя Диана и стала читать. То, что она прочитала на первой странице, ошеломило девушку. Несколько минут она сидела, удивленно всматриваясь в текст. Затем, успокоившись, продолжила чтение. Это была реальная возможность отомстить полковнику. «Только мне этого не сделать. Если я расскажу, что прочитала файл, он найдет способ заткнуть мне рот. Возможно, даже переведет на другую планету. Да нет, узнав, что я видела эти документы, полковник не остановится ни перед чем. Он вполне может подговорить кого-нибудь убить меня или, что скорее всего, сам сделает это. Я вольнорожденная и поэтому беззащитна. Но вот Джоанна...» Диана распечатала первые четыре страницы документа.
— Этого вполне достаточно, — прошептала она и спрятала листки. Поздно вечером Диана вошла в кабинет Джоанны.
Посмотреть профиль

15«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:10 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
Южный полюс, Судеты.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

24 июля 3057 г.



Хладожилет — вещь прекрасная, но только в жару, а в мороз, когда холод лезет в кабину сквозь все щели, он совершенно бесполезен. Джоанна чувствовала, как у нее начинают леденеть пальцы.
Ее боевой робот «Бешеный Пес» тоже, казалось, страдал от холода. Прежде чем сделать то или иное движение, он на секунду замирал, как бы раздумывая, а вслед за этим раздавался скрежет и звон металла. Хорошо Рэвиллу Правду, в его «Матером Волке» намного теплее, ведь в нем установлен импульсный лазер, да и от ракетной установки идет сильный жар.
Через сорок восемь часов после того, как Рэвилл Прайд принял вызов Джоанны, их роботы уже маршировали к шаттлу. Джоанна не понимала, Рэвилл Прайд выбрал для поединка такое странное место — ледяные поля южного полюса, все вопросы, по ее глубокому убеждению, можно было решить на месте. Неясным оставалось и то, почему полковник так долго не отвечал на вызов Джоанны. Диана, правда, рассказывала ей, что, получив вызов, полковник засел за изучение метеосводок. Зачем? Что он мог выгадать от задержки? И для чего им понадобилось совершать этот никому не нужный суборбитальный перелет. Джоанне претила вся эта таинственность, но она была готова драться с Рэвиллом Прайдом в любую секунду и в любом месте, поэтому покорно вела робота сквозь буран. Конечно, у нее закрадывалось подозрение, что полковник опять замыслил какую-нибудь хитрость, и от этого ненависть к нему возрастала. Джоанна ненавидела. тип людей, которые, как вольнорожденные, все хитрят, хитрят...
«Странно, как он может так не любить вольнорожденных, когда все его поступки выдают в нем эту грязную породу. Постоянно хитрит, изворачивается». В сердцах Джоанна чуть не плюнула на стекло.
Или она слишком переоценивает вольнорожденных? Хитрость скорее присуща воинам Клана Волка, — вот уж кто закоренелые мошенники! Хоть это может показаться странным, но все годами копившиеся в Джоанне злость и недовольство не сфокусировались на Рэвилле Прайде. Конечно, она с удовольствием убьет его, но следует отдать должное его смелости — хотя в войсках действовал запрет на поединки, полковник согласился, чтобы их дуэль чести окончилась смертью одного из участников.
Злая непогода, которую только могли создать Судеты, царила за стеклом иллюминатора. Выл ветер, комья снега и куски льда хлестали по «Бешеному Псу», пытаясь свалить могучую машину. Робот скрежетал и стонал, казалось, он недоволен местом, куда его загнала Джоанна, и готов отомстить ей. На какое-то время Джоанне показалось, что робот ведет себя точно норовистая лошадь, попавшая под леденящий дождь. Он то и дело пытался развернуться и отправиться назад, в теплое и сытное стойло.
На приборную доску можно было не смотреть: находясь между адским шестидесятиградусным холодом и жарой термоядерного двигателя, датчики вели себя непредсказуемо. Какое там! Джоанна взглянула на один из приборов и усмехнулась — стрелка его покрылась льдом и примерзла к стеклу. «Бешеный Пес» не был приспособлен для битвы в таких условиях, еще немного — и металл начнет трескаться.
«Тогда все, конец», — со злостью думала Джоанна, направляя робота за быстро идущим впереди «Матерым Волком». Она едва различала его на экране радара, временами он исчезал, затем снова появлялся. Джоанна нервничала; если Рэвилл Прайд еще немного прибавит скорости, то «Бешеный Пес» уже не сможет догнать его. Видимо, так и случилось. «Матерый Волк» быстро уходил в глубь полюса. Обращаясь к воинам командного отделения, Рэвилл Прайд сказал им, что идея военных игр впервые пришла к нему года два назад. В то время будущий полковник служил недалеко от Периферии, а возглавляемое им соединение занималось в основном преследованием и уничтожением бандитов. Соединение, говорил Рэвилл Прайд, было довольно тихим, но только до того момента, пока его не направили в пределы Внутренней Сферы для подкрепления находившихся там оккупационных войск. Здесь-то Рэвилл Прайд и развернулся, в качестве средства для воспитания жесткости он организовал целый ряд состязаний, очень напоминающих испытания на получение родового имени. Именно такие состязания полковник и вознамерился провести здесь, на Судетах.
— Поскольку воин клана не может существовать без славы, а в мирное время в бою ее добыть невозможно, наши военные игры помогут водителям боевых роботов избавиться от скуки унылой повседневной жизни, а заодно и закалят характер, — закончил Рэвилл Прайд.
Какой бы дурацкой ни показалась Джоанне очередная затея полковника, она тем не менее сразу изъявила готовность участвовать в ней.
— К сожалению, это невозможно, — отклонил ее просьбу Прайд. — В военных играх будут участвовать только воины, которые останутся служить здесь.
— Я пока еще воин, — возразила Джоанна.
— Возможно, — уклончиво ответил полковник, — но зачем вам все это? Нет, я не разрешаю вам участвовать в играх.
Ответ Джоанну не удивил, она была готова к такому повороту.
— Но вы не можете запретить мне участвовать в рукопашной схватке.
— Не могу, — согласился Рэвилл Прайд и тяжело вздохнул. Джоанне следовало бы остановиться и сделать попытку обнаружить «Матерого Волка» с помощью радара, но страх очутиться посреди ледяного пространства в замерзшем роботе был слишком велик, и она продолжала двигаться вперед. Джоанна шла наугад, интуитивно чувствуя направление движения Прайда. Вот его робот снова мелькнул на экране и опять исчез. Похоже, он как будто прыгает. Джоанна удивленно хмыкнула: ни «Бешеный Пес», ни «Матерый Волк» не оборудованы прыжковыми двигателями. Все это выглядело очень странно, но Джоанну сейчас больше занимал вопрос, куда движется полковник. Она осмотрела пространство вокруг робота и поняла, что полковник направлялся к довольно большой льдине.
— Прекрасный день для состязаний, — радостно воскликнул Рэвилл Прайд. — Ну что, воины, вы, надеюсь, готовы?
Новички радостным хором выразили свое согласие, ответ ветеранов прозвучал много спокойнее и глуше. Хотя денек выдался действительно прекрасный, не слишком морозный и почти безветренный, не часто такие случаются на Судетах. Рэвилл Прайд вытянул вперед руку, показывая на поле, где предстояло разыграться сражению. Элементалы, которым запретили участвовать в состязаниях ввиду их явного физического превосходства, вычистили всю территорию, и теперь площадка ждала участников.
Площадка заканчивалась озером, которое здесь все называли Судетским, поскольку другого названия ввиду отсутствия местных жителей никто предложить не мог. За озером начинались скалы — высокие, мрачные и страшноватые. Для тренировки некоторые воины, переплыв озеро, решили взобраться на них, но, несмотря на многочасовые спортивные занятия, до вершин доползли очень немногие. Те, кто не смог этого сделать, говорили впоследствии, что стены скал оказались почти гладкими и зацепиться там совершенно не за что. «Даже змея и та соскользнула бы вниз», — повторяли они.
Озеро еще не замерзло, только кое-где плавали одинокие льдинки. Словно играя, они сталкивались, наплывали одна на другую, тонули и снова всплывали. «Еще пара таких ночей, как сегодня, — подумала Джоанна, — и озеро затянет льдом». Словно ураган Джоанна ворвалась в группу дерущихся воинов. Она наносила удары с такой яростью и мастерством, что молодые воины опешили. Использовать оружие в рукопашной не разрешалось, но Джоанна и не нуждалась в этом — ее знание приемов ближнего боя являлось само по себе великолепным оружием. В считанные минуты она разметала молодых воинов, ветераны же, зная дикий нрав Джоанны в бою, предусмотрительно вышли из круга сами. Выкрикнув: «Победа!», Джоанна повернулась к трибуне, где сидел Рэвилл Прайд, и увидела его удивленное лицо, он тоже был потрясен ее мастерством.
Участники выстроились. Начинался второй этап состязаний. Джоанна встала крайней слева, шестнадцатой. В отличие от испытаний за кровное имя, в которых участвуют тридцать два воина, во второй этап состязаний вошло вдвое меньше бойцов. Полковник посчитал, что такого количества участников будет вполне достаточно. Рэвилл Прайд вытянулся настолько, насколько позволил ему его крошечный рост, и принялся исполнять выдуманный им самим же замысловатый ритуал начала состязаний. Его манипуляции сопровождались пением, точнее, ревом ритуального слова «сайла». Джоанна молчала, мечтая только о том, чтобы от истерических криков молодых воинов у нее не лопнули перепонки.
Она посмотрела на Жеребца, тот стоял в стороне. На нем красовалась ритуальная накидка с вышитым на груди соколом. Джоанна удивилась: будучи вольнорожденным. Жеребец не имел права носить такую одежду.
Рэвилл Прайд запретил командному отделению участвовать в соревнованиях. Он сказал, что сам будет представлять всю свою звезду. Диана как адъютант тоже была исключена из соревнований. Джоанна осталась довольна, участие Жеребца и Дианы в состязаниях практически сорвало бы все ее планы. В бою, даже учебном, Джоанна предпочитала видеть перед собой лишь тех противников, которых она ненавидела лично, если перед ее глазами станут мелькать друзья, это уменьшит ее ярость. В последний раз прозвучал ритуальный выкрик «сайла», и Рэвилл Прайд спрыгнул с трибуны. Не глядя на Джоанну, он подошел к шеренге воинов и встал в центр. К строю подошла Диана, держа в руке поднос с двумя вазами. В одной находились металлические бляшки, прозванные воинами «монетами». На каждой из них было написано имя участника состязаний. Первой Диана вытянула бляшку с надписью «Победитель рукопашной».
Первым противником Джоанны стала звездный капитан Эвлана из тринария «Эхо». Эвлана нравилась Джоанне, она была моложе ее года на четыре. Звездный капитан считалась хорошим офицером и прекрасным бойцом. Невысокая, с длинными темными волосами, спокойным лицом, Эвлана всегда находилась в прекрасной форме и была готова драться с кем угодно и где угодно.
Из второй вазы Диана вытянула условия соревнований.
— Победитель рукопашной и звездный капитан Эвлана должны соревноваться на скорость. Они совершают забег до Судетского озера и обратно, — прочитала Диана. «Забег?» — подумала Джоанна и вздрогнула. Дело в том, что все знали Эвлану как великолепную бегунью, в этом ей не было равных в части. Джоанна подумала, что такой вид состязания выпал совсем не случайно, здесь опять кроется какая-то хитрость со стороны Рэвилла Прайда. Или судьба? Рэвилл Прайд встал перед строем.
— Позвольте напомнить, что участники могут выбрать любой вид состязания, какой понравится. Вот... Да, строгих правил здесь нет, и вы вольны вступать в единоборство и биться так, как считаете нужным, но без оружия. Главное — победа! — воскликнул Рэвилл Прайд. — И тут все средства... Джоанна не стала дослушивать окончания очередной высокопарной сентенции. На глазах ошеломленных воинов она подскочила к Эвлане и ударила ее локтем в живот. Издав короткий стон, звездный капитан согнулась, Джоанна взмахнула руками, и два ее железных кулака опустились на шею Эвланы. Но прежде чем та со всего маху шлепнулась лицом на мерзлую землю, Джоанна рванулась к озеру. Сидя в холодной кабине боевого робота, вглядываясь в промерзшее стекло иллюминатора, Джоанна вспоминала соревнования и улыбалась. Она добежала до берега озера первой, вошла в него, чтобы намочить ботинки, и тут услышала за спиной тяжелое дыхание Эвланы. Звездный капитан приближалась и, несмотря на задержку, все еще имела возможность обогнать Джоанну. Джоанна бросилась ей навстречу. Пробегая мимо соперницы, Джоанна немного сбавила скорость и быстрой подножкой вновь послала Эвлану на землю.
Джоанна прибежала первой, а меньше чем через полминуты Эвлана заняла свое место в строю.
— Ну, ты и мерзавка, — шепнула она Джоанне, проходя мимо нее. Рэвиллу Прайду достался высокий и сильный воин Биш из тринария «Наемный убийца». Полковник на удивление быстро расправился с могучим противником. Словно красуясь перед Джоанной, Рэвилл Прайд продемонстрировал великолепную технику рукопашного боя, почти такую же отточенную, как и у Джоанны. Джоанне выпал Боз из тринария «Глаз Чарли», статный и ловкий воин. Джоанне предстояло сразиться с ним на ножах. Надевая наручники и защитную маску, Джоанна пожалела, что на тренировках не уделяла времени схваткам с применением ножа, считая это оружие старомодным и ненужным. Джоанна предпочитала хлыст, она мастерски владела им и могла обезоружить любого противника. Боз был ветераном и орудовал тяжелым тридцатисантиметровым ножом мастерски. Джоанна поморщилась, но решила во что бы то ни стало уложить Боза.
Вращая длинным ножом, Боз налетел на Джоанну и вскоре заработал первое очко, уколов ее в плечо. Джоанна напряглась и, отбиваясь от наседавшего ветерана, искала наиболее уязвимые его места.
«Он совсем не смотрит на ноги», — мелькнуло в мозгу у Джоанны. Она метнулась вниз и, нанеся Бозу удар корпусом по ногам, сбила противника с ног. Перевернувшись через голову, Джоанна вскочила и ногой ударила Боза по кисти. Раздался дикий крик, и нож выпал. Второй удар сопровождался треском разрываемых сухожилий. Джоанна ухмыльнулась, подняла его нож и отошла в сторону. Прижимая к груди раздробленную кисть, Боз медленно поднялся и злыми глазами посмотрел на Джоанну.
— Продолжим? — язвительно спросила Джоанна, подавая ветерану выпавшее оружие. Боз принял нож и тут же сделал выпад. Укол — второе очко в его пользу. Джоанна заревела и, бросившись вперед, нанесла Бозу сразу два укола в лицо. Ветеран отшатнулся, но Джоанна схватила противника за руку, вывернула ее и опрокинула могучего воина на спину. Не давая ему опомниться, она еще трижды уколола соперника в грудь. Это была победа. Боз неохотно кивнул, признавая свое поражение.
Рэвилл Прайд пришел в бешенство.
— Вы сами сказали, что главным для воина является победа, — сказала Джоанна, заметив яростный взгляд командира.
Диана продолжала вытягивать бляшки. Теперь полковнику и его противнице, воину Кастилье из тринария «Альфа-два», предстоял пятидесятиметровый заплыв по Судетскому озеру. Джоанна подумала, что неплохо было бы, если бы полковник взял бы да и утонул.
«Этого, к сожалению, не случится, — размышляла она, глядя на неунывающего Ревилла Прайда. — Ничего, искупаться на таком морозце, побарахтаться в водичке тоже приятно».
Джоанна с большим удовольствием наблюдала, как Рэвилл Прайд лавировал между льдинами, как на обратном пути сцепился с Кастильей и, несколько раз нырнув, синий и трясущийся от холода, вышел на берег. Кстати, Кастилья едва не победила в этом состязании: на обратном пути она развила такую скорость, что только паническая боязнь полковника проиграть, его неимоверная гордость заставили Рэвилла Прайда на последних метрах собрать волю в кулак и прийти первым.
— Не хотелось бы вам, полковник, поплавать сейчас? — прошептала Джоанна, вглядываясь в густую пелену морозного тумана, из которого навстречу роботу летели густые снежные хлопья. От Джоанны потребовалось все ее умение, чтобы вести многотонного робота в такую пургу, да еще по льду, не совсем окрепшему. Приходилось все время лавировать, чтобы не попасть в расщелины.
— Смотри внимательно, — говорила она себе, — иначе очутишься на дне быстрее, чем думаешь. Такой вариант может произойти легко и непринужденно. Иногда видоискатель издавал жалобные писки, и на экране радара на мгновение появлялась неясная точка. Джоанна понимала, что это из бурана выплывала фигура «Матерого Волка». В такие моменты она едва сдерживалась, чтобы не выпустить по ненавистной мишени залп РБД, но всегда останавливала себя. Пусковая установка находилась на левой руке «Бешеного Пса», и на льду отдача от залпа могла отбросить робота назад, а поскользнувшись, не имея достаточной видимости, несложно угодить в воду. Джоанна скрипела зубами, но не предпринимала никаких активных действий. Ожидание битвы становилось утомительным. «Как мне заставить этого мерзавца действовать? Если так будет продолжаться и дальше, он просто уйдет, скроется за бураном. Трус! Теперь я понимаю, почему он, как архивная крыса, столько времени просидел за метеосводками. Выбирал себе условия полегче». В памяти Джоанны всплыло выражение лица полковника после ее победы над Возом. После второго этапа соревнования осталось четверо победителей. В третьем раунде Рэвиллу предстояло сразиться со звездным командиром Раной из тринария «Смертоносный клюв», Джоанне же противостоял звездный командир Забет, под началом которого служил побежденный ею Боз. Рэвилл Пройд и Рана должны были взобраться на стоящего боевого робота. Позже полковник объявил, что ему не раз доводилось лазать по крутым скалам и для Раны он был соперником недосягаемым. Действительно, Рэвилл не только опередил ее на несколько минут, но и закончил состязание эффектным соскоком с бедра робота, чем вызвал истошные поздравительные крики новобранцев.
Джоанне повезло, она должна была биться с Забетом на хлыстах. Высокий, мускулистый командир, вероятно, понимал, что в этом виде состязания у него не было практически ни единого шанса, и старательно уклонялся от ударов. Правда, это длилось недолго, стоило Забету перейти в атаку, как хлыст Джоанны моментально обвился вокруг его ноги, и силач полетел на землю. Двумя точными ударами бича Джоанна в кровь располосовала Забета. Она могла продолжать играть с ним сколько угодно, во владении бичом Джоанне не было равных, но вмешался сам Рэвилл Прайд. Видя ее явное преимущество, он остановил избиение. Забет ерепенился: вытирая залитое кровью лицо, он громко запротестовал, но полковник пригрозил, что запретит ему участвовать в последующих соревнованиях, — и Забет нехотя признал себя побежденным. Произнося ритуальную фразу, он с ненавистью глядел на Джоанну.
"Да ладно, — отмахнулась от угрызений совести Джоанна. — Одним больше, одним меньше, какая разница. Хотя нет, надо бы извиниться перед ним. Да и не только перед ним, перед всеми. Они здорово обозлились на меня. Обозлились... На то и состязания, чтобы побеждать.
Извиняться перед ними... Да пошли они все. Надо уметь драться. Не умеешь — учись. Ты воин, а не тряпка. Извиняться еще... Много чести будет". Джоанна подошла к полковнику.
— Кажется, до финала дошли мы с вами, — сказала она. — Воут?
— Ут. Я очень доволен, звездный командир Джоанна, вы показали себя блестящим воином. Настоящим ветераном, — прибавил он с ухмылкой.
— Тогда почему бы вам не разрешить мне остаться служить здесь, вместо того чтобы оправлять к ползункам?
Полковник нахмурился.
— Нет, — ответил он громко. — Я не имею права нарушить волю Хана. Кстати, ваша выучка пойдет им только на пользу, я уверен, что вы воспитаете для клана хороших воинов.
— Пойдет на пользу? — удивилась Джоанна. — Но как? Я воин и должна воевать. Полковник начал нервничать:
— Да, вы прекрасно проявили себя в наших маленьких соревнованиях, но это совсем не значит, что вы должны и дальше оставаться в рядах вооруженных сил. Я твердо уверен, что вы принесете большую пользу клану, подготавливая воинов. Джоанна спокойно выслушала ответ. Ни один мускул не дрогнул на ее волевом лице. Полковник уже поворачивался к Диане, чтобы выслушать условия последнего, финального, состязания, когда Джоанна положила руку ему на локоть.
— А пару слов лично можно? — тихо спросила она.
— Сейчас? — Полковник удивленно поднял брови. — Перед началом финального состязания?
— О нем я и хочу поговорить. — Джоанна не отрываясь смотрела в глаза Рэвиллу Прайду.
Полковник отмахнулся от приветственных возгласов и пошел с Джоанной в самый конец трибуны.
Несколько минут Джоанна всматривалась в экран, пока не сообразила, что снова потеряла Рэвилла Правда. Чертыхаясь, она крутила ручку настройки, но полковник определенно исчез.
А разговор у них сложился интересный.
— Звездный полковник, — начала Джоанна, — я хочу сказать вам, что вы не имеете права командовать нами.
— Что вы имеете в виду? — Голос Рэвилла Прайда был спокоен.
— Только то, что говорю. Я видела файл, который вы назвали «Лично», и та информация, которая в нем содержится, меня очень заинтересовала. Вы понимаете, что я говорю о вашем генетическом наследстве? Лицо полковника затряслось.
— Джоанна, — начал было он, — подумайте хорошенько, прежде чем продолжать.
— Уже подумала, — отрезала Джоанна. — В этом файле написано, что ваша сиб-группа явилась результатом серии смелых генетических экспериментов по смешению с ДНК линии Правд, иначе говоря, ДНК Нефритовых соколов с другой ДНК. Эксперименты такого рода продолжались долго...
— И на этом давайте закончим, — предложил полковник, успокоившись. — То, о чем вы говорите, — тайна государственной важности. Пожалуйста, Джоанна, не суйте свой нос туда, где вам его отрубят, — почти просительно произнес полковник.
— Совершенно верно, мне бы лучше этого не знать, — согласилась Джоанна. — Все это до такой степени омерзительно...
— Знать то, что вы знаете, прежде всего очень вредно для здоровья, — многозначительно произнес полковник, — Вы даже не способны понять, как далеко зашли. До сего дня вас посылали на почетную работу, но теперь... Если вы осмелитесь сказать еще хоть слово, то обещаю, что вы очутитесь на самом конце вселенной, в такой дыре, о существовании который вы даже никогда и не подозревали.
— Мне все равно, куда меня пошлют. Разговор наш сугубо личный. И я верю в благородство Нефритовых соколов, едва ли меня будут преследовать, если я начну рассказывать все, что знаю о вас.
— Да, если дело касается воинов. Ханов либо ильХанов. Но данный, как вы говорите, проект является приоритетом касты ученых, и только их.
— Я знаю, что ученые вовлечены в него, но...
— Никаких «но». Это дело касается только ученых, военные не имеют к нему никакого отношения. Никто, кроме них, не знает, что я владею тайной моего происхождения. Все, о чем вы тут говорите, является тайной для всех, и стоит вам только раскрыть рот... Джоанна, каста ученых более могущественна, чем каста воинов. Если они захотят стереть вас в порошок, то сделают это в считанные секунды, и никто не посмеет им помешать. Вы понимаете? Никто!
— Меня интересует только то, что вы лжец. Вы живете не своей жизнью. Если бы дело не касалось лично вас, я только гордилась бы, что наши ученые способны на такие великие работы. Мое сердце наполнилось бы радостью от сознания того, что мы стоим на пороге создания величайших воинов всех времен и народов... Я всегда говорила, что в основе всей жизни лежит прогресс в области генетики. Но когда я узнала об источниках этого проекта, то была шокирована.
— Замолчите и забудьте обо всем, что читали. Давайте сначала закончим соревнования, а потом я вам многое объясню, и вас уже ничто не будет шокировать, — сказал Рэвилл Прайд.
— Меня покоробило, что для эксперимента в качестве второй линии взята не линия Нефритовых соколов, а некая «родственная». — Джоанна поморщилась. — Какое гадкое слово! Ведь всякому ясно, что они взяли генетический материал другого клана. Возмутительно! Мы самые лучшие воины, и что же, теперь нас хотят улучшить с помощью генов других, низших кланов? И каких? Я прочитала, что ваша сиб-группа выведена с добавлением генетического материала Клана Волка. Я считаю это оскорбительным для себя и не верю, что наши ученые сделали такое. Думаю, что они и не знают об этом. Поступать так, примешивать нам такие гены — предательство.
— Перестаньте, Джоанна, не вам судить ученых. И вы на ложном пути, я уверяю вас, что все делалось с высшего согласия. Кто санкционировал работы? — Полковник посмотрел в. глаза Джоанне. — Понятия не имею. — Он опустил голову. — Знаю только, что высшие политические круги клана предпочитают помалкивать на эту тему. Понимаете? Высшие! Самые высшие! Куда вы лезете? Давайте забудем все, — миролюбиво сказал полковник.
— Я готова, — ответила Джоанна, — но только если вы отмените мое назначение. Не желаю быть нянькой!
— Да послушайте, вы...
— Я не желаю отправляться на Железную Твердыню. — Джоанна была непреклонна.
— Значит, вы решили шантажировать меня?
— Нет, — ответила Джоанна. — Несмотря на всю заманчивость идеи, я не буду этого делать. Мне нужен шанс остаться здесь, и получить его я могу лишь с помощью дуэли чести. Я вызываю вас на дуэль. Биться будем в боевых роботах. Побеждаю я — вы отменяете мое назначение, побеждаете вы — я начинаю паковать вещи. Много времени этот процесс не займет, — успокоила Джоанна полковника. — И разумеется, нигде и никогда я даже не заикнусь о том, что прочитала в вашем файле. Или нет, — поправилась Джоанна. — Я считаю, что победитель должен быть достаточно вознагражден, поэтому результатом дуэли должна быть смерть одного из ее участников. Приказ о том, что я остаюсь в расположении части, вы должны написать заранее. Если погибну я, — Джоанна улыбнулась, — у вас станет меньше проблем.
— Проблем... — прошептал Рэвилл Прайд, словно не замечая Джоанны. — Скорее, дилемм.
— Как угодно. Так что вы мне ответите? Рэвилл Прайд отвернулся и посмотрел на ожидающих окончания разговора воинов. Он приветливо махнул им рукой, чем тут же вызвал восхищенные возгласы. Снова повернувшись к Джоанне, полковник произнес:
— Условия услышаны и приняты. Предлагаю объявить, что финалом состязаний станет наша дуэль. Согласны?
— Согласна, — радостно откликнулась Джоанна. Полковник повернулся и зашагал к воинам. Джоанна подождала, пока полковник приблизится к ним, и, сознательно не называя своего противника по званию, окликнула его.
— Рэвилл Прайд! — позвала она. Он повернулся и удивленно взглянул на Джоанну. Она подошла к Прайду и прошептала:
— Теперь я понимаю, почему я вас возненавидела с самого начала. В вашем поведении слишком много от Волка.
И с приятным чувством выполненного долга Джоанна направилась в казарму. Она нанесла полковнику последнее оскорбление, теперь он уже не отвертится. «Нет, он будет драться, никуда не денется. Рэвилл не захочет иметь за спиной человека, который владеет тайной и в любой момент может ее раскрыть. И что тогда? Как он будет смотреть на этих желторотиков? Да они просто растопчут его», — размышляла Джоанна.
Шторм немного поутих, Джоанне даже показалось, что впереди замаячила фигура ненавистного «Матерого Волка». Он находился в нескольких сотнях метров от нее. Немного постояв, робот снова начал удаляться. Возможно, Рэвилл даже не подозревает, что «Бешеный Пес» преследует его. Скорее всего, полковник отключил ставшие бесполезными сканеры. Джоанна подумала, что неплохо было бы опередить Прайда и затаиться где-нибудь. Внезапное нападение в таких условиях — это практически победа. Она привела в действие ракетную установку и направила смертоносные жерла на цель... Тут Джоанна снова удивилась интуиции полковника. Она дала залп, но Рэвилл Прайд уже успел включить антиракетную систему «Матерого Волка», и понесшийся навстречу ему град превратился в разноцветные огоньки. Атака оказалась неэффективной. Опять стал падать крупный снег. Джоанна всматривалась, но никого не обнаружила: робот Рэвилла Прайда снова исчез. Джоанна догадалась, что полковник направился в глубь ледяного поля. Ничего не оставалось, как продолжать преследование. Джоанна включила ближний обзор, но картинки на экране не прояснили обстановку. Тогда она отключила прибор и почти вслепую медленно двинулась вперед.
А снег все шел и шел.
Посмотреть профиль

16«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:11 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
Южный полюс, Судеты.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

24 июля 3057 г.




Последующие несколько минут были похожи на страшный сон. Ступать становилось все более опасно, ноги «Бешеного Пса» скользили, и Джоанне с трудом удавалось удерживать робота. Несколько раз робот едва не свалился, и только громадный вес машины помог избежать падения. Приборы не работали. Джоанна напряженно всматривалась в снежную рябь и проклинала собственную дурость. Как она могла согласиться на такую авантюру? Идти становилось все труднее, совершенно неожиданно перед самым роботом возникли ледяные глыбы. Джоанна часто останавливалась и пыталась сориентироваться с помощью радара. Бесполезно, приборы показывали черт знает что. Весь переход напоминал путешествие в мыльной пене. Странно, но робот, казалось, начал уставать. Для того чтобы преодолевать сильный встречный ветер, ему требовалась дополнительная энергия. Системы движения работали с полной нагрузкой.
Шторм начал усиливаться, уши закладывало от постоянных звуков ревущего ветра. Иногда до ее слуха доносился слабый визг металла, части робота покрывались льдом.
Не хватало только, чтобы замерзли шарниры. "Тогда все, крышка, — лезли в голову скорбные мысли. — Далась мне эта битва! Зачем она мне, собственно, нужна? И что я прицепилась к этому коротышке? Да пропади он пропадом! Возможно, эта буря — своего рода знак. Мне нужно было просто согласиться с назначением. В конце концов, ничего унизительного в этом нет. Да и не каждому ветерану доверяют воспитание будущих воинов. Командованию вооруженными силами Клана Нефритовых соколов, наверное, виднее, куда направлять старых воинов. Если оно решило назначить меня к ползункам, что толку возмущаться? Я воин и должна выполнять приказ. А я ерепенюсь, гонор показываю. Честно говоря, если бы кто-нибудь вел себя со мной подобным образом, я бы ему показала... Но тогда как охарактеризовать мое поведение? Антисоциальное? Недостойное воина клана? Да, иначе его не назовешь. Получается, что я не желаю выполнять приказ, которому любой другой воин безропотно подчинился бы, независимо от того, нравится это ему или нет. А что делаю я? Прошу командира отменить приказ и, когда он этого не делает, вызываю его на дуэль. По сути дела, мне следовало бы стыдиться своего поведения, но мне нисколько не стыдно. Напротив, я чувствую гордость. Если бы Эйден был жив, он сказал бы, что я своевольничаю. Он всегда так говорил, когда я чего-то не хотела делать. Нет, я не хочу, чтобы меня считали нелояльной клану. Да и нет ни у кого такого повода. Вся моя жизнь, вся моя биография как воина подчинены клану. Так что же со мной происходит? Припадок гордости. Меня задело, что, дожив до такого возраста, я заслужила всего лишь унизительную должность няньки. Я всегда думала, что самое худшее, что может со мной случиться в конце жизни, — это роль пушечного мяса в подразделении ветеранов. Стать одним из никому не нужных воинов, которые идут на смерть только для того, чтобы основные силы могли немного передохнуть. Проклятье! Как не хочется думать об этом, ведь я вполне еще могу сражаться. Я воин, настоящий воин. Всю жизнь я мечтала погибнуть в бою, но только в качестве воина, а не жалкого придатка. Что может быть прекрасней смерти в пламени битвы! Как Эйден Прайд. Но ему всегда везло, и он никогда не был побежденным. Мы были с ним в десятках сражений, и из всех он выходил победителем.
Вероятнее всего, я проживу долго. Это значит, что годы и десятилетия пробуду в няньках. Даже думать об этом не хочется. Как же, наверное, отвратительно быть старым. Интересно, что думают о своем возрасте Каэль Першоу, Наташа Керенская и другие старые воины? Да, конечно, они служат, выполняют обязанности, но каково им каждое утро вставать и чувствовать, что все кости ломит. Для них боевой робот стал частью воспоминаний. И тем не менее эти старики еще копошатся, шевелятся. Зачем?! Неужели тому же Каэлю Першоу непонятно, что он всего лишь старая развалина?
Наверное, самое лучшее в моем положении — проиграть дуэль Рэвиллу Прайду. Пусть живет героем. Для всех полковник — что-то вроде уникума, и пусть им остается. Невероятно, в таком возрасте Рэвилл уже имеет кровное имя, еще не зная, что такое настоящая битва, командует соединением. Если я проиграю дуэль, меня тоже будут считать героем, кусочек славы Рэвилла Прайд а достанется и мне. Представляю, как торжественно он внесет мое тело в казарму. Как нахмурятся его птенчики. Они почтят меня. Да, такой конец был бы совсем не плох. Только мне почему-то не хочется заканчивать свою жизнь таким образом. Что же заставляет меня драться? Все очень просто — я воин из Клана Нефритовых соколов, а они легко не сдаются".
Последняя мысль понравилась Джоанне, для нее быть Соколом, служить вместе с Эйденом Прайдом — уже честь. Кстати, Джоанна вспомнила, что и сам Эйден был тоже своевольным, да иначе и быть не могло. Только такой человек достоин превратиться в героя, легенду клана.
Правда, существовала одна маленькая деталь, которая портила все рассуждения Джоанны. А именно: Эйден Прайд давно умер.
«Проклятье! Ну ладно, хватит дурацких рассуждении, пора найти этого Рэвилла Прайда и превратить его „Матерого Волка“ в металлолом. Куда он подевался? Чертова метель».
Еще несколько осторожных шагов, и внезапно все датчики заработали. Джоанна посмотрела на экран и увидела перед собой целый лес уходящих высоко в небо громадных ледяных глыб. Она медленно провела между ними «Бешеного Пса», и вскоре они плотным кольцом сомкнулись вокруг нее.
— Впечатляющее зрелище, не правда ли, звездный командир Джоанна? — раздался в наушниках голос полковника. За все время блужданий это был первый сеанс связи. Джоанна не на шутку перепугалась. Она не видела полковника, он же мог атаковать ее в любой момент. Чтобы увидеть Рэвилла Прайда, Джоанна начала разворачивать робота. Сделать это на ровной ледяной поверхности оказалось задачей не из легких. Большой вес «Бешеного Пса» не давал машине упасть, но ничто не удерживало робота от плавного скольжения. Тем не менее Джоанне удалось развернуть боевую машину на сто восемьдесят градусов. Еще заканчивая разворот, Джоанна привела в действие лазеры и, как только почувствовала, что стоит твердо, принялась нащупывать «Матерого Волка». Сканеры показывали, что он где-то рядом, но как Джоанна ни вглядывалась в иллюминатор, ничего, кроме ледяных глыб и плывущих снежинок, не видела.
— Не нервничайте, звездный командир, — снова раздался голос Рэвилла Прайда. — У меня тоже не все работает. Правда, я знаю, где вы. Вот, посмотрите, сейчас я ненадолго покажусь.
Джоанна увидела, как слева от нее из-за кусков льда выплыл «Матерый Волк». Из кабины «Бешеного Пса» робот полковника не казался таким уж угрожающим. С низко посаженной головой, полусогнутыми руками и ракетными установками на плечах, очень напоминающими горбы, робот выглядел уродом. Джоанна решила подготовиться к решающему залпу. Она проверила все системы и обнаружила, что робот начинал перегреваться. Не удивительно, если принять во внимание тот путь, который прошел «Бешеный Пес». Смотровое стекло слегка запотело и покрылось конденсатом. Джоанна осмотрела наружные поверхности робота и увидела, что они покрыты инеем. Джоанна продолжала всматриваться, ее поразило, что робот стоит, окутанный клубами пара. Вокруг «Матерого Волка» таких клубов не было.
— Звездный командир Джоанна, поберегите боевой пыл до лучших времен. Не стреляйте, я хочу поговорить с вами.
— Поговорить? Мне всегда казалось, что для воина Клана Нефритовых соколов вы ведете себя несколько странно.
— Возможно, — согласился Рэвилл Прайд, — но только, с вашей точки зрения. Но я хочу поговорить не об этом. Прежде всего мне не хотелось бы убивать. вас. — Полковник помолчал. — Джоанна, вы даже не представляете, насколько вы нужны клану. Предлагаю закончить нашу дуэль. Нас никто не видит, а что здесь было, останется между нами. Вернувшись в часть, я всем расскажу, как мужественно вы дрались...
— Я воин, а воины не лгут.
— Это не ложь, Джоанна, это военная хитрость. Зачем нам драться? Если я убью вас, клан потеряет ценного, очень ценного воина, а если вы убьете меня, Соколиная гвардия останется без командира. Вы этого хотите?
— Найдут другого, — отрезала Джоанна.
— Это не так легко.
— Ничего, потерпим.
— Не время склочничать, Джоанна.
— Ну и словечки у вас.
— Какие есть. Ну, так как, Джоанна? Вы согласны?
— Меня переведут в няньки?
— Я не имею права изменить приказ.
— Тогда будем драться. И что это за новость, выторговывать условия во время дуэли? Воины договариваются обо всех последствиях до битвы.
— Да забудьте вы об этой ерунде, Джоанна. Я в последний раз предлагаю вам кончить дело миром.
— Условия услышаны и не приняты, звездный полковник. Джоанна вслушивалась в раздавшийся в наушниках звук. Полковник захихикал. Джоанна ужаснулась, такой ехидный смешок казался ей возмутительным.
— Ну, давайте биться, — произнес Рэвилл Прайд. — Я разрешаю вам стрелять первой. Тот дурацкий залп не в счет.
— Мне начинать битву? — переспросила Джоанна. — Ваше предложение мне не нравится.
— Возможно, только давайте начнем быстрее, скоро тут разразится настоящий буран. Стреляйте, когда будете готовы, — сказал полковник и отключил связь. Покровительственный тон Рэвилла Прайда разозлил Джоанну. Она нажала на кнопку, и в «Матерого Волка» вылетел острый и яркий лазерный луч. Но Рэвилл Прайд оказался неплохим бойцом, он как будто предчувствовал действия Джоанны. В самую последнюю секунду полковник увел робота в сторону и исчез, но Джоанна заметила, как броня на груди «Матерого Волка» вспыхнула. Первый выстрел Джоанны достиг цели, в этом не оставалось никаких сомнений.
«Но почему этот мерзавец не стреляет? Трус, вместо того чтобы биться, он ушел...»
Джоанна еще не успела хорошенько выругаться по адресу полковника, как перед ней совсем с другой стороны внезапно возник «Матерый Волк». Джоанна мельком взглянула на экран, но он был чист.
«Что за мистика? Он стоит в нескольких метрах от меня, а приборы ничего не показывают».
Джоанна снова нажала на кнопки, послав навстречу «Матерому Волку» режущий луч. Теперь она уже увидела, как с робота посыпалась броня. Полковник снова увел робота в сторону.
«Почему он не стреляет?» Джоанна решила в следующий раз дать по молчаливому полковнику ракетный залп. Из-за шторма основная часть ракет собьется с курса, но даже если хотя бы одна ракета попадет в цель, «Матерому Волку» придется плоховато, на таком скользком льду он неминуемо должен упасть. Джоанна привела в действие установку, и в этот момент в вихре падающего снега появился робот полковника. «Мерзавец не сделал ни единого выстрела с начала битвы. Как ему с такой тактикой удалось выиграть состязание на звание и добыть себе кровное имя?»
— Звездный командир Джоанна, — заскрипел в наушниках на удивление спокойный голос Рэвилла Прайда, — вы еще не удовлетворены?
«Этот негодяй еще и смеется», — подумала Джоанна, вглядываясь в экран радара, на котором слабо мерцала точка «Матерого Волка». Джоанна вздрогнула, она не видела Рэвилла Прайда, даже не представляла, где он находится, хотя радар показывал, что его робот стоит совсем рядом.
«Он что, может становиться невидимым?» — подумала она растерянно.
— Вы будете биться со мной или нет? — крикнула она в микрофон.
— Я не часто разговариваю в процессе битвы, Джоанна, но в данном случае
мне хочется вам помочь.
— Помочь мне? Вашему врагу? Нет, вы не воин!
— Думаю, что лучше вас, — ответил Прайд. — Я просматриваю запись вашего последнего выстрела и нахожу, что...
— Вы просматриваете запись в процессе битвы? — искренне удивилась Джоанна.
— А что тут особенного? — ответил полковник. — Иногда это очень полезно. Например, сейчас. Обратите внимание: ваш робот перегрелся. Я бы даже сказал, опасно перегрелся, звездный командир Джоанна. Джоанна взглянула на датчики температуры и успокоилась: показания были в норме. Она посмотрела в иллюминатор, пытаясь увидеть «Матерого Волка». По мнению Джоанны, битва затянулась, с полковником пора кончать. По тому, что стекло иллюминатора совершенно оттаяло, Джоанна поняла, что с температурой все в порядке.
— Никакого перегрева нет, Рэвилл Прайд, — произнесла Джоанна. — Температура в норме.
— Это у вас, в кабине. А сам робот перегрелся. Еще немного...
— Хватит болтовни! — закричала Джоанна. — Вы пытаетесь запугать меня, психолог паршивый. Хитрите, как ваши птенчики типа Чоласа.
— Птенчики? — Полковник засмеялся. — Вы так их зовете? Ну что же, я не думаю, чтобы это было большим оскорблением. Скорее, комплимент.
— Послушайте, выходите и покончим с битвой.
— В том, что мы с ней покончим, я не сомневаюсь, — отозвался полковник. — Но сначала обратите все-таки внимание на температуру. Дело в том, что толщина льда под роботом не превышает трех метров, и он уже начинает таять. Если вы и дальше будете там топтаться, то скоро пойдете на дно. Посмотрите получше, ноги вашего робота уже почти на полметра ушли в льдину.
Джоанна увидела приближающегося «Матерого Волка». Блеснуло пламя, и из его установок вылетело несколько ракет. Они пролетели мимо и взорвались позади «Бешеного Пса».
— Вы промахнулись! — радостно воскликнула Джоанна, в третий раз выстреливая по Рэвиллу Правду из лазера. И, снова теряя куски брони, «Матерый Волк» успел скрыться.
— А я и не целился, — отозвался полковник. — Ракетами я отвлек ваше внимание, вы и не заметили, как я осыпал все пространство вокруг «Бешеного Пса» минами. Посмотрите получше, вы стоите на минном поле. Джоанна посмотрела на экран и ужаснулась: все пространство впереди и по бокам было буквально усеяно минами «Гром». Медленно лавируя между головками, готовыми в любую секунду взорваться, Джоанна осторожно двинулась вперед. Она понимала, что сейчас, когда все ее внимание поглощено минами, ее «Бешеный Пес» совершенно беззащитен. Стоит полковнику захотеть, и от ее боевого робота только мокрое место останется, но Рэвилл Прайд не стрелял. Джоанна вела «Бешеного Пса» вперед. Еще немного, и она выйдет из опасной зоны. Еще чуть-чуть, и...
Раздался страшный треск, и боевая машина пошатнулась. Казалось, что робот падает, но это было не так. Полковник оказался прав, лед под «Бешеным Псом» угрожающе подтаял, и одна нога робота медленно уходила вниз. Джоанна поняла, что ей грозит вполне реальная возможность уйти на дно.
— Прекращаем дуэль, Джоанна, — услышала она голос полковника. — Можете признать себя побежденной, а можете этого не делать, и мы продолжим в другой раз, но на сегодня хватит!
— Мне не нужны подачки! — крикнула Джоанна.
— Я отказываюсь продолжать битву, поскольку не желаю участвовать в убийстве. Отключите все системы! — приказал полковник.
— Убийство? Подойдите-ка сюда, и я сама прикончу вас!
— Мой робот поврежден меньше, чем вы думаете, Джоанна. Считаю, что наша дуэль окончена. Если желаете, мы можем ее продолжить потом, а сейчас приказываю отключить системы.
Джоанна с ужасом почувствовала, что «Бешеный Пес» начал раскачиваться. Теперь она почти физически ощущала, что уходит под воду. Изнутри снова начала подниматься острая боль. Желая только одного — спастись, не умереть позорной смертью в водах океана, Джоанна отключила все системы и стала ждать. Качка прекратилась.
«Почему он предложил перемирие? Ведь ему ничего не стоит разнести меня на куски, пока я прохожу по минному полю. Что у него на уме? Не понимаю. И почему я считаю, что он что-то замышляет? Он же не говорит ничего существенного», — лихорадочно думала она.
Лед перестал таять, погружение прекратилось, и Джоанна огляделась. Она заметила, что мины лежат только с трех сторон, одна сторона, позади «Бешеного Пса», как будто специально оставлена чистой. Но там находился утес, мимо которого пройти невозможно.
«Мерзавец направляет меня туда. Он с самого начала задумал поступить так. Напрасно, лучше бы он добил меня здесь, тогда я умерла бы смертью воина. Правда, не слишком почетной и красивой», — пришла к неутешительному выводу Джоанна. Оставалось идти только по минному полю.
«Если несколько мин и взорвется, то робот большого вреда от них не получит, а вот если Рэвилл Прайд передумает и начнет в этот момент стрелять, то конец наступит довольно скоро», — подумала женщина. Джоанна осмотрелась. Если немного повернуть вправо, то вполне можно выйти. Она посмотрела на датчик. Температура стремительно падала, еще немного, и можно будет включать системы. Джоанна решила, что, когда робот будет способен двигаться, она рванется вперед, бегом пересечет остаток минного поля и возобновит дуэль. Спор с полковником, считала она, должен окончиться сегодня. Рэвилл Прайд мгновенно определил, что Джоанна готовилась сделать.
— Я хочу преподать вам маленький урок, звездный командир Джоанна, — сказал он. — Показать вам, что воин Клана Нефритовых соколов должен работать не только кулаками, но и головой. Такие слова, как «стратегия» и «тактика», вам, по-видимому, неизвестны, и это очень печально. У Клана Волка есть чему поучиться, в искусстве планирования операций их воины очень сильны. «Такие вещи Нефритовому соколу может сказать только человек с генами Волка», — подумала Джоанна и брезгливо усмехнулась.
— Попробуйте сделать шаг вперед, — предложил Рэвилл Прайд. «Именно это я и собираюсь сейчас сделать, полковник», — мысленно отметила она. Джоанна включила передачу, но «Бешеный Пес» не сдвинулся с места.
— Температура воздуха такова, что стоило вам отключить системы, как ноги вашего робота вмерзли в лед, — сказал Рэвилл Прайд. — На некоторое время вы, Джоанна, в ловушке. Прочно стоим, воут?
В голосе полковника Джоанна почувствовала высокомерие и неприязнь. Пытаясь вырвать робота из ледяного плена, она продолжала нажимать на кнопки, но все ее манипуляции оказались бесполезными. Наконец лампочки на панели управления зажглись в полную силу, еще немного — и Джоанна может выводить робота. «Матерый Волк» сделал несколько шагов вперед, поднял правую руку, и в глазах Джоанны зарябило от яркого света лазерного луча. Послышался треск, Рэвилл Прайд точным выстрелом срезал с левого плеча «Бешеного Пса» пусковую установку. Второй выстрел полковник направил на нависшую ледяную глыбу, которая, упав, сбила с ее робота вторую установку. Джоанна полоснула по «Матерому Волку» лазером, но выстрел не принес роботу никакого вреда.
Полковник еще раз полоснул по «Бешеному Псу» смертоносным лучом, и левая рука робота Джоанны с лязгом упала на лед.
Раздался щелчок, все системы «Бешеного Пса» заработали, но что теперь Джоанна могла сделать? Она осталась безоружной.
— Хватит! — услышала она голос полковника. — Игры кончились.
— Убейте меня, — попросила Джоанна.
— Вы этого хотите?
— Мы договорились, что наша дуэль завершится смертью одного из нас. Вы сами согласились с этим.
— Совершенно верно, но я не стану вас убивать. Мне достаточно того, что я выиграл финальное состязание. Зачем мне убивать вас? Вы унижены, и мне этого вполне хватит. Теперь вы отправитесь туда, куда получили назначение, и выполните долг кланового воина.
Джоанна почувствовала жгучий стыд. «И стоило напрашиваться на битву, чтобы получить такой позор? Но почему этот мерзавец не убивает меня?»
— Конечно, если вы хотите умереть, то сможете это сделать. У вас остался еще маломощный лазер, взорвите мины и отправляйтесь ко дну. Могу даже рассказать, как вы умрете. Глубина здесь не меньше четырехсот метров. Достигнув ста, прокладки робота не выдержат, и начнется течь. Еще через сто метров откажет двигатель, и вы начнете замерзать, но замерзнуть не успеете. На глубине трехсот метров вода сожмет «Бешеного Пса» и его водителя в бумажный лист. Если такой финал вас устраивает, то давайте, действуйте!
— Надевайте костюм и вылезайте из робота, — продолжал полковник. — Садитесь ко мне, и я довезу вас до шаттла. Вдвоем не так скучно. Слушая веселую болтовню Рэвилла Прайда, Джоанна скрежетала зубами.
— А можете и не садиться в кабину, залезайте на плечо моего робота и сидите там, как ручная обезьянка. Но в любом случае мы довольно быстро окажемся в тепле и уюте корабля.
— Все равно я расскажу о том, что в вас заложены гены Волка, — угрюмо произнесла Джоанна.
— Не расскажете, — весело ответил полковник. — Если вы хотя бы заикнетесь об этом, я в самых ярких красках опишу нашу битву. Да и если расскажете, кто вам поверит? Даже если эта шпионка, ваша вольнорожденная подружка, поддержит эту клевету, вас никто не захочет слушать. После сегодняшней битвы мало кто захочет с вами разговаривать. Давайте выбирайтесь из робота. Позже я пришлю сюда спасателей, они заберут «Бешеного Пса». Не стоит проявлять расточительность, робота еще вполне можно использовать.
— Я не поеду с вами в одной кабине.
— И как же вы думаете возвращаться на корабль?
— Пешком. Прогулка по свежему воздуху мне не повредит.
— Вы замерзнете.
— Пусть! Но в «Матерого Волка» я не сяду!
— Ну, хорошо. И помните, что я буду ждать вас в шаттле со всеми документами. Желаю приятной прогулки, — произнес полковник, и «Матерый Волк» исчез. «Ну и мерзавец! Как он может поступать так? Он не дал мне умереть с честью, он унизил меня. Да, он с самого начала хотел только этого и заранее рассчитал всю битву. А ведь я могла убить его, могла... Он заплатит за это! Нет, уже ничего не изменишь. Что бы я ни сделала, мой позор останется на мне навеки. Конечно, это не Туаткросс, намного меньше, но все-таки позор. Так бесславно закончить службу! Сволочь, мерзавец, он понимает, что, куда бы я ни приехала, разговоры об этой битве будут катиться за мной повсюду. Даже эти сопляки, к которым я отправляюсь, и те когда-нибудь ткнут меня. Нет, Рэвилл Прайд — худший, самый подлый и гадкий из всех воинов, которых я знала. В нем, должно быть, сидит больше генов Клана Волка, чем указано в документах».
Джоанна посмотрела в иллюминатор. Надвигалась буря. Ветер завывал, снежинки залепили стекло. В кабине становилось все холоднее и холоднее. Пора было выбираться.
Джоанна вздохнула. «Полковник и на этот раз оказался прав. Дойти живой до корабля, скорее всего, невозможно. Вот и прекрасно!» Джоанна начала надевать защитный костюм. Она понимала, что идет на смерть, но это было лучше, чем унижение. «Вот уж не повезет так не повезет!» Джоанна горестно опустила голову... Дело кончилось тем, что, шатаясь и едва не падая от усталости, она все-таки подошла к ожидающему ее кораблю.
Посмотреть профиль

17«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:12 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
База Соколиной гвардии, Паттерсен, Судеты.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

1 августа 3057 г.




— Ты еще не упаковалась? — спросила Диана, входя в комнату Джоанны. Звездный командир стояла посредине, с ненавистью оглядывая разбросанные в беспорядке вещи. Неопрятной ее комната была всегда, но после поражения в битве с Рэвиллом Прайдом она, кажется, превратилась в бедлам. Сама Джоанна уже не могла понять, где что лежит и как в этом хаосе можно что-нибудь найти. Правда, ничего искать она и не собиралась.
— Да ты только посмотри на эту грязь! — Джоанна показала на груды одежды. — Неужели ты думаешь, что я все это барахло потащу с собой? И не подумаю. Диана сокрушенно покачала головой.
— И правильно сделаешь, — одобрительно сказала она. Немного потоптавшись у двери, в комнату зашел Жеребец.
— Проходи, чего уставился, — сказала Джоанна. — Какой-то ты невеселый сегодня, — заметила она. — Потерялся боевой робот?
Жеребец молча глядел в пол.
— Ты знаешь, — замялся он. — Я...
— Давай говори, чего тянешь, — перебила его Джоанна.
— Ну, в общем, я хотел сказать... Что мне будет очень не хватать твоей физиономии, — выговорил Жеребец.
— Вот как? — Джоанна вопросительно посмотрела на него. — А я всегда думала, что ты только и мечтаешь, чтобы съездить по ней, — задумчиво отозвалась она.
— Да брось ты, — отмахнулся Жеребец. — Ты во всех людях видишь только врагов.
— Нет, Жеребец, — неожиданно мягко ответила Джоанна, — Вы двое для меня... Диана улыбнулась.
— А ты что смеешься? — спросила Джоанна.
— Мне кажется, что вы так долго спорите, что давным-давно уже стали друзьями.
— Что?! — возмутилась Джоанна. — Да как ты могла назвать моим другом этого урода?! Я вижу, что вы, вольнорожденные, совсем спятили.
— Да нет, Джоанна, никто не спятил. Мы и есть твои самые настоящие друзья, — тихо сказала Диана. Все трое замолчали.
— Только что приземлился шаттл, — произнес Жеребец. — И знаете, кто на нем прилетел?
— Понятия не имею, — проворчала Джоанна.
— Очень интересный пассажир. Почетный звездный полковник Каэль Першоу.
— Этот живой труп? — хмыкнула Джоанна.
— Он самый. — Жеребец кивнул. — Говорят, что он прибыл к нам с какой-то миссией.
— Рэвилла Прайда возводят в Хана? — засмеялась Диана. — Не понимаю, почему он еще не прогнал меня. После того, как все раскрылось...
— Хитрая сволочь, — отозвалась Джоанна. — Он понимает, что теперь работа с ним будет для тебя наказанием. Вот и наказывает тебя.
— Можно сделать это как-нибудь иначе.
— А зачем? — Джоанна подошла к Диане. — Что для воина может быть хуже, чем каждый день сидеть с ним в одном кабинете? Поняла? Это тактика у него такая. Изматывать своих врагов, издеваться над ними. Ясно?
— Ясно, ясно, но только все не так просто, как ты думаешь.
— Да? Ну поделись с нами своими соображениями. — Джоанна подозрительно посмотрела на Диану.
— Все его поведение имеет некоторое отношение к помешательству на Эйдене Правде, только не пойму, какая может быть связь между... Нет, лучше я помолчу.
— Как хочешь, Диана, можешь и не говорить, — сказал Жеребец, который никогда не задавал лишних вопросов и не просил делиться с ним тайнами. Иногда Диану так и подмывало подойти к Жеребцу, положить руки на его могучие плечи и сказать: «Я люблю тебя, Жеребец», но она всякий раз останавливала себя, внутренне радуясь тому, что способна сделать это.
— А ты не знаешь, зачем Каэль Першоу прилетел к нам? — спросила Диана.
— Люди из разведки просто так не прилетают. Здесь какая-то тайна, которую знают очень немногие, — ответил Жеребец.
— Да, — задумчиво изрекла Джоанна, в очередной раз оглядывая комнату. — Порядочек, ничего не скажешь. Надеюсь больше эту комнату не увидеть. Пойдем к шаттлу, скоро посадка.
Джоанна повернулась и твердой, пружинистой походкой направилась к двери. Диана восхищенно посмотрела на длинные ноги женщины. «Наверное, в ее возрасте я буду еле таскать их, — с грустью подумала она. — Все-таки Джоанна — молодец. Настоящий воин. Несмотря ни на что, она ходит прямо и гордо».
Джоанна вышла и тут же увидела Галину. Очевидно, девушка ждала, когда звездный командир выйдет из комнаты.
— Что тебе нужно? — грозно спросила Джоанна. — Обращайся, но только по делу. Разговаривать с тобой просто так у меня нет никакого желания.
— У меня тоже, — парировала Галина и ухмыльнулась. В последнее время Джоанна часто замечала на лицах молодых воинов презрительные ухмылочки, но не обращала на них никакого внимания, — Меня послал к вам звездный полковник Рэвилл Прайд. Он приказывает вам прибыть к нему немедленно.
— Скоро буду, — небрежно ответила Джоанна. Галина повернулась и, пройдя несколько шагов, бросила через плечо:
— На вашем месте я поторопилась бы. Вас хочет видеть почетный полковник Каэль Першоу.
Джоанна остолбенела. Она повернулась и увидела, что стоящие за ней Жеребец и Диана тоже удивленно смотрят вслед уходящей Галине.
— Зачем я понадобилась этой старой развалине? — прошептала Джоанна. — Уж не собирается ли он тоже оскорбить меня? — Она помолчала. — Последнее унижение перед отъездом?
Жеребец и Диана молчали.
— Посидите здесь, я еще приду сюда, — сказала Джоанна и, затолкав друзей в комнату, громко хлопнула дверью.
По дороге в кабинет полковника она продумала все возможные варианты ответов на оскорбление. Вплоть до дуэли с Каэлем Першоу.
Посмотреть профиль

18«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:13 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
База Соколиной гвардии, Паттерсен, Судеты.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

1 августа 3057 г.




Джоанна была не подготовлена к встрече с такой развалиной, как Каэль Першоу. С первого взгляда старый воин показался ей коллекцией запасных частей. В дальнейшем Джоанна даже не могла определить, какая часть полковника своя, а какая взята у хирургов. Глаз под нависшей густой бровью был, похоже, собственным. Правая половина лица напоминала маску, она явно сработана в лаборатории. Рот определенно восстанавливался, и не раз. Но левая часть его физиономии принадлежала полковнику с рождения. Джоанна была в этом абсолютно уверена. Правая рука Каэля Першоу являлась уникальным произведением ортопедов, она очень походила на настоящую. Джоанна посмотрела на уши полковника и подумала, что они вполне могут быть настоящими. На этом, разгадывая тайну происхождения частей тела полковника, Джоанна окончательно запуталась и бросила это бесперспективное занятие.
Слегка волоча левую ногу, заслуженный полковник заходил по комнате. Джоанна сочувственно смотрела на Першоу, ей вдруг стало жаль старого человека, которому процесс перемещения в пространстве доставлял такие неудобства. Она снова взглянула на руки полковника: согнутые в локтях, теперь они уже обе казались протезами. Джоанна тряхнула головой.
Как это ни странно, но все части, из которых Каэль Першоу был собран, когда-то принадлежали людям, правда, разным. Поэтому от самого Першоу давным-давно ничего не осталось, не только части тела, но и походка, жесты, взгляд и эта смешная мимика — все принадлежало погибшим воинам.
Джоанна перевела взгляд на Рэвилла Прайда. Несмотря на природную естественность тела, двигался он так же неуклюже, как и робот, а улыбка казалась натянутой и тревожной. Джоанна видела, что командир сильно нервничает, и поняла, что здесь происходит что-то важное.
Поведение находящегося в комнате третьего человека отличалось естественностью, и неудивительно: галактический командующий Марта Прайд, заслуженная героиня, происходящая из той же сиб-группы, что и Эйден Прайд, могла многое себе позволить.
Джоанна когда-то была наставником этой сиб-группы. Она восхищенно посмотрела на Марту, о ее возрасте говорила только легкая сетка морщинок у глаз. Джоанна отвернулась, сходство Марты с Эйденом Прайдом производило слишком сильное впечатление.
Первым заговорил Першоу, и голос его напомнил Джоанне скрип несмазанных шарниров робота.
— Звездный командир Джоанна, — сказал почетный полковник, — я рад снова видеть вас. С той битвы на Перекрестке Робина прошло немало времени, воут?
— Ут, — ответила Джоанна и поежилась. Воспоминания о давних битвах в присутствии Рэвилла Прайда были ей неприятны, они лишний раз показывали, какой она стала старой.
— Мне тоже приятно видеть вас, — сказала Марта Прайд и протянула руку. Джоанна пожала ее, но слишком осторожно, словно брала за голову ядовитую змею. Пожатие Марты было дружеским.
«С чего это они приперлись сюда? Да уж, наверное, не для того, чтобы вспоминать былые дни, — раздумывала Джоанна. — А может быть, так обычно провожают воинов, отправляющихся в няньки?»
— Звездный полковник Рэвилл Прайд уже знает, зачем мы прибыли сюда, — продолжал Першоу, — поэтому избавим его от ненужных разговоров, воут?
— Ут, но...
— Вам нечего здесь делать, воут? — произнес Каэль металлическим голосом и так посмотрел на Рэвилла Прайда, что тот вытянулся в струнку. — Давайте отпустим звездного полковника, у него много своих обязанностей, — предложил Першоу, но голосом, больше похожим на приказ.
Рэвилл Прайд четко развернулся и тут же вышел. Джоанна улыбнулась, для нее такое обращение с Рэвиллом Прайдом выглядело хоть и слабой, но все-таки компенсацией за недавние унижения. Першоу проводил Рэвилла долгим взглядом и, обернувшись к Джоанне, произнес:
— Я прибыл сюда для того, чтобы оповестить вас о новом назначении. Или, точнее, отложить первое. Возможно, ненадолго, а возможно, и навсегда.
— Почему такая честь? — удивленно спросила Джоанна.
— Во-первых, в няньках вам делать нечего. Мы не можем позволить себе назначать хороших, проверенных воинов на не слишком подходящие для них места. — Единственный глаз полковника сверлил Джоанну.
— Я тоже так думаю, — охотно согласилась она.
— У нас есть более интересное задание, где вы сможете полностью применить свои знания и опыт. Правильно я говорю, галактический командующий? — Каэль повернулся к Марте Прайд.
— Совершенно верно, — отозвалась та.
— Присаживайтесь, звездный командир, — предложил Першоу.
— Я сажусь только в том случае, когда устаю. Сейчас я еще не устала. Джоанне показалось, что природная человеческая часть полковника Першоу скривилась в некотором подобии улыбки. Что скрывалось за ней, Джоанна не догадывалась и даже не строила предположений. Внезапно ей почудилось, что под маской она увидела вторую половину лица Першоу, и она совершенно не напоминала первую. Джоанна поразилась, мысль о том, что перед ней стоит человек, который по своему желанию может менять обличье, выглядела дикой. Полковник слегка поднял руку. Джоанна в недоумении посмотрела на нее, манипуляции полковника не убеждали женщину в том, что составные части организма этого человека имеют естественное происхождение. Джоанна внимательно посмотрела на кожу руки, она была морщинистой и желтой, как древняя бумага.
— Как хотите, — произнес Першоу. Он взглянул на Марту Прайд, та слегка кивнула, и полковник продолжил: — Я отпустил Рэвилла Прайда и сказал, что ему известно о цели нашего приезда, но, строго говоря, это не совсем так. К сожалению, мне приходится часто обманывать офицеров, что связано с моей теперешней работой в разведке клана. Иногда следует скрывать истинные цели и намерения. — Полковник помолчал. — Мне очень неприятно, но моя работа сопряжена с обманом. Джоанна внимательно слушала Першоу. Сколько она его знала, он всегда производил странное впечатление. Каэль был человеком хитрым и скрытным. Только в нем эти качества казались Джоанне не отвратительными, а, наоборот, заслуживающими уважения. Вот и сейчас старый воин опять задумал какой-то хитроумный план. «Что он замыслил?» — гадала Джоанна.
— Официальная легенда заключается в следующем, звездный командир Джоанна, — неторопливо продолжил Першоу. — Мы распространим слух, что вы направляетесь в одно из подразделений ветеранов. — Он пристально посмотрел на Джоанну.
— В соламу?! — ужаснулась Джоанна. — Вы хотите затолкать меня в этот дом престарелых? Сделать из меня пушечное мясо? И это вы называете большой честью? — У Джоанны от негодования пропал голос, и она не говорила, а шептала: — Да я скорее дам привязать себя к ракете...
Джоанна еще долго негодовала бы, но лукавый полковник улыбнулся и, кивая головой, произнес:
— Полностью разделяю вашу точку зрения, звездный командир. Подразделения ветеранов — почетное место для очень старых воинов, но только не для таких, как вы. Благодарю судьбу за то, что она избавила меня от службы в рядах ветеранов, и еще больше за то, что и вам это тоже не грозит.
— Тогда я ничего не понимаю, — простодушно сказала Джоанна, и Марта Прайд засмеялась.
— Как я уже говорил, ваше назначение в отряд ветеранов — это официальная легенда. Вы поедете туда, но ваша задача — не умереть, а, наоборот, жить как можно дольше. Сразу оговорюсь, что слава вас не ждет, но свой позор вы смоете. — Он снова замолчал и посмотрел в глаза Джоанны, ожидая ее реакции. Джоанна молчала.
— А теперь перехожу к главному. По имеющейся у меня информации, в наши ряды, в частности в одно из подразделений ветеранов, заслано несколько вражеских агентов. Будучи главой группы наблюдения клана, я обязан раскрыть их и уничтожить. В этом поможете мне вы. Я направлю вас в это подразделение...
— Шпионом? — перебила его Джоанна. — Я поняла, вы хотите, чтобы я стала шпионом, воут?
Першоу снова посмотрел на Марту Прайд. Галактический командующий, улыбаясь, смотрела на Джоанну. Казалось, взрывы негодования звездного командира очень ее веселят.
Першоу потер подбородок, давая понять, что если это и пластик, то в высшей степени натуральный.
«А может быть, он просто отвлекает мое внимание?» Заинтригованная движениями полковника, Джоанна молчала.
Каэль Першоу с минуту изучал Джоанну, затем его рот скривился, изображая улыбку.
— Давайте назовем вашу будущую работу так — оказание помощи по выявлению врагов клана в рядах наших вооруженных сил. Или иначе — нейтрализация лиц, пытающихся своей деятельностью подорвать обороноспособность клана. Вас устраивают такие формулировки?
Джоанна притихла. Ответить было нечего, она смотрела на неожиданно ставшее серьезным лицо полковника.
— Отдаю должное вашему пониманию, — произнес полковник, и Марта Прайд, не сдержавшись, захохотала.
Джоанна не заметила иронии.
— Я благодарю вас за честь, которую вы мне оказываете, — начала она, потупившись. — Когда мне сказали, что я не заслуживаю ничего большего, чем роль няньки, то подумала, что ниже опуститься уже невозможно. Но вот приехали вы и сообщаете мне еще более... — Джоанна немного помолчала, выбирая подходящее слово, — удручающую новость. Значит, я отправляюсь к ветеранам, да еще в качестве шпиона. За кем шпионить? — спросила она Першоу. — За этими развалинами? Да кому они способны навредить? И не могу я притворяться, не умею и не хочу. — Она вскинула голову. — Мне придется доносить на своих товарищей, на таких же воинов, как и я. Нет, я не согласна. Лучше сразу убейте меня. Першоу пожал плечами:
— Я рад, что не ошибся в вас, звездный командир Джоанна. Вижу, что вы остались таким же благородным и открытым воином, но вы не совсем правы. Ведение военных действий подразумевает не только битву, но и борьбу умов. Разумеется, проще иметь дело с противником явным, его всегда видно, но сейчас мирное время, и таких почти нет. Поэтому враги действуют тайно, исподволь. Происходят невидимые битвы за обладание информацией, которая в военное время будет стоить очень дорого. К сожалению, мы не обучены тактике ведения тайных битв. Нет, вам не нужно следить за товарищами и доносить на них, ваша задача — выявить шпионов Клана Волка. Ведь если мы с вами не обезвредим врага, закравшегося в наши ряды, Клан Нефритовых соколов обречен. Я вижу, что вы все еще сомневаетесь. Подумайте, но только знайте, что почетнее работу трудно придумать. И не только для вас. Джоанна с сомнением посмотрела на Марту Правд, та молча кивнула в подтверждение слов старого воина.
— Вы ничего не говорили раньше про Клан Волка. Их я ненавижу.
— Тогда будем считать, что мне удалось убедить вас, — произнес Першоу.
— Кроме вас, этого не смог бы сделать никто, — согласилась Джоанна. — Я согласна. Расскажите все, что мне надлежит знать.
— Прежде всего знайте, что отныне вы для клана являетесь большей ценностью, чем десяток воинов.
— Моим желанием всегда было умереть за клан.
— Благородная цель, но вы нужны нам живой, звездный командир Джоанна. И чем дольше вы проживете, тем лучше.
— Я всегда была уверена в обратном, — прошептала Джоанна.

Посмотреть профиль

19«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:15 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
База подразделения соламхы No 34В, Станция Догг, планета Догг.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

15 октября 3057 г.



Никогда раньше Джоанна не видела воина Клана Нефритовых соколов, который выглядел бы старее и неопрятнее, чем Бэйли. Казалось, он давно махнул на все рукой и ждал только смерти. Ко всем прочим недостаткам Бэйли никогда не сдерживал своих эмоций, в обычном состоянии он был злее самой Джоанны. Тяжелое, в морщинах и складках, лицо Бэйли всегда сохраняло выражение негодования и презрения. Но наиболее сильное впечатление производили его глаза, злые и усталые одновременно. Ходил Бэйли сутулясь, будто сгибаясь под грузом прожитых лет. Руки воина со скрюченными пальцами висели как плети, но Джоанна догадывалась, что Бэйли, должно быть, очень силен. С первой минуты появления Джоанны на станции Догг Бэйли начал задирать ее.
— Ты погляди-ка, — говорил он неприятным скрипучим голосом, — к нам пожаловал звездный командир. Не часто к нам попадают офицеры, предполагается, что они должны умереть не среди мусора, а в битве. Только простые водители боевых роботов попадают в соламу. Должно быть, вы не слишком-то геройски себя вели, если вас затолкали к нам. А, звездный командир? Каэль Першоу предупреждал Джоанну, что поведение ветеранов не отличается особой вежливостью и что она должна всячески избегать любых конфликтов. Джоанна восприняла слова старого разведчика как приказ, и только это заставляло ее, сжав зубы, молча выслушивать оскорбительные тирады Бэйли. А так хотелось, не говоря ни слова, вмазать кулаком по его кривой физиономии!
— Ты слишком невежливо разговариваешь, — вместо этого однажды ответила ему Джоанна.
Глаза Бэйли округлились. Он явно не ожидал услышать голос звездного командира и уже спокойнее, то есть обычным рявканьем, произнес:
— Мы смертники, и нам ни к чему разыгрывать ритуальные любезности и церемонии. — Он повернулся к остальным воинам соламы, собравшимся у ночного костра. — Мы разговариваем как хотим, и нам нравится наша манера общения. — Бэйли усмехнулся. В ответ несколько воинов молча кивнули, некоторые же прорычали нечто невразумительное, но, в общем, все выразили согласие с точкой зрения Бэйли. С момента появления на захваченной кланом планете Догг, такой крошечной, что на некоторых картах ее просто не было, Джоанна думала о том, как она будет выполнять задание полковника. Каэль Першоу поручил ей выявить и обезвредить агента Клана Волка, но Джоанна сомневалась в главном — есть ли тут этот таинственный агент вообще.
На такой пустынной планете, как Догг, среди древних недобитков типа Бэйли ему, думала Джоанна, нечего делать. Кстати, Догг очень напоминал Джоанне Судеты — такая же полупустыня, только пронизываемая еще более сильными и холодными ветрами. Иногда умственные упражнения заносили Джоанну так далеко, что она начинала винить правителей Клана Нефритовых соколов в стратегической ошибке, когда они расположили на планете отряд старых воинов. В конце концов Джоанна додумалась до того, что признала такое решение глубоко ошибочным. Однако очень скоро Джоанна решила, что сама заблуждается. Она вспомнила, что командование Нефритовых соколов всегда старается засунуть воинов подальше, чтобы вызвать у них любовь к своему миру, а с любовью возникает и потребность его защищать. Забытые, неприютные планеты, куда
Соколов забрасывает судьба и начальство, закаляют воинов и морально, и физически, делают из них злых, несгибаемых бойцов. Именно поэтому остальные кланы так боятся Нефритовых соколов.
— Да говори, как тебе нравится, — ответила Джоанна. — Мне, собственно, все равно.
— Вот как? — оживился Бэйли. — А мы-то и не думали, что ты такая покладистая. Судя по тому, какие слухи о тебе сюда доходили, ты не слишком миролюбива.
— Вы слышали обо мне? — переспросила Джоанна.
— Конечно. А некоторые из воинов даже знают тебя и гордятся тем, что к нам прислали офицера, служившего в Соколиной гвардии. Будет теперь кого ненавидеть по-настоящему. Мы, например, знаем, что из-за некомпетентности командиров гвардии, и твоей в том числе, мы потерпели поражение на Туаткроссе.
— Как ты можешь говорить о некомпетентности! Послушай... — вскипела Джоанна, но Бэйли не дал ей закончить.
— Да что ты можешь мне рассказать? — заревел он. Джоанна замолчала. В ее положении сейчас самое лучшее — не связываться с этим взвинченным, всем недовольным стариком. В главном он прав: семь лет назад на Туаткроссе Соколиная гвардия заслужила не славу, а позор. Практически весь личный состав попал в западню на окруженном горами узком плато. Никто и не подозревал, что местность была заранее заминирована. Войсками Внутренней Сферы тогда командовал некто Кай Аллард, это он продумал и осуществил операцию по уничтожению лучших воинов клана. После того как начали взрываться мины, на Соколиную гвардию обрушился камнепад, целые горы падали на головы гвардейцев клана. Только Джоанне и немногим другим удалось уцелеть, каким-то чудом она смогла выбраться из придавленного камнями робота и спастись.
— Ну, чего молчишь? — спросил Бэйли.
— Я не хочу говорить о том, что было на Туаткроссе.
— Вполне естественно, — вдруг согласился Бэйли.
— Это почему же? — спросила Джоанна.
— Если бы я был там, то не стал бы особенно высказываться. После такого позора нужно самому проситься в соламу. Или войти в океан и немного подождать, пока тебя не унесет волна. Много времени это не займет.
— Самоубийство считается позором, — возразила Джоанна.
— Значительно меньшим, чем бегство с Туаткросса.
— Это вовсе не бегство, — тут же возразила Джоанна и осеклась. — Ладно, чего с тобой разговаривать!
— Почему же ты не хочешь со мной разговаривать? — Глаза Бэйли стали еще злее, а складки на углах рта напряглись.
— Давай забудем об этом, Бэйли, — сказала Джоанна. Сидящие рядом воины переглянулись, но Джоанна не обратила на их реакцию никакого внимания. Она находится на планете всего лишь месяц, а ей уже все до чертиков надоело. Больше всего нервировала и утомляла невозможность побыть в одиночестве: Джоанна все время оставалась на виду. Если не считать нескольких складов странной полукруглой формы, на планете не имелось ни одного строения, похожего на жилище. Практически все время ветераны проводили на открытом воздухе, спали на голой земле, завернувшись в старые дырявые одеяла. Джоанна подоткнула под себя одеяло и закрыла глаза. Лежа на каменистой почве, она каждый вечер думала об одном и том же — о смысле ее пребывания в этом забытом всеми медвежьем углу. Во время длительных бесед Каэль Першоу говорил, что, по многочисленным перехваченным сообщениям, в этом подразделении находится как минимум один агент Клана Волка, но Джоанна никак не могла понять, для чего это им нужно. Какой интерес для вражеского клана могут представлять полтора десятка ветеранов, да еще несущих простую гарнизонную службу? Всех, кто находится на планете, можно считать простыми сторожами. Какую ценную информацию можно получить, ведя слежку за ними? Эти вопросы постоянно мучили Джоанну. Планета казалась ей абсолютно неинтересной с военной точки зрения. Корабли залетали сюда раз в месяц. Они садились, дозаправлялись, из них выгружали какой-то груз и заносили в склады — высокие строения, возведенные еще в те времена, когда планета принадлежала Внутренней Сфере. А затем корабли снова покидали планету.
«Обычная рутинная погрузка-разгрузка. Что здесь может быть интересного?» — думала она.
На одном таком корабле Джоанна сама прилетела на Догг. Изматывающее путешествие сюда длилось неполных четыре недели и сопровождалось многочисленными бессонными ночами. За это время у Джоанны накопилось множество вопросов, которые, как она думала, разрешатся почти мгновенно с прибытием на злосчастный Догг. Но вот она здесь, ответов нет, зато вопросов еще прибавилось. Планета Догг находилась далеко в стороне от обычных маршрутов кораблей, и только очень предприимчивый шпион мог подумать, что здесь его ожидают какие-то важные военные тайны. Каэль Першоу учил Джоанну размышлять, ставя себя на место агента. Так вот, если бы Джоанна была на месте шпиона, она и не подумала бы тащиться на Догг. Пожалуй, только близость планеты к маршрутам транспортных кораблей Клана Нефритовых соколов могла привлечь к ней чье-нибудь внимание. Недалеко от Догга проходили многочисленные трассы, по которым из миров клана доставлялись в оккупированные зоны оборудование, боеприпасы и войска.
Джоанна мало знала о перелетах кораблей в оккупированных зонах, ее это не интересовало. Каэль Першоу говорил, что в схеме полетов можно голову сломать и что даже многие высшие офицеры не представляют, по какой схеме совершаются полеты. Воины же знали только одно — в определенный момент их вместе с роботами погрузят на корабль и повезут из родного мира невесть куда по маршруту, известному только пилотам. Такая секретность считалась вполне оправданной, поскольку, если бы враги знали, в каком месте и в какое время появится тот или иной корабль, они могли бы не только сделать определенные выводы, но и запросто напасть на него. Однако засылать агента сюда Клану Волка не имело никакого смысла, даже десяток шпионов ничего не поймут в транспортной галиматье. Прилетавшие раз в месяц «падуны» надолго здесь не задерживались: избавившись от привезенного груза и взяв на борт другой, они тут же взлетали. Кстати, воины в таких работах не участвовали, всей операцией занимались техи. Правда, некоторые воины, которым выпадало нести в это время дежурство по охране складов, могли наблюдать процесс разгрузки и погрузки. Однако очень скоро Джоанне самой удалось убедиться в том, что, поскольку все операции происходят почти в полной темноте, определить по ящикам, что именно привезли, а что увезли, совершенно невозможно. Да и не было на складах ничего особенного, вызывающего интерес, в противном случае командование Клана Нефритовых соколов послало бы на охрану складов не стариков, а нормальную воинскую часть.
И снова в голове Джоанны завертелся все тот же вопрос: «Что может здесь понадобиться агентам Клана Волка?»
В раздумьях прошел еще один месяц, но Джоанна ни на миллиметр не приблизилась к разгадке.
И тогда она решила, что это задание — всего лишь ложь, призванная ее успокоить. Она никогда не согласилась бы на службу в подразделении соламы, вот Рэвилл Прайд и придумал эту затею с обнаружением шпионов. Тогда все начало выстраиваться в логическую схему. Каэль Першоу просто помог Прайду избавиться от Джоанны, придумав игру в поимку несуществующих агентов. Чем больше Джоанна об этом думала, тем правдоподобнее казалась эта версия. Каэль Першоу, как она знала, большой мастак придумывать различные хитрости. В минуты таких раздумий Джоанна страшно жалела, что сразу не согласилась поехать работать нянькой. Там она могла надеяться хотя бы на какой-то почет. Как и непрекращающаяся головная боль, сожаление и горечь стали постоянными спутниками Джоанны.
Тяжело вздыхая и беспрестанно ворочаясь, ударяясь о заиндевевшие камни, Джоанна забывалась тяжелым сном.
Посмотреть профиль

20«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:15 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
База подразделения соламы No 34В Станция Догг, планета Догг.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

1 ноября 3057 г.



— Не обращай внимания, — сказала воин Карлак Джоанне после ее очередной словесной перепалки с Бэйли. — Всем известно, что он хуже собаки. Джоанна удивилась, услышав голос пожилой женщины. За все время пребывания на планете она ни разу не разговаривала с Карлак, и даже более того, никак не могла предположить, что этот всегда угрюмый воин с изможденным лицом и неприятным взглядом может заговорить с ней. До сегодняшнего дня ее отношение к Джоанне нельзя было назвать дружелюбным.
Джоанна стала совсем другой. Изменился не только ее характер, даже внешне она не походила на ту Джоанну с Судет. От постоянного ветра кожа ее задубела и превратилась в своего рода броню, защищающую тело от мороза и снега. Изменилось и поведение Джоанны. Женщина стала более внимательной и сдержанной, она выработала в себе способность скрывать истинные чувства и воздерживаться от ненужных ссор. Тот, кто служил с Джоанной раньше, сейчас не узнал бы ее. Можно было смело сказать, что она стала совсем другой, точнее, прежнюю Джоанну прикрывала личина.
Джоанна никогда не снимала маску. Вот уже два месяца она находилась на планете, и никто никогда не видел ее возбужденной или недовольной чем-нибудь. На лице женщины постоянно играла улыбка, в разговорах Джоанна была корректна и не искала стычек с остальными ветеранами. Кое-что ей удалось раздобыть, но была ли эта информация полезной кому-нибудь? Правда, Джоанну это пока не заботило, ведь произошло главное — в ее прозябании на планете Догг появился хоть какой-то просвет.
— Он всегда такой, — продолжила Карлак. — Задирает всех подряд. Думает только о том, как бы затеять очередную склоку. Он и ко мне привязывался, все говорил, что я слишком широка.
— Широка? — Джоанна вопросительно посмотрела на Карлак.
— Да. Бэйли говорит, что для женщины из Клана Нефритовых соколов я слишком широка в плечах. — Карлак внимательно посмотрела в глаза Джоанне. — Он считает, что мне следует стыдиться. Не знаю, правда, чего именно. Но я его и не слушаю, однако подозреваю, чего он от меня хочет. Достаточно посмотреть на его глаза, и все станет ясно. А как-то он сказал, что моя грудь делает меня похожей на вольнорожденную мать. Я его чуть не задушила за такие слова.
— Я поступила бы точно так же, — ответила Джоанна, передернув плечами. В Клане Нефритовых соколов считалось оскорбительным, когда вернорожденному намекали, что он может быть родителем. — Да, — произнесла она, — этот мерзавец знает слабые места.
— Он и у тебя такое нашел? — поинтересовалась Карлак. — Воут?
— Ут, — задумчиво ответила Джоанна, — Боюсь, что нашел. Но он поплатится за это.
— Дай мне знать, когда это произойдет, — сказала Карлак. — Мне хотелось бы посмотреть, как ты его разделаешь.
Замечание Карлак заставило Джоанну улыбнуться, но ненадолго, порыв ледяного ветра унес улыбку, и лицо Джоанны снова приобрело задумчивое выражение.
— Проклятое место эта Догг, — проворчала Карлак. — Воут?
— Похоже, что мне суждено всегда служить в самых холодных местах, — сказала Джоанна. — Редко я попадала в места, где было тепло. Скорее даже слишком жарко. Но там я хотя бы управляла боевым роботом. Незабываемые минуты!
— Я тебя хорошо понимаю, — отозвалась Карлак. — Я с удовольствием променяла бы этот кусок льда на раскаленную кабину робота. Отправилась бы куда угодно, только бы улететь подальше от этой чертовой соламы. И ведь я не чувствую себя ни капельки старой. А ты, Джоанна? — Не услышав ответа, она продолжила: — Если бы у нас были боевые роботы или, по крайней мере, хоть какое-то стоящее оружие... Бывает, что ночью я лежу и мечтаю, чтобы кто-нибудь напал на нас. Умереть со славой — вот чего мне хочется больше всего. Немного повоевать напоследок — и в вечную темноту!
Джоанна снова передернулась, на этот раз не от холода, а от слов Карлак. Воины клана никогда не говорили о смерти как о прекращении существования. В рядах Нефритовых соколов считалось, что если твои гены взяты в генетический банк клана или, на худой конец, твой пепел используется для создания очередной сиб-группы, то, значит, ты продолжаешь жить. По мнению самой Джоанны, великие воины клана бессмертны, и она сама хотела бы стать такой. Да и как можно говорить о какой-то смерти, если твой пепел вошел, в новую сиб-группу, давшую новых героев. Их пепел, в свою очередь, войдет в другие сиб-группы, и так до бесконечности. «Нет, — думала Джоанна, — для настоящего воина смерти не существует». Холод вечности, вечная темнота — эти понятия не для Джоанны. Но слова Карлак показались ей странными. Еще никогда Джоанне не доводилось слышать такие слова от воинов клана, по крайней мере от вернорожденных. Только вольнорожденные, те, кто родился и вырос в поселках, могли так говорить. «Значит, Карлак скорее всего вольнорожденная», — подумала Джоанна.
— Эта планета — сущий ад для шахтеров, — проговорила Карлак.
— Шахтеров? — удивилась Джоанна. Разумеется, Каэль Першоу говорил ей о горных разработках на Догге и многом другом, но прежде всего он советовал всегда изображать неведение. Это было нетрудно, и порой Джоанне это даже нравилось.
— А ты разве не знаешь? — спросила Карлак.
— В первый раз слышу, — ответила Джоанна. — И откуда мне, собственно, это знать? — Она снова улыбнулась.
— Задолго до того, как мы захватили Догг, — принялась Карлак охотно объяснять, — здесь было три шахтерских поселка. Поговаривают, что местные жители добывали минералы, которые используются в украшениях.
— В украшениях? — переспросила Джоанна и презрительно усмехнулась. — Уж не хочешь ли ты сказать, что они выколупывали изо льда какие-то камни, а затем тратили деньги на их транспортировку — и все ради каких-то украшений?
— Именно так, — подтвердила Карлак. Джоанна покачала головой:
— Неудивительно, что эти недоноски из Внутренней Сферы проиграли нам войну. Люди, которые заняты мыслью об украшениях, никогда не будут хорошими воинами. А что еще тут случилось до нашего вторжения?
— Не знаю. То ли шахты обеднели, то ли население вымерло, но разработки здесь прекратились очень давно. Кто-то говорил, что планету забросили еще лет сто назад, а то и больше. Когда наши войска вторглись сюда, они обнаружили крошечный гарнизон Внутренней Сферы, который сдался без единого выстрела.
— А что он тут делал, этот гарнизон? — спросила Джоанна.
— Охранял что-то, только не знаю, что именно. Вооружения на складах нашли немного, почти все здания были заполнены какими-то камнями, — ответила Карлак.
— Значит, мы заняли Догг только для того, чтобы отобрать у какого-то купчишки из Внутренней Сферы его склады и хранящуюся там дребедень? — рассмеялась Джоанна. Карлак подозрительно посмотрела на нее. Джоанне показалось, что в попытке выудить у Карлак информацию она, должно быть, далеко зашла. «Нужно быть поосторожней», — подумала она.
— Это место считается очень важным, — ответила Карлак, успокоенная доверчивым и спокойным взглядом Джоанны. — Догг, как и многие другие планеты, защищает подступы к нашим мирам. Мы не только охраняем, но еще и выполняем кое-какую другую работу. Очень секретную... — Карлак осеклась и тревожно посмотрела на Джоанну.
— Секретную? — спросила Джоанна, изображая простодушное удивление.
— Мне не следует говорить тебе об этом, — ответила Карлак. — Ты еще здесь новичок, со временем узнаешь все сама, а пока мне лучше помолчать немного. Да и нет в наших разговорах ничего особенного. Так, сплетни разные да болтовня. Во всяком случае, забудь, что я тебе тут наговорила, — сказала Карлак. От дальнейших расспросов она уходила, и скоро Джоанна поняла, что ничего больше выудить у нее не удастся. Карлак молчала или отделывалась уклончивыми ответами. Тон ее голоса изменился и вновь стал холодным и недружелюбным.

Посмотреть профиль

21«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:16 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
База подразделения соламы No 34В Станция Догг, планета Догг.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

2 ноября 3057 г.



Раньше свободное время на долю Джоанны выпадало довольно редко, теперь же в подразделении смертников его буквально некуда было девать. День за днем проходил в полном безделье, и если бы не тайное задание, Джоанна не знала бы, чем заполнить это бесцельное существование.
Подразделение ветеранов на планете Догг имело одну задачу — отразить нападение на планету, если она подвергнется атаке со стороны противника. В этой задаче Джоанна видела мало смысла, так как во время хождений по складам — единственным архитектурным достопримечательностям планеты — она не увидела ничего заслуживающего внимания. Коробки и ящики были заполнены совершенно, по ее мнению, ненужной дрянью, такой, как, например, сантехническое оборудование, из-за чего не стоило рисковать даже жизнями смертников. Оружия на планете почти не имелось, а то, которое Джоанне довелось увидеть, считалось в войсках безнадежно устаревшим. Правда, в одном из складов Джоанна видела пару роботов, таких же древних, как сами смертники.
— Все мы здесь ржавеем, — призналась она как-то Карлак. — Кстати, почему мы хотя бы не охраняем склады? Хоть какое-то занятие.
— Их не от кого охранять, — ответила Карлак. — Кто собирается нападать на них? Мы здесь только ждем момента, когда можно будет умереть с честью.
— Все правильно, — согласилась Джоанна и тут же спросила: — А почему техи ведут себя как-то странно? Они считают склады своей территорией, никого к ним не подпускают.
— Да, они очень нервничают, когда кто-нибудь из нас заходит внутрь, — согласилась Карлак.
— Я тоже это заметила. — Джоанна научилась вводить беседу в нужное русло, не вызывая подозрений. — Стоит кому-то из воинов войти в помещение склада, как техи глаз с него не спускают. Почему? — словно раздумывая, спросила Джоанна. Карлак пожала плечами.
— Не знаю, меня это никогда не интересовало, — ответила она. В эту ночь Джоанна долго не могла заснуть. Она то беспрестанно ворочалась, то лежала, бессмысленно уставясь в усыпанное незнакомыми звездами ночное небо. В конце концов, несмотря на ночной холод, Джоанна выползла из-под теплого грубого одеяла и пошла прогуляться.
Спали ветераны на склоне холма, на противоположной стороне которого располагались волнующие воображение Джоанны склады. Женщина решила направиться туда. Она медленно брела в темноте, но внезапно ее внимание привлекла цепь ярких огоньков. Джоанна пригляделась и побежала на вершину холма, откуда открывался вид на всю площадь, занятую громадными складами. «Там что-то происходит», — мелькнула в ее голове мысль. Достигнув вершины холма и посмотрев вниз, Джоанна чуть не раскрыла рот от изумления. Почти рядом с одним из зданий стоял шаттл, а вокруг него кипела работа.
«Когда же он успел прилететь? — подумала Джоанна. — Вечером его еще не было». Она осмотрела корпус корабля, пытаясь обнаружить на нем какие-нибудь опознавательные знаки и по ним определить принадлежность шаттла, но безуспешно. Никаких знаков она не разглядела, но, что более странно, «падун» был выкрашен в черный цвет. Вокруг корабля и у входа в помещения склада сновали техи. Точнее, они работали как заводные. Джоанна никогда не видела, чтобы техи двигались с такой скоростью. Одни перекидывали лестницы из грузового отсека корабля, другие готовили какие-то грузы, третьи выкатывали из здания автопогрузчики. Несколько техов суетились у грузового отсека шаттла, но Джоанна не видела, что они там делали.
Вокруг корабля стояли элементалы — гиганты, составляющие элиту пехоты клана. Даже сейчас, без боевой брони, они впечатляли своими внушительными размерами. Элементалы явно охраняли подступы к кораблю: держа наготове ручные пулеметы, они то и дело поворачивались, внимательно оглядывая все подступы к шаттлу. Казалось, пехотинцы готовы расстрелять любого, кто только попытается приблизиться. Гиганты были одеты в форму воинов Клана Нефритовых соколов, но, как заметила Джоанна, без знаков отличия.
«Ничего странного. Если они входят в команду корабля, знаков отличия может и не быть», — подумала Джоанна и увидела, что не только вокруг корабля стоят элементалы, они находились и вокруг склада, и среди копошащихся техов. Джоанна узнала их по росту и мягкой, пружинистой походке. Элементал постоянно готов к битве; несмотря на громадный рост, он ходит быстро и плавно, а его движения безукоризненно точны.
Джоанна поежилась. Чтобы лучше рассмотреть происходящее, она решила приблизиться к шаттлу, но вид зловещих элементалов охладил это желание. Однако, немного подумав, Джоанна решила хотя бы ненамного приблизиться к шаттлу. Она согнулась и, стараясь не шуметь, медленно пошла вниз. Обходя один из кустов, она чуть не сшибла кого-то с ног. Джоанна упала на землю и несколько раз перекатилась. Встав, она приготовилась к схватке, но вместо этого услышала шепот:
— Тише, Джоанна. Это была Карлак.
— Джоанна, что ты тут делаешь? — снова раздался шепот. Джоанна подползла к Карлак.
— Просто решила прогуляться. Иду и вдруг вижу вот эту картину. — Она махнула рукой в сторону корабля. — Что тут происходит? Карлак прижала палец к губам и кивнула вправо. Джоанна посмотрела и увидела элементала. Внимательно всматриваясь, он прошел совсем рядом. Когда элементал ушел, Карлак продолжила:
— Такие прилеты случаются раз в два месяца. Появляется один и тот же черный шаттл без опознавательных знаков, выгружает какие-то танки.
— Танки? — прошептала Джоанна.
— Такие большие цистерны, — поправилась Карлак. — Наподобие тех, в которых перевозят криоген. Но что перевозят в этих цистернах, я не знаю. Единственное, что могу сказать, они довольно большие и, судя по всему, очень тяжелые. Видно, что даже погрузчики еле справляются с такой работой. И еще я заметила, что техи работают как заведенные. Да ты сама посмотри. — Карлак мотнула головой в сторону склада. — После таких ночей техи едва ноги волочат. Джоанна задумалась.
— Что-то я никогда не видела на складах никаких цистерн.
— И я тоже, — прошептала в ответ Карлак. — Ума не приложу, где они их там прячут. Я не раз пыталась выяснить это, но даже рано утром от ночных работ не остается никаких следов. А самих цистерн я тоже никогда не видела. Словно они испаряются.
— Может быть, попробуем выяснить? — предложила Джоанна.
— Да? — спросила Карлак. — А зачем?
— Да так, для интереса. Нужно хоть чем-нибудь заняться, а то от безделья с ума сойдешь.
— Не знаю... — с сомнением прошептала Карлак.
— Что тебя так волнует? В конце концов, мы воины клана и имеем право знать, что происходит здесь по ночам. Они не должны ничего прятать от нас. Иначе что же получается? Мы заслужили честь стать воинами-смертниками, но не знаем, что творится у нас под носом. Это нечестно, воут?
— Ут. Конечно, все это очень интересно... — согласилась Карлак.
— Молодец, — шепнула Джоанна. — Завтра ночью пойдем и поищем эти таинственные цистерны.
— А зачем ночью? Давай пойдем днем, ведь техи не имеют права не пускать нас на склады.
— Они не дадут нам как следует поискать. Ты сама говоришь, что охранники не дают воинам шагу лишнего ступить на складе. А ночью они скорее всего будут спать.
— Наверное. — Карлак кивнула. — Давай пойдем ночью. Вскоре она ушла, и Джоанна осталась одна. Она видела, как, закончив погрузку, техи убрали лестницы, увезли длинные транспортеры и ушли. Элементалы зашли на борт корабля, загрузились, и через несколько минут шаттл начал взлетать. Заработали двигатели, показались языки оранжевого пламени, и корабль улетел. Джоанна заметила, что на этот раз он не взял с собой никакого груза. Такая расточительность показалась ей более чем странной, обычно корабли клана не летали пустыми.
Джоанна уже собиралась идти на клочок промерзшей земли, ставшей ее постелью, как вдруг увидела, что из боковой двери центрального склада вышел человек. Одет он был в обычный защитного цвета комбинезон, а в руках держал устройство для отправки электронной почты. Джоанна сначала подумала, что это какой-нибудь тех, но вскоре поняла, что ошиблась. Человек вел себя весьма подозрительно. Юркнув в тень, он осмотрелся, затем снова исчез в дверях склада. Что-то подсказывало Джоанне, что человек снова выйдет, и она стала ждать. Через несколько минут он действительно появился, но на этот раз в руках у него ничего не оказалось. Он еще раз осмотрелся и, к ужасу Джоанны, пошел прямо на нее, вверх по холму. По мере его приближения росло удивление Джоанны. Теперь она ясно видела, что человек одет в военную форму. Джоанна попыталась рассмотреть лицо мужчины. Всего на секунду луна осветила его профиль, но этого оказалось достаточно. Она узнала Бэйли, но только сейчас перед ней находился не горбатый старик с морщинистым лицом, а молодой воин, высокий и легкий в движениях. Походка его была не старчески шаркающей, а легкой и пружинистой. Джоанна не верила своим глазам и не отрываясь смотрела на приближающуюся фигуру. Внезапно человек остановился и повернулся. В это мгновение луна полностью осветила его лицо, и Джоанна увидела знакомое свирепое выражение. Это был Бэйли, не такой молодой, как Джоанне сперва показалось, но и не старый. Немного постояв и, видимо, убедившись, что вокруг нет ничего подозрительного, он снова двинулся вперед.
Джоанне пришлось приложить все умение, чтобы бесшумно проследовать за ним до самой базы. На самой вершине холма Джоанна стала свидетельницей удивительного актерства. Она с изумлением увидела, как молодой воин внезапно превратился в сгорбленного старика с длинными, болтающимися руками и шаркающей походкой. Подходя к лагерю, он выглядел уже совсем древним. Казалось, что его возраст исчисляется не десятилетиями, а веками.
Джоанна завернулась в грубое одеяло, но теперь ей было и вовсе не до сна. Из головы не выходил Бэйли.
«Кто он? Тот самый агент Клана Волка, которого пытается обнаружить Каэль Першоу? Какова его связь с таинственным черным шаттлом? И что перевозится на корабле?» На все эти вопросы Джоанна должна найти ответы. А параллельно ей предстояло учиться мастерству шпиона.
Джоанне вдруг показалось, что она слышит голос Каэля Першоу: «Вот теперь ты нашла себе настоящую работу. Воут?» Что же Джоанна может ему ответить?
Посмотреть профиль

22«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:17 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
База подразделения соламы No 34В Станция Догг, планета Догг.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

3 ноября 3057 г.



На следующий день Бэйли выглядел так же, как обычно, — древний, неопрятный старец с грубыми манерами и скрипучим голосом. Джоанна решила не сводить глаз с Бэйли и в течение нескольких часов пришла к ошеломляющему выводу — насколько была слепа. При ближайшем рассмотрении она ясно увидела, что Бэйли всячески старается выглядеть стариком. Все у него преувеличено и явно бросается в глаза — слишком старая внешность, слишком грубые шутки и неестественно сиплый голос. Бэйли настолько грубо выпячивал старость, что только очень невнимательный человек мог не заметить, что он играет, и играет довольно плохо. Теперь Джоанна убедилась окончательно, что Бэйли притворяется. Она подумала, что Каэль Першоу очень обрадовался бы: ведь всего за два месяца ей удалось обнаружить на планете Догг законспирированного вражеского агента. Только на этом работа Джоанны не заканчивалась, оставалось узнать, зачем Клану Волка понадобилось засылать агента именно сюда.
После того как Джоанна увидела черный шаттл, она была почти полностью уверена, что деятельность Бэйли связана с этими кораблями. Даже, точнее, с тем, что они привозят сюда. Бэйли связан с шаттлом, на этот счет у Джоанны не оставалось никаких сомнений, и она решила, следя за ним, все выяснить. Джоанна предположила, что черный шаттл принадлежит Клану Волка, поэтому на нем нет никаких опознавательных знаков. Это казалось ей правдоподобным, но тогда становилось непонятным, почему элементалы, охранявшие груз, одеты в форму вооруженных сил Клана Нефритовых соколов. Джоанне казалось невероятным, что подлость Клана Волка зашла так далеко, что они не гнушаются ничем, вплоть до ношения вражеской униформы. В это трудно было поверить, ведь в любом клане воин не только не наденет одежду противника, но и не прикоснется даже к одежде низшей касты. Однако теперь, уже многое зная о шпионах и деятельности разведок, Джоанна поняла, что теоретически это вполне допустимо. И кстати, не исключено, что элементалы не принадлежат к касте воинов. Возможно, что это просто бандиты, которые выполняют порученную им работу. •
В любом случае все эти переодевания и преображения несколько запутали Джоанну, которая не привыкла к хитрости. Что ни говори, она всего лишь воин, ненавидящий противника. Она понимала, что в Клане Волка есть невероятно хитрые и подлые люди, но не представляла, на что именно враги могут быть способны. Скрывать мысли ей было тяжело, не говоря уже о том, чтобы предвидеть ход противника. В свое время она так и сказала Першоу, но тот только усмехнулся. Правда, Джоанна немного хитрила, она скрыла от полковника, что знает правду о генетическом происхождении Рэвилла Правда, но это, она считала, совсем другое дело. Джоанна чувствовала, что теряется. Будучи хорошим воином, она хранила верность клану, хотя некоторые Нефритовые соколы вызывали у нее чувство глубокого отвращения. Однако Джоанна нутром чувствовала, что и те клановцы, кого она ненавидит, имеют право жить, потому что они тоже приносят пользу. Раньше у Джоанны все было разложено по полочкам, все выглядело ясным и понятным. Теперь же, о чем бы она ни подумала, все вызывало сомнения и вопросы. Джоанна словно очутилась в другом измерении, где молодые воины превращались в стариков, а Клан Волка засылал во все концы шпионов, где темными ночами из ничего вдруг возникали странные корабли, а элементалы могли переодеться в кого угодно. Джоанна понимала, что расставить все по местам можно только в одном случае: если найти между этими событиями какую-то связь, пусть непонятный, но все-таки порядок. Иногда Джоанне очень хотелось уехать отсюда, но куда? На Судеты, к Рэвиллу Прайду? Или за назначением в няньки? Нет, это тоже не выход, и Джоанна продолжала ломать голову над разгадкой цепи событий на планете Догг. В конце концов, при небогатом выборе ничего другого не оставалось. Джоанна прокручивала в уме множество различных комбинаций, самой заманчивой из которых являлся захват черного шаттла. В принципе это не так уж невозможно. Достаточно пробраться на борт, и Джоанна могла бы взлететь и отправиться туда, где заслуженному воину нашлось бы место в строю. В такие минуты сердце у нее сладко ныло, но это прекрасное состояние быстро улетучивалось. Она вспоминала, что может только поднять шаттл в воздух, но не может пилотировать его. Правда, для смелого воина это выглядело таким пустяком... Холодными вечерами подразделение ветеранов впадало в состояние временного анабиоза. Некоторые воины располагались вокруг костра и молча сидели, глядя на огонь. Иногда кто-нибудь бесцветным голосом рассказывал о битвах, и со стороны казалось, что он тихо бредит. Монотонно текло повествование о сокрушительных набегах и жарких битвах времен, предшествующих вторжению кланов во Внутреннюю Сферу. Слышались названия боевых роботов, давно превратившихся в груду металлолома.
Другие воины неподвижно лежали, завернувшись в одеяла или в дырявые, полуистлевшие шкуры. Джоанна всматривалась в пустые, ничего не выражающие лица воинов и внутренне содрогалась. Никогда и нигде она не видела такой атмосферы полной апатии и безразличия. Среди ветеранов выделялся один, который привлек внимание Джоанны. Это был очень старый воин с протезом вместо левой половины лица. Когда-то он успел глотнуть славы, но с того момента прошло уже много лет. Он всегда молчал, казалось, что он ничего не видит и не чувствует. Остальные смеялись над ним. Говорили, что Питера можно заставить двигаться только в одном случае: если дать ему оружие. Старик не обращал на обидчиков никакого внимания, он молча смотрел на пламя костра.
Джоанна не ожидала такого упадка духа, ей не хотелось думать, что во всех остальных соламах обстановка такая же страшная. Она вспоминала свою прежнюю службу. Вечера проходили всегда шумно и весело. Собравшись в казарме, воины обсуждали битвы, строили стратегические планы захвата новых миров, беззлобно подшучивали друг над другом. Иногда, правда, дело доходило и до потасовки, но дерущихся быстро унимали, и бывшие противники весело смеялись над собой. Даже в пору отсутствия военных конфликтов воины Клана Нефритовых соколов всегда находили себе занятие. Все время царила какая-то приподнятость, воинов охватывало возбуждение, предвкушение скорых схваток. Джоанна не могла припомнить, чтобы хоть один вечер проходил так же бездарно, как здесь, на планете Догг. Она смотрела на опустившихся, бездеятельных ветеранов, и в душе у нее закипало презрение к ним. Она считала недопустимым, чтобы воин клана дошел до такого полудремотного состояния.
Джоанна поднялась и, едва сдерживаясь, чтобы не дать ветеранам хорошей взбучки, ленивой походкой направилась к Карлак, сидевшей неподалеку. Джоанна потянулась: «Пусть видят, что я направляюсь к Карлак просто поболтать». Карлак задумчиво глядела вдаль, и в ее глазах Джоанна тоже уловила пустоту. «Да что ты все таращишься туда, Керенская тебя побери!» — чуть не крикнула Джоанна, подходя к ней, и внезапно увидела, что рука Карлак лежит на рукоятке лазерного пистолета.
«Только этого еще недоставало». Джоанна остановилась возле Карлак. Если кто и наблюдал за ними, то решил, что две женщины захотели переброситься перед сном парой словечек. В сущности, так оно и было: ни Джоанна, ни Карлак много не разговаривали.
— Сегодня ночью, — прошептала Джоанна. — Встретимся через час, живые трупы к тому времени уже заснут.
— И что ты там хочешь узнать? — упавшим голосом спросила Карлак.
— Правду, — тихо ответила Джоанна и, громко зевнув, отошла. Карлак с любопытством и подозрением посмотрела на собеседницу. Джоанна заметила, что после недолгого разговора с Карлак у нее забилось сердце и участилось дыхание. Она обрадовалась: за все время пребывания на планете Догг это был первый прилив волнения, вызванный предчувствием близкой опасности. Джоанна подошла к своему месту и, вздыхая, легла. Она укрылась одеялом, прошептала какое-то ругательство, широко зевнула, и вскоре послышалось ее мерное дыхание.
Перед тем как выскользнуть из нагретой каменной постели, Джоанна внимательно осмотрела все вокруг. Ветераны спали. Джоанна поднялась и еще раз обвела взглядом спящих людей. Бэйли не было.
Посмотреть профиль

23«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:18 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
Складское помещение No 893 Станция Догг, планета Догг.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

3 ноября 3057 г.


Никем не замеченные, Джоанна и Карлак приблизились к среднему зданию. Техов не было видно: скорее всего, они действительно спали. Пока Джоанна пыталась открыть главные ворота склада, Карлак, прижавшись спиной к замерзшей стене, пристально вглядывалась в темноту. Главные ворота оказались запертыми, и попытка их открыть успехом не увенчалась. Воины начали ощупывать окна. Им повезло, одно из них оказалось приоткрытым. Карлак влезла первой. Глядя на нее, Джоанна подумала, что ветеран не такая уж неловкая в движениях, как ей показалось с первого раза. "Такие искусные воины дадут сто очков вперед любому молодняку, — с горечью подумала Джоанна. — А вместо того чтобы служить в регулярных частях, они мучаются от безделья в подразделениях смертников. Да, напрасно клан теряет таких бойцов*. Ухватившись за раму, Джоанна подтянулась и скользнула в окно. Женщины очутились в небольшой комнатке, заполненной разнообразными коробками. По одной из наклеек Джоанна определила, что это обезвоженная пища — так называемый «сухой паек», набор продуктов, раздаваемых воинам перед затяжными битвами или длительными переходами. Еда довольно невкусная, похожа на витаминизированную бумагу, но лучше, чем ничего.
Джоанна подошла к двери и толкнула ее. Она не открылась. Карлак вытащила нож, поковырялась в замке, и дверь бесшумно отворилась.
— Ты случайно не взломщик? — спросила Джоанна, все больше поражаясь умению Карлак активно действовать в любой обстановке.
— Да нет, — ответила Карлак странно дрогнувшим голосом. — Просто когда мы были курсантами, нам приходилось часто таскать из кладовок продукты. Наш инструктор, кажется, поставил себе целью уморить нас с голоду. Джоанна осторожно выглянула. Коридор был пуст. Она кивнула напарнице, и оба воина вышли из комнаты.
— Я тоже была когда-то инструктором, — прошептала Джоанна. — Только у нас считалось последним делом лишать кадетов их законного права на еду.
— У всех разные методы воздействия, — пожала плечами Карлак.
— Да, но морить голодом — это преступление.
— Мы тоже так думали, — согласилась Карлак.
— Иди первой, — шепнула Джоанна. — Ты уже была здесь и хоть немного знаешь планировку здания.
— Какая разница, я даже не представляю, где и что искать, — сказала Карлак.
— Потому что ты делала это одна, — ответила Джоанна. Карлак удивленно посмотрела на нее.
— Ты всегда такая самонадеянная? — спросила она.
— Я значительно напористей и опасней, чем пещерный медведь. Пошли! — Джоанна легонько подтолкнула Карлак вперед.
Пройдя по длинному коридору, они вышли из складского помещения и попали в темный зал с многочисленными дверями. Судя по чистоте, это были кабинеты техов. Карлак попробовала открыть несколько дверей, но безуспешно.
— Плоховато. Если бы мы могли добраться до компьютеров, то мгновенно все выяснили бы, — предположила Джоанна.
Вскоре женщины подошли к большим двойным дверям. К счастью, они оказались открытыми. Войдя, Джоанна увидела громадное помещение, весь пол и многочисленные ниши которого были уставлены ящиками с запасными частями. Кое-где они лежали распакованными. Общая картина напомнила Джоанне поле битвы, усыпанное телами воинов и разбитыми роботами. Проходя по узкому, не заставленному предметами пространству в центре, Джоанна заметила несколько ящиков, доверху забитых коробками с маркировкой Федеративного Содружества, поржавевшими деталями и компьютерными распечатками. Среди прочего там валялось и несколько деталей от вооружения. Наметанным глазом Джоанна сразу определила их принадлежность — Внутренняя Сфера. В другом большом ящике Джоанна обнаружила груду поношенных армейских ботинок, какие носили войска Ком-Гвардии. Некоторые ботинки были настолько рваными, что определить их происхождение с первого взгляда оказалось делом затруднительным, но Джоанна и не стала ломать над этим голову. Ящики — вещь неплохая, но пришла она сюда совсем по другому поводу. Джоанна огляделась: того, что она хотела увидеть, — загадочных канистр — в помещении не оказалось. Это выглядело очень странно, поскольку, кроме того зала, в котором Джоанна находилась, хранить их было больше негде. Женщины прошли вперед, и везде на складе царила полная неразбериха. Джоанне доводилось посещать много складов, но такого развала она еще не видела. Все, что разворачивалось перед ее глазами, опровергало общепризнанную страсть Нефритовых соколов к порядку. Короче говоря, общая картина представляла собой увеличенную копию комнаты самой Джоанны на Судетах.
Джоанна внезапно вспомнила о превращениях Бэйли, и в голове ее мелькнула мысль, что весь этот беспорядок — камуфляж, часть определенного плана. Не исключено, что цель человека, устроившего этот хаос, — убедить ничего не подозревающего воина в том, что никаких ценных вещей на складе не содержится. Так, остатки амуниции и вооружения разбитой армии Внутренней Сферы — и ничего больше. Вдруг из расположенной неподалеку ниши послышался какой-то шум. Джоанна и Карлак тут же бросились к ближайшему контейнеру и влезли в него. В нос ударил сильный запах. Джоанна попыталась на ощупь определить содержимое контейнера, но безрезультатно. Едва не задыхаясь от одуряющего запаха, Джоанна замотала головой и тут же стукнулась обо что-то мягкое. Она не раздумывала, что бы это могло быть, ее внимание полностью сконцентрировалось на постороннем шуме. Раздалось какое-то клацанье, словно где-то неподалеку включились приводы. Джоанна услышала, как открылись двери, затем раздались шаги. Они постепенно приближались. Джоанна была почти уверена, что кто-то идет по проходу. Женщины поглубже зарылись в находившееся в контейнере тряпье. Джоанна попыталась по шагам определить число идущих и вскоре поняла, что в помещении находится только один человек. Торопливым шагом он прошел рядом с контейнером. Поняв, что человек удаляется, Джоанна осторожно высунула голову из-под тряпья. Это была рискованная затея, но вполне оправданная.
— Это Бэйли, — прошептала Джоанна, снова спрятавшись в контейнер.
— Бэйли? — переспросила Карлак. — Что Бэйли?
— Бэйли прошел по складу, — ответила Джоанна. — Я его узнала.
— Да ты что! — прошептала Карлак. — Этот старый хрыч на ногах-то едва держится. Нет, Джоанна, ты явно ошиблась, — убеждала она.
— Ты просто не знаешь Бэйли, — многозначительно ответила Джоанна и тут же пожалела, что сболтнула лишнее. Заинтригованная Карлак сразу засыпала Джоанну вопросами, и той не оставалось ничего другого, как рассказать все, что она видела прошлой ночью. Услышав повествование Джоанны, Карлак долго молчала, а затем робко спросила:
— Но зачем ему менять свою внешность?
— Вот это мне и хотелось бы выяснить, — ответила Джоанна. Об одном Джоанна умолчала: о том, что она связана с Каэлем Першоу и его группой наблюдения.
— Слушай, может быть, пора выбираться отсюда? — предложила Карлак.
— Иди, если хочешь. Я останусь, нужно найти ту нишу, из которой появился Бэйли.
— А ты сможешь найти ее?
— Не сразу, но найду. Я приблизительно видела то место, там имеется всего несколько углублений. Минут через пятнадцать, не больше, я уже буду все знать. Женщины вылезли из контейнера и подошли к подозрительным нишам. Одна почти доверху была набита какой-то рухлядью. В другой Джоанна нашла ворох бумаг, коробки с дискетками и части устаревших компьютеров.
— Все это когда-то принадлежало Внутренней Сфере, — проговорила Карлак. — Вероятно, забыли во время отступления. Непонятно, зачем эта дребедень хранится здесь.
— Возможно, Карлак, в этом-то все и дело, — задумчиво произнесла Джоанна. — С какой целью нужно хранить то, что ты никогда не будешь использовать? Почему бы все не выбросить? И тем не менее вся эта дрянь лежит на складе. Тебе не интересно?
— Но...
— Хватит разговаривать. Давай лучше осмотрим ниши. Джоанна повернулась к большой коробке с распечатками и взяла одну из них. Как и говорила Карлак, это были документы Внутренней Сферы, по всей видимости шифрованные. Во всяком случае, Джоанна увидела только ряды цифр и странных значков. Карлак взяла несколько штук, развернула дискетки наподобие игральных карт и, смахнув с них толстый слой пыли, проговорила:
— Здесь, наверное, тоже все закодировано. Только кому это теперь нужно?
— Нефритовые соколы считаются практичными и ничего не выбрасывают, — сказала Джоанна. — Но то, что я вижу, выходит далеко за рамки обычной хозяйственности. Всю эту рухлядь не будет держать на складе ни один командир. Что тебя так развеселило? — спросила она Карлак.
— Ты, — простодушно ответила женщина. — Ты слишком настойчива и целеустремленна для воина обычного подразделения соламы. Воин соламы, как правило, ко всему безразличен. А ты нет. Я с самого начала заметила, что ты все высматриваешь, всем интересуешься. Зачем?
Джоанна не знала, что и ответить. Она не ждала таких вопросов, ей не было знакомо слово «конспирация». Джоанна считала, что скрыть истинные намерения можно простым способом: рассказать легенду о том, как она попала на Догг. К вопросам о себе лично она не была готова. Слова Карлак явно застали ее врасплох.
— Да, я тоже такая, — заметила Карлак. — Мне следовало бы сидеть тихо и спокойно ждать смерти, а вместо этого я бегаю с тобой по ночам. — Она улыбнулась. — Потому что мне не по нутру эта унылая жизнь. Вижу, что тебе не нравится служба в соламе. Мне тоже. Я люблю опасности, люблю идти наперекор судьбе... Таскаться с этими полумертвыми я не желаю. Этим мы, наверное, и похожи.
— Ты еще недостаточно меня знаешь, — отозвалась Джоанна. По недовольному лицу Карлак было видно, что она обижена таким резким ответом. Она внезапно стала раздраженной, и это не ускользнуло от внимания Джоанны. Женщины продолжали работать молча. Джоанна попыталась отодвинуть коробки, но не смогла. Женщину это обстоятельство удивило, и она еще сильнее налегла на них. Коробки, казалось, накрепко вросли в пол. Джоанна осмотрела их и поняла, в чем дело: все они были скреплены между собой. Был ли это какой-то клей или соединение делалось скобами, Джоанна не знала. Она обхватила самую верхнюю коробку и изо всех сил дернула на себя. Бесполезно. Джоанна тихо выругалась.
— Осторожней, Джоанна, — предупредила Карлак. — Если вся эта груда повалится на тебя...
— В том-то и дело, что она не повалится. Джоанна объяснила Карлак причину, по которой она не может сдвинуть коробки с места.
— Но зачем кому-то понадобилось скреплять их? — спросила Карлак.
— Именно это нам и предстоит выяснить, — ответила Джоанна.
— Мне кажется, нам пора выбираться отсюда, пока кто-нибудь не вошел.
— Ты говорила, что мы очень похожи. Обе смелые и любопытные, ищущие опасностей. Или я ослышалась?
Джоанна показала на небольшой разрыв между коробками. Он был еле заметен, но определенно указывал на то, что коробки начинают разъединяться.
— Переступил одной ногой, переступай и второй, — мрачно заметила Джоанна и с новой силой принялась отрывать коробки.
— Важно знать, через что ты переступаешь, — ответила Карлак.
— Не все ли равно? Я почти уверена, что Бэйли вышел именно отсюда. Значит, там внутри должна быть дверь.
Джоанна внимательно осмотрела поверхность нескольких коробок, ища возможные потайные кнопки, но ничего похожего не обнаружила. Она толкнула их плечом, опять безрезультатно. Джоанна повторила попытку, и снова ничего не произошло.
— Мне кажется, нужно нажать на несколько коробок, — внезапно предложила Карлак. — Скорее всего, существует некая комбинация, позволяющая отодвинуть всю эту кипу. Не стоит лупить по ним. Нужно попробовать отыскать код. Джоанна посмотрела на коробки, затем перевела взгляд на Карлак.
— В твоей идее есть определенный смысл, — уважительно произнесла она. — Давай попытаемся, вариантов здесь не так уж и много. Отыскивая нужную комбинацию, они начали трогать коробки, сначала в одном порядке, затем в другом. Карлак оказалась права. После очередной попытки женщины услышали легкое жужжание, и коробки разъехались наподобие дверей лифта. Образовавшийся проем был таким узким, что ни Джоанна, ни Карлак не смогли протиснуться внутрь. Джоанна просунула голову в отверстие.
— Ну, и что там? — спросила Карлак.
— Там открытое пространство, правда, очень темное. Коробок нет.
— Здесь вполне можно что-нибудь спрятать. Думаю, это скорее всего тайник, — произнесла Карлак. — А возможно, и вход в убежище, приготовленное на случай внезапного нападения.
— Место для струсивших, — отозвалась Джоанна. — Никакой воин не станет прятаться от врага.
— Тогда, значит, тайник, — поправилась Карлак.
— Безразлично. Ясно только, что мы должны проникнуть туда и точно узнать, что это такое. Но пролезть в эту щель невозможно. Что же делать? — Джоанна сгоряча пнула одну из нижних коробок. Снова раздалось жужжание, но скоро прекратилось. Наступила тишина, за которой последовал слабый сигнал, затем Джоанна ясно ощутила толчок, и коробки разъехались.
Женщины увидели перед собой слабо освещенную кабину лифта. Она стояла, слегка возвышаясь над полом зала. На одной стене кабины располагались три кнопки, у задней стены стояла небольшая деревянная скамья.
— Вот в этом лифте Бэйли и приехал сюда, — проговорила Джоанна.
— Как ты думаешь, что может быть внизу? — спросила Карлак.
— Сейчас выясним. — Джоанна улыбнулась и сделала шаг в кабину.
— Джоанна, может быть, не стоит? — В глазах Карлак на мгновение мелькнул испуг.
— Ты можешь и не идти со мной, Карлак, но меня удерживать не имеет смысла. — Джоанна отвернулась.
Немного подумав, Карлак вошла вслед за ней.
— Я не оставлю тебя одну, — сказала она. — И не думай обо мне плохо, Джоанна. Я осторожна, но от хорошей драки никогда не отказывалась. А я чувствую, что кое-что подобное ждет нас внизу.
— Все может быть, — отозвалась Джоанна, нажимая на нижнюю кнопку. Двери лифта начали закрываться, а вместе с ними и две стены коробок двинулись навстречу друг к другу. Кабина медленно опускалась.
Лифт остановился, и двери открылись. Сдерживая волнение, Джоанна выглянула и увидела еще один зал. В нем находились ящики с деталями вооружения, но таинственных цистерн нигде не было видно. Из зала выходил туннель, едва различимый в тусклом свете лампы, встроенной в панель лифта. Когда глаза Джоанны понемногу привыкли к темноте, она оглядела стены зала. То, что она увидела, удивило ее. Оказывается, этот этаж был вырублен в скале. Из необработанных каменных стен торчали какие-то лестницы, транспортеры. К тяжелым бронированным дверям вели каменные ступеньки. Одна из лент транспортера уходила в глубь туннеля. Джоанна вышла из кабины и вгляделась в жерло туннеля. Метрах в тридцати от входа он разделялся надвое.
— Шахты, — пробормотала Джоанна, подходя к кабине лифта.
— Что? — переспросила ее Карлак.
— Этот лифт когда-то использовался шахтерами, — пояснила она. — Мы находимся в самом начале разработок.
— А замаскировали его потому, что шахты больше не работают? — предположила Карлак. — Вполне возможно. Ну что, поехали?
— Нет, — ответила Джоанна.
— Почему? — удивилась Карлак. — Ты хочешь остаться здесь?
— И выяснить, откуда приехал Бэйли. На одном из этажей должны находиться цистерны. Других мест для них нет. Ты едешь наверх? — спросила она Карлак.
— Нет, — последовал твердый ответ, — я пойду с тобой. В полутьме пещер женщины с трудом могли разглядеть лица друг друга. Голоса их гулко звучали под каменными сводами. Джоанна слушала Карлак и чувствовала, что та волнуется.
— Пройдем этаж за этажом, — предложила она. — Здесь ничего нет, поехали на следующий.
Но не успела Джоанна занести ногу на площадку кабины, как раздался сильный грохот. Но всей пещере прокатилось мощное эхо, затем послышалось знакомое металлическое клацанье, и двери кабины начали закрываться. С испуганным лицом Карлак рванулась к выходу. Джоанна видела, что еще немного — и двери раздавят ее. Она выбросила вперед руки и втолкнула Карлак обратно в кабину. Но сама войти не успела, двери лифта сомкнулись прямо перед ее носом. Она начала барабанить по двери, но было уже поздно: с тихим жужжанием кабина пошла наверх. В отчаянии Джоанна прислонилась к закрытым дверям лифта и почувствовала дрожание подъемника. Кабина с Карлак уходила все выше и выше.
Посмотреть профиль

24«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:19 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
Складское помещение No 893 Станция Догг, планета Догг.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

3 ноября 3057 г.



За всю свою жизнь Джоанне частенько приходилось бывать в темных помещениях, но такого, в котором она оказалась сейчас, воин еще не видела. Темнота здесь была, казалось, абсолютной. Чтобы не потеряться в черном мраке, Джоанна не отпускала руку от двери лифта. Другой она попыталась расстегнуть кобуру лазерного пистолета, но пальцы ее заледенели. Джоанне пришлось прижаться к двери, одной рукой придерживать кобуру, а второй — расстегивать ее. Вибрация еще чувствовалась: значит, кабина не остановилась. Джоанна подумала, что Карлак может вернуться, но большой надежды на это не питала. Предстояло выбираться из шахты самой.
Джоанна понимала, что в любую минуту сюда мог кто-нибудь спуститься, и торопилась. Сначала она решила обследовать дверь и все пространство около нее. Она надеялась найти кнопки вызова лифта, ведь, несомненно, где-то они должны быть. Слегка переместившись вправо, Джоанна принялась медленно водить пальцами по краю двери. Ничего не найдя, все так же не отрывая одной руки от двери, Джоанна перешла на другую сторону и продолжила поиски. Снова безрезультатно. «Но как-то ведь люди выбираются отсюда? — думала она. — Кнопки обязательно должны быть. Ищи внимательнее!» — приказала она себе, и вновь пальцы ее поползли по стене. Вновь пустота.
Джоанна вытерла выступивший на лбу холодный пот. Положение становилось отчаянным.
«Не может такого быть, чтобы отсюда никто не уезжал. А раз так, то и кнопки здесь есть!» — убеждала она себя.
Женщина вытянула руку далеко в сторону, и тут же ее пальцы наткнулись на кабель. Положив на него ладонь, Джоанна повела рукой вниз и вскоре нащупала какую-то пластину с тремя круглыми углублениями. Джоанна поняла, что обнаружила кнопки вызова лифта. Уцепившись за кабель, она ждала, когда закончится вибрация и можно будет нажать на кнопку.
Джоанна была уверена, что теперь она сможет выбраться отсюда. И вдруг ее посетила страшная мысль: «А что, если Карлак обнаружили? Тогда техи, или кто там еще, пойдут по всем этажам. Да нет, для этого нужно быть очень уж подозрительным человеком, — успокаивала себя Джоанна. — Карлак едва ли обнаружат. Она же воин и сможет спрятаться». Тем не менее мысль о возможном прочесывании этажей продолжала беспокоить Джоанну. К тому же у нее не было уверенности в Карлак. Что ни говори, но женщина являлась смертником, со всеми недостатками, присущими этой категории воинов. Джоанна снова нащупала дверь лифта. Холодный металл обжигал пальцы, но страх потеряться в темноте не отступал.
Пытаясь успокоиться и собраться с мыслями, Джоанна начала анализировать происшедшее:
«Странно, что Карлак так испугалась. Удивительно, ведь она долгое время служила в вооруженных силах Клана Нефритовых соколов. Почему она так запаниковала? Испугалась темноты? Ну, а это уж совсем плохое объяснение. Почему-то я темноты не боюсь». Джоанне было нелегко понять чувства и ощущения человека, пугающегося темноты. Она даже не допускала мысли, что темноты можно бояться. «Закаленный воин не должен ничего бояться, а Карлак — закаленный, проверенный в боях воин», — резюмировала она.
«А откуда тебе известно, что Карлак прошла через битвы?» — подумала Джоанна. Следующая мысль выглядела еще невероятнее:
«Каэль Першоу говорил, что здесь, возможно, находятся несколько агентов Клана Волка. Почему ты так уверена, что Карлак — не одна из них?» Но даже и в этом случае поведение Карлак казалось Джоанне слишком странным. При всей своей ненависти к Клану Волка Джоанна прекрасно знала их воинов. Это были смелые, хорошо обученные солдаты, чье мужество никогда и ни у кого не вызывало сомнений. Да, Волки — подлые и хитрые, но ни в коем случае не трусы. Больше всего Джоанне не нравилась недопустимая, по ее мнению, терпимость Волков к вольнорожденным. Например, один из их Ханов не только был вольнорожденным, но когда-то, очень давно, в качестве раба находился на территории, принадлежащей Внутренней Сфере. Один такой факт многое говорил Джоанне о разложении в рядах Клана Волка. Но даже и подобная степень упадка не предполагает трусости у Волков, и это Джоанна хорошо знала. Она соглашалась, что воины Клана Волка при всем коварстве могут быть поразительно глупы, но чтобы они вели себя трусливо — в это трудно поверить.
«Но если Карлак — не шпионка, тогда выходит, что за время пребывания в подразделении ветеранов что-то с ней произошло. От долгого безделья исчез боевой дух воина, бесцельное существование отразилось на ее волевых качествах. Да, Карлак перестала ощущать себя тем свирепым воином, которым когда-то была. У нее осталось кое-что от умения и тренировок, она так же сильна физически, но утратила твердость. Неужели и со мной произойдет то же самое?» — с ужасом подумала Джоанна, вспоминая, как осторожно и даже пугливо Карлак двигалась по складу. Джоанна вспомнила унылые, безразличные лица остальных воинов подразделения, и ее охватил страх. Джоанну пугала их апатия. Они сидели у костра, беззвучно шепча какие-то фразы. Воины разговаривали, но чаще делали это для себя. Ветеранов не интересовала реакция собеседника, они жили своими воспоминаниями. Джоанна покачала головой: «Нет, они и воспоминаниями не живут. Иначе ветераны пели бы старую военную песню, ведь она так и называется — „Вспомним“. Но эти полуразвалины и ее не поют. Они совсем опустились. Словно ходячие тени давно ушедших войн и воинов».
Джоанна попыталась отвлечься от мрачных мыслей, которые пугали ее значительно больше, чем окружающая темнота. Вывод один: здесь, на этой планете, она не могла доверять никому, и Карлак не должна составлять исключения. Мысль неутешительная, но Джоанна давно привыкла действовать в одиночку. Все воины подразделения, эти раздавленные обстоятельствами полулюди, напоминали Джоанне забитых собак. Только двое воинов поначалу заслуживали некоторого внимания: Бэйли и Карлак. Но Бэйли оказался хитрецом, каким-то образом связанным с таинственными прилетами загадочного черного шаттла, а Карлак — балластом в форме Нефритового сокола.
Джоанна полагала, что ее работа состоит в том, чтобы найти доставляемые на Догг цистерны. Стоит только их обнаружить и узнать, для чего они предназначены, как остальное раскроется само собой.
«А находятся эти проклятые цистерны здесь, в одной из штолен».
Снова послышался шум. Он постепенно приближался, и Джоанна нахмурилась. Она догадалась, что это спускается лифт.
— Значит, я оказалась права. Начался повальный обыск помещения, — прошептала она.
Лифт остановился.
«Осматривают верхний этаж», — предположила Джоанна. Через несколько минут лифт снова заработал. На этот раз кабина двигалась к ней. Джоанна выхватила лазерный пистолет и сделала несколько шагов в темноту пещеры. Немного справа послышался гул, она повернулась и подняла пистолет. Кабина проехала мимо, направляясь на самый нижний этаж.
Инстинктивно Джоанна заморгала глазами, пытаясь увидеть место, где она стоит. Поняв, что это напрасное занятие, она прекратила попытки. Тем временем подъемник все работал и работал. Кабина опустилась на самый нижний этаж. «Проехали мимо. Почему? — недоумевала Джоанна. — Хотя если они схватили Карлак, то она не выдаст меня. Не в ее интересах признаваться, что на складе находится кто-то еще. А возможно, что Карлак удалось бежать, тогда люди в лифте едут по своим собственным делам».
От этой мысли Джоанне легче не стало. Она понимала, что, судя по отсутствию коробок и контейнеров, этот этаж посещается редко, и не исключено, что ее тело будет обнаружено здесь совершенно случайно. Возможно, в следующем тысячелетии. Джоанна содрогнулась, ей не хотелось ждать выхода на поверхность так долго, и она решила попробовать выйти сегодня. Джоанне предстояло совершить несколько несложных действий — одно нажатие на кнопку, придет лифт, и она преспокойно уедет отсюда. Если, конечно, кнопки работают. И если с их помощью она вызовет именно лифт, а не включит какое-нибудь другое устройство, например, видеообзор. «Вот это будет здорово — обнаружить себя». Джоанна слабо усмехнулась. Внезапно ею овладел безотчетный страх, и она поняла, что напугало Карлак. Джоанна прислушалась. Шум в шахте лифта давно прекратился. Похоже, что кабина находилась двумя этажами ниже.
«Что делать? Так и торчать здесь или вызвать лифт?» Джоанна раздумывала недолго, страх замерзнуть в ледяной пещере заставил ее принять решение. Она сделала несколько шагов вперед — туда, где, по ее мнению, находилась дверь лифта, и ощупала стену. Пластину с углублениями она нашла почти сразу и, немного подумав, нажала одновременно две кнопки.
Клацанье послышалось не сразу, сначала наступила гнетущая тишина. Наконец она услышала звук приближающейся кабины и даже увидела тонкую полоску тусклого света. Кабина приближалась довольно быстро.
Когда лифт приехал, Джоанна на всякий случай вытащила пистолет и направила его на дверь.
«Если в кабине кто-то есть, я увижу его первой. Пока он освоится в темноте, я превращу незнакомца в решето», — подумала Джоанна, сжимая рукоятку пистолета. Двери лифта раскрылись, и отвыкшая от освещения Джоанна вздрогнула. Тусклая лампа ослепила ее, полоснула по глазам, словно ножом. Пока Джоанна приходила в себя, двери лифта начали закрываться. С еще большей скоростью, чем Карлак, Джоанна рванулась в кабину и успела войти прежде, чем мощные двери снова закрылись. Скорость ее входа в лифт была столь велика, что Джоанна ударилась головой о стену. Сознание она не потеряла, но перед глазами поплыло множество кругов самых радужных расцветок.
Придя в себя, Джоанна посмотрела на панель с номерами этажей. Она слишком долго раздумывала, какую из них нажать, но кто-то, находящийся на третьем этаже, сделал это быстрее. Кабина дернулась и поползла наверх. Джоанна напряглась и направила пистолет на дверь. Что бы ни случилось, она встретит своих врагов как настоящий воин. Кабина остановилась так же внезапно, как и поехала. Двери начали открываться.
Посмотреть профиль

25«Нефритовый сокол» Empty Re: «Нефритовый сокол» в Сб Янв 07, 2012 7:19 am

Admin

Admin
Admin
Admin
Вверх страницы Вниз страницы
Складское помещение No 893 Станция Догг, планета Догг.

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов.

3 ноября 3057 г.



Джоанна сразу увидела трех техов. Они стояли прямо напротив открывающейся двери. Если бы это были воины, то при таком преимуществе от Джоанны полетели бы клочья, но перед ней находились всего лишь техи.
Джоанна открыла огонь и первыми же выстрелами отбросила одного из техов. Падая, он нажал на спусковой крючок и выпустил длинную очередь в потолок. Джоанна упала на пол и открыла огонь по второму теху, и вскоре с ним было покончено. Третий тех был явно в испуге от нападения, он трясся от страха и, не двигаясь, лихорадочно палил в стену лифта, не сознавая, что его очередь будет следующей. Вскоре так и случилось, он выронил оружие и, схватившись за переполосованное лазером лицо, рухнул на пол. Чисто случайно он успел задеть плечо Джоанны.
Она выскочила из кабины и оглядела лежащих техов, они были мертвы. За спиной раздались тихие шаги. Джоанна присела и одновременно развернулась навстречу идущему.
— Не стреляй, Джоанна, это я, — тихо вскрикнула Карлак и выступила вперед, под неяркий свет лампы. Она подошла к одному из техов и странно улыбнулась. Нагнувшись, женщина взяла из рук убитого лазерный пистолет.
— Это мой, — обрадованно сказала Карлак. — Они забрали его у меня.
— Ты дала им обезоружить себя? Этим вонючим техам? — презрительно произнесла Джоанна.
— Не будь такой жестокой, Джоанна, прошу тебя. — Карлак умоляюще посмотрела на нее. — Я давно не сражалась, у меня нет такой реакции. — Она помолчала. — Если бы ты знала, как давно я не держала в руках оружие. Пойми, у меня уже нет прошлого боевого опыта.
Здесь было значительно холоднее, чем внизу, в пещере. Джоанна поежилась.
— Когда кабина остановилась и передо мной оказались три вооруженных теха, я просто опешила, — продолжала Карлак. — Они разоружили меня быстрее, чем я смогла что-то понять.
«Когда-то ты все понимала», — хотела сказать Джоанна, но промолчала.
— Ты настоящий воин, Джоанна. Совсем не такая, как все мы.
— Что ты имеешь в виду? — спросила Джоанна.
— Я хотела сказать, что ты не похожа на нас, смертников. Мы сидим здесь в ожидании последней битвы и думаем, что произойдет с нами после нашей гибели. Ты не такая, ты не думаешь о последствиях, а действуешь.
— Не знаю, о чем ты говоришь, — отмахнулась Джоанна. — Ничего особенного во мне нет. Я действую по обстановке, так меня всегда учили.
— Пойдем, а то здесь могут появиться другие техи, — сказала Карлак. — Да и эти тоже скоро придут в себя.
— Не так скоро, как тебе кажется, — ответила Джоанна. — Они мертвы.
— Тогда тем более нам нужно поскорее выбираться отсюда.
— Не волнуйся, у нас еще есть время, — возразила Джоанна. Ее удивляла глупость Карлак. «Неужели все ветераны со временем теряют рассудок до такой степени?» Джоанна отвела глаза от Карлак.
«На складе происходят странные вещи. Техи носят оружие. Нет, что-то здесь не так, и я должна это выяснить».
— Нужно узнать, что тут делается внизу. Ты была там? — спросила Джоанна.
— Нет, — последовал ответ.
— Тогда займемся делом, — сказала Джоанна и посмотрела на спутницу. Судя по ее бледному лицу, Карлак меньше всего сейчас хотелось что-нибудь выяснять. Но и протестовать она тоже не собиралась.
«Ничего, я тебя быстро приведу в норму», — подумала Джоанна. Она сняла с пояса одного из техов тонкий фонарь и осветила им вход в длинный туннель. Луч фонаря оказался на удивление ярким. Джоанна нагнулась и сняла еще два.
— Бери, — протянула она один фонарь Карлак. — Один тебе, один мне, а запас никогда не помешает. Берись. — Джоанна взяла одного из техов за ноги и поволокла в сторону, подальше от входа в лифт.
Через несколько минут Джоанна и Карлак, вспотевшие и запыхавшиеся, уже совсем не замечали холода.
Тыльной стороной ладони Джоанна вытерла лоб и лицо.
— Я так и предполагала, что это — основной этаж. Именно здесь и происходят главные события. Я иду первой, ты следуешь за мной, воут?
— Ут, — прошептала Карлак.
Туннель оказался совершенно прямым и настолько длинным, что луч фонаря пропадал где-то далеко вдали.
— Нам придется немножко пошагать. Ты готова? — спросила Джоанна.
— Готова. — Голос Карлак звучал твердо. — Пошли. Джоанна посмотрела на нее и увидела в глазах спутницы решимость и обожание. С первым она легко смирилась, но вот второе чувство от всей души ненавидела. Оно слишком напоминало подобострастие.
Джоанна двинулась вперед, постоянно освещая фонарем стены и потолок туннеля, но нигде ничего заслуживающего внимания не обнаружила. Это был обычный проход с пазами в полу. Здесь, видимо, когда-то лежали рельсы, снятые задолго до вторжения клана. Иногда Джоанна замечала на пыльном полу следы ботинок, а однажды даже увидела небольшое, почти новое колесо. Догадка Джоанны о том, что именно на этом этаже происходили основные события, постепенно подтверждалась. Осталось выяснить, что это за события. «Подожди, не горячись», — уговаривала она себя и невольно удивлялась этим рассуждениям. В обычной жизни Джоанна никогда не проявляла осторожности, она била сразу, наверняка и никогда не думала о последствиях. «Эта мерзавка Карлак плохо на меня действует», — пришла к выводу Джоанна, натыкаясь на очередную находку — кучу промасленной ветоши. Карлак давно отвыкла много двигаться. Вначале она задыхалась, часто останавливалась и отдыхала, но вскоре взбодрилась и уже шла, совсем не отставая. Джоанна услышала впереди легкий шум, выключила фонарь и замедлила шаги.
— Выключи фонарь, — приказала она, повернувшись к Карлак.
— А как же мы...
— Выключи, кому я сказала! Карлак молча повиновалась и выключила фонарь. Воины очутились в кромешной темноте, наподобие той, что царила на нижнем этаже. Джоанна увидела впереди неясный свет и поняла, что туннель поворачивает и свет идет как раз из-за поворота.
— Что будем делать? — послышался прерывистый шепот Карлак.
— Будем идти так. Похоже, что за поворотом кто-то есть, и я не хочу, чтобы этот кто-то увидел нас прежде, чем мы его, — шепнула в ответ Джоанна.
— Ты правильно мыслишь, — похвалила ее Карлак.
— Оставайся здесь. Дальше я пойду одна.
— Хорошо, — согласилась Карлак. Джоанне показалось, что ее ответ прозвучал слишком быстро.
Держа руку на стене, ступая как можно тише, Джоанна двинулась вперед, к повороту. Стены были сырые, и по пальцам Джоанны текла вода. Она лилась за рукав форменной куртки, и от этого становилось еще холоднее. Внезапно Джоанна почувствовала, что ее пальцы начали скользить по стене. Она поднесла ладонь к лицу, и в нос ей ударил знакомый запах машинного масла. Джоанна подошла к повороту, остановилась и, прижавшись к стене, осторожно выглянула. Весь остаток туннеля был залит ярким люминесцентным светом. Джоанна повернула назад.
— Дальше придется идти при полном освещении, — сказала она Карлак, пристально глядя ей в лицо.
— Ну что же, пошли, — неожиданно просто ответила Карлак.
— Я опять пойду первой, воут? — спросила Джоанна.
— Ут, — последовал ответ.
Они медленно пошли к повороту, немного постояли и двинулись вперед, к такому яркому и опасному свету. Джоанна решила проскочить остаток туннеля как можно быстрее. В полной тишине она слышала скрип гравия под ботинками и прерывистое дыхание Карлак.
«Да, Карлак явно не в лучшей форме», — подумала Джоанна.
Посмотреть профиль

Спонсируемый контент


Вверх страницы Вниз страницы

Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу  Сообщение [Страница 1 из 2]

На страницу : 1, 2  Следующий

Количество введённых символов

Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения


Вверх страницы
Вниз страницы


         

Как создать форум | © PunBB | Бесплатный форум поддержки | Сообщить о нарушении | Создать ваш бесплатный блог